- «Эксперт» №39 (580) /
- 22 окт 2007, 00:00
О полевении и об одном брежневском носке22
Скорей бы она кончилась, что ли, эта кампания, и государственные наши мужи вернулись бы к привычному и такому солидному немногословию. Ещё совсем недавно один только спикер Совфеда то и дело озадачивал публику всякими поразительными афоризмами, а теперь все как наперегонки стараются — выборы. Вот на днях другой спикер, Грызлов, рассказал, что в России рыночная экономика развивается своим, особенным путем — «и здесь не обойтись без государственного вмешательства». Думаю, напрасно он это сказал — вдруг кто начнёт допытываться, в чём же особость развития российского рынка и без какого именно госвмешательства он грозит зачахнуть. Ответы могут огорчить.
Взять хоть главный за последние недели повод для речей о необходимости вмешательства государства — продуктовые цены. Подорожание продовольствия в иных местах было воспринято как добрая весть для аграриев (не случайно ровнехонько с началом волны цен Евросоюз решился отменить некоторые виды аграрных субсидий), а у нас как прямая угроза экономической стабильности; так что особость и вправду налицо. А в чём она? Много в чём, но вот самые очевидные аспекты этой нашей оригинальности. У нас так и не решён земельный вопрос. У нас так и не создана финансовая система, до которой мог бы дотянуться средний сельхозпроизводитель. У нас повсюду цветёт властное крышевание отдельных производителей, посредников и продавцов. К каким видам государственного вмешательства взывают эти наблюдения? На взгляд свежего человека — к исполнению государством не особых, а вполне типовых обязанностей, которые выполняет всякое государство, избравшее рынок. Надо ввести землю в рыночный оборот и обеспечить доступный кредит — хотя бы для того, чтобы сократить гандикап, отделяющий нашего агрария от его зарубежных конкурентов, у которых и земля, и доступные кредиты есть. Надо обеспечить равенство всех субъектов рынка перед законом и обуздать коррупцию. Но это всё — на взгляд свежего человека. Наши же начальники собираются устроить, да уже и начали, совсем другое вмешательство. Они будут регулировать.
Замечу, что все такого рода новшества (а их сейчас больше чем нужно) прямо связаны с популярным тезисом о полевении общества. Сам же этот тезис оказался самосбывающимся прогнозом: политики, вдохновясь мыслью о полевении, ведут перед публикою речи, различающиеся лишь оттенками левизны, — та часть публики, которой левизна неинтересна вообще, отворачивается от политической арены и, в частности, перестаёт интересоваться выборами — политики, убеждаясь, что хоть какой-то электоральный эффект имеют речи только левого толка, усиливают крен влево — и так далее. А в наших условиях левизна означает неизбежный дрейф к конкретным советским образцам: приняв к руководству левые принципы, политик охнуть не успеет, как оказывается, что он уже вовсю воскрешает что-нибудь не из косыгинских, так из рыковских времён. Естественно: если ты лишь недавно отошёл от горы Магнитной, не надейся, что твой магнитный компас поведёт тебя на север. Он будет указывать только назад, на Магнитную, — и ничего с этим поделать нельзя. (К счастью, не так бесперебойно, но аналогичное правило действует не в одной экономической политике: восстанавливая государственность, мы часто — а строя партийную систему, едва ли не всегда — так же находим себя в искорёженных советских лекалах.)
Стоит кому-либо публично сказать, что та или иная свежая новость живо напоминает ему советское время, на него кидаются грозные люди, обвиняя его в очернении советской эпохи. Из-за другого угла выскакивают другие люди с криками, что был бы Союз хорош, не развалился бы, — и разговор по делу кончается не начавшись. И очень жаль, потому что вопрос о качестве советской системы давно неактуален. Была она хороша или плоха, её больше нет. В 1991 году оказалась она на свалке, а там расклевали её птицы небесные, растащили её звери трущобные — и система исчезла необратимо. Если некто, откопав где-нибудь носок брежневской поры да рукав москвошвеевского пиджака, примется в найденное наряжаться, не надо с ним открывать дискуссию на тему советской моды в девятой пятилетке — надо объяснить ему, что его находки не прикрывают наготы. Вот почему реставрация всегда бессмысленна: целого платья уже нет, а ошмётками не согреешься. То же самое ограничение цен — ну не будет оно работать. Люди уже рассказывают: там компании тормозят поставки, тут директор молочного хозяйства грозит скот перерезать — что ты с ним сделаешь? Значит, нужно, чтобы никаких независимых хозяйств просто не было. А к Государственному комитету по ценам нужен Госснаб. А к Госснабу — Госплан. А к Госплану — знаете сколько всего нужно! А где всё это взять?
Некоторые думают отстроить всё заново. Вот неуёмный спикер Миронов заговорил о госмонополии на продовольственном рынке — вся гигантская советская система с этого же самого и начиналась без малого девяносто лет назад. К счастью, есть загвоздка: при современном уровне коррупции такую монополию построить просто нельзя, и все это понимают.
Как вырваться из нескончаемой карусели советских трафаретов — понятно, только это почему-то всё никак не делается. Первая среднесрочная программа развития России, т. н. программа Грефа, вышла восемь лет тому назад. Программа была слабенькая, плохо структурированная, но благонамеренная: за всё хорошее. Главный её недостаток был в бессубъектности: ни на одной из сотен страниц не было сказано, кто это «всё хорошее» будет делать. Последняя по времени программа, уже не Грефа, но только что ставшего безгрефным МЭРТа, Концепция социально-экономического развития РФ до 2020 года, уже гораздо лучше — ещё бы! По части того, как строить экономическую политику, уже и до консенсуса рукой подать. Но программа опять бессубъектна. Кто будет развивать страну и строить инновационную экономику? Неужто опять одни чиновники?
Если это и есть особость развития рыночной системы в России — что протагонистами её развития неизменно считаются чиновники, — то лучше бы эту особость прекратить. Не прекратим, так и будем бессмысленно реставрировать разрозненные осколки советской системы. Так и будет наша экономика ни на кого и ни на что не похожей. А то, сохрани Господь, и загнётся как-нибудь совершенно специфически.
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
Представил себе картинку, как 10 собачек набросились на МОРУ РУС, и сразу понял, вот оно решение продовольственной проблемы, или они её съедят, или она их. Выживет сильнейший. Причем, не нужно никаких денег.
Представил себе картинку, как 10 собачек набросились на МОРУ РУС, и сразу понял, вот оно решение продовольственной проблемы, или они её съедят, или она их. Выживет сильнейший. Причем, не нужно никаких денег.
Александр Сабитов
Накопилось, выскажусь
я не могу понять - как можно всерьез верить в то, что кто-то может “завернуть” рынок?
Йозеф Шумпетер. “Капитализм, социализм и демократия” > Глава двенадцатая. Разрушение стен > Отмирание предпринимательской функции
Говоря о теории исчезновения инвестиционных возможностей, мы упомянули о возможности такой ситуации, когда экономические потребности человечества удастся удовлетворить настолько полно, что стимулов развивать производство еще дальше практически не останется. Подобное состояние насыщения, несомненно, отстоит от нас еще очень далеко, даже если исходить из сложившейся структуры потребностей; а если учесть, что рост уровня жизни сопровождается автоматическим расширением этих потребностей и возникновением или созданием новых , то насыщение превращается в некое подобие бегущей мишени, особенно если к числу потребительских товаров мы относим досуг. Однако давайте все же рассмотрим такую возможность, предполагая, хотя это еще менее правдоподобно, что методы производства достигли такой степени совершенства, которая не допускает дальнейшего их улучшения.
Возникнет более или менее стационарное состояние. Капитализм, который по существу является эволюционным процессом, истощится. Предпринимателям будет нечем заняться. Они окажутся примерно в таком же положении, как генералы в обществе, которое совершенно уверено, что мир утвердился раз и навсегда. Прибыль, а вместе с прибылью и норма процента будут стремиться к нулю. Буржуазия, живущая за счет прибыли и процента, начнет исчезать. Управление промышленностью и торговлей сведется к рутинному администрированию, а сами управляющие неизбежно обюрократятся. Почти автоматически возникнет самый настоящий социализм. Человеческая энергия отвернется от бизнеса. Иные, неэкономические дали станут увлекать умы и давать простор для приключений.
Что у нас за страна? Когда закончится любовь к крайностям?
Как может глубокоуважаемый Привалов Александр (не без интеллекта вроде человек) так уверовать в несокрушимость и абсолютовластие существующих правителей? Если он серьезно писал эту заметку, то я не могу понять - как можно всерьез верить в то, что кто-то может “завернуть” рынок? То, что Зубков для поднятия своего рейтинга (ну не может друг, соратник и премьер быть полным нулем) скорее всего воспользовался хорошими знаниями о схемах “налоговой оптимизации” ритейлеров, и, пригрозив им (на экранах ТВ), заставил что-то там пообещать на счет цен - больше, чем можно ему не отдадут. И я уверен, что кремлевские ребята это не только понимают, но и при случае сами защитят бизнес (иначе “международные партнеры” не поймут). Ведь если кто-то вдруг сузит возможности предпринимательства (пусть даже только торгового), то долго он не продержится - предприниматели тихо-мирно выведут на улицы всех людей, заинтересованных в сохранении прибыльности существующих бизнесов. Власть тихо-мирно съедет в пансионаты.
Собственно действия по снижению пошлин на ввоз продуктов дают понять, что рынок трогать никто не собирается. Другое дело, что вместо того, чтобы создавать инфраструктурные возможности для расширения российских производственных бизнесов (в данному случае речь о сельском хозяйстве) власть в очередной раз ленится и тушит пожар с помощью заезжих (другой метод лечения отдельных “болячек” - кучей денег). Вот здесь наверно Александр Привалов прав по поводу проблем деревни. Хотя в этом должны разбираться специалисты.
Но специалистов некому собирать. Зачем? Те, которые обедают каждый день в не самых дешевых ресторанах в пределах Садового кольца, ничем не интересуются так сильно, как, например растущей стоимостью особняков на северо-запад от Москвы (это сколько же денег надо “справедливо” поделить, чтоб цены подмосковья догнали и обогнали фешенебельные местечки цивилизованной Европы?).
Справедливости ради стоит отметить, что “оппозиционеры” тоже в крайности впадают (и также ничего реального за их словами нету). На Ren-TV умудрились ляпнуть, что народ “заволновался, ждет дефицита и потому уже начинать закупаться вперед”.
Страна крайностей, никогда не реализующихся в реальности. Коммунизм при наличии “избранных”. “Чистый” капитализм на основе сначала бандитизма, а потом крышевания. Из последнего: желание всех накормить - реализумое раздачей денег (наконец-то!) без обеспечения адекватного роста предложения.
Вот мне не дает покоя такой вопрос - каков процент истинных энтузиастов среди “работников” Садового кольца? То есть, если они есть (не хочется верить, что их совсем нет), то сколько их? Если я так и не узнаю или если узнаю, что их реально очень мало и все будет продолжаться в том же духе - уеду. Сейчас наверно меньше хочет людей уехать за границу, но они точно есть - и далеко не самые глупые. Хорош процесс - в моём родном Воронеже программист получает около 15 тысяч рублей. Если не ленив, то уезжает в Москву и получает в 4-6 раз больше. А если и здесь не ленив, то учит английский и уезжает в “демократические” страны и там зарабатыает еще раза в три больше и спокойно живет. А потому что не держит его здесь ничего, нет у людей ощущения, что это они являются собственниками страны, а не власть. В США говорят “работать на правительство”, потому что правительство - это лишь один из субъектов, судья на поле, не более. Закон превыше всего (до смешного показателен в этом смысле последний фильм из серии “пиратов Карибского моря” - какого-то там "кодекса“ и хранителя этого ”кодекса“ боятся все, включая самых злобных и могущественных). В России правительство - это власть. Делать что угодно. Нету еще пока в России частной собственности. Нету. Деньги=Власть. Власть=Деньги.
Частный интерес дорвавшихся до ресурсов перевешивает общие интересы. Москва все гр*** и гр***. Как может Питер не понимать, что башня Газпрома - это благо. Во фразе общемирового значения ”хлеба и зрелищ“ первым идет слово ”хлеба“ (по крайней мере в русской интерпретации). И я безумно рад, что кучу денег вбухают и в Краснодарский край. В практически любой развитой стране наличиствует несколько центров притяжения активных людей. В штатах по-моему их вообще поболе десятка. Не отдаст Москва куска хлеба и масла Сибири и Дальнему Востоку - те через определенное время будут иметь все права на отделение.
Все. Работать. Учить English. Тоска будет продолжаться - уезжать с семьёй в Канаду (тоже огромная северная страна).
ps
Жаль, что во власть нельзя взять ”варягов“. Не по технологии это, и вроде как опасно. А то вот в бизнесе, да и в спорте очень часто помогает - потому как свои ”топы" еще не вышли в подавляющем большинстве на мировой уровень.
Адеянов Дмитрий Михайлович:
Глубоко убеждён, что пока большинство экономически активного населения являются выходцами из советской системы распределения, говорить о глубокой модернизации - значит развлекаться маниловщиной. Думаю, что это понимают и наверху. Мы можем подготовить только условия: сконцентрировать ресурсы, задать направления и установить приемлемые правила игры. Кропотливая и тонкая работа, причём почти при отсутствие приемлемого инструментария.Согласие элит и части населения необходимо, согласен. Тем более неприятно, когда уважаемые эксперты мимикрует в некие академические издания каспаровых…
Валерий Фарзанэ
Адеянов Дмитрий Михайлович: Надоели сплошные диагнозы без рецептов. Общие слова: волги, которые постоянно впадают в каспийское море (или озеро?). Про неэффективность чиновников в особенности. Во времена, когда пенсии не выплачивались годами, а страна трещала по швам, никто не говорил о неэффективности и о полевении, кстати. Теперь это стало модным. Особенно бывшие в те самые времена чиновники любят поговорить об эффективности. Назовите мне хоть одну сферу деятельности в России, представителей которой можно было назвать эффективными. Педагоги? Врачи? Журналисты? Бизнесмены? Военные? Писатели? Кем можно было бы заменить миллион чиновников? Вами, может быть? Но пока этого не случилось, придётся констатировать, что других писателей нет. И не ворчать о полевении, когда худо-бедно все значимые политические силы взялись декларировать об исправлении чудовищных перехлёстов в социальной мозаике. Если толстяк решил сбросить пару кило - это не значит, что он уже стал дистрофиком. Да и про частный оборот сельхозземель - сумбур вместо музыки. Не менее трети крестьян в силу демографии и вредных привычек просто не могут воспользоваться этими га, и в результате они оказываются у монополий, среднему, а тем более мелкому фермеру с ними не совладать. Зато, когда премьер и президент стали артикулировать вопросы о монополии закупщиков сельхозпродукции - раздался визг из Эксперта - мол против рынка это. Надоело, ей Богу! Лучше, тогда уж про Амадеуса…
Констатация факта, что Волга впадает таки в Каспийское море, не меняет ничего ни для Волги, ни для Каспийского моря. Ни даже для Черного. Потому диагнозы - очевидно недостаточны. С рецептами сложнее - нет у т. Сталина других писателей, чтобы воспеть еще одну стройку века и сотен тысяч з/к переместить русло. И т. Сталина тоже уже нет… А он то отлично понимал, что модернизация страны услуга платная, и расплатился крестьянской общиной. С учетом того, что вопрос модернизации можно откладывать некоторое время, не решаясь выбрать способ оплаты - можно расплатиться в итоге самим существованием страны. Неумышленно, конечно же, но легче, уверяю Вас, никому от этого не станет. Кроме, возможно, компрадоров… Необходимость модернизации для Вас неочевидна? Судя по ряду высказываний - очевидна вполне… Вы хотите готовый рецепт? А ничего, что единственно возможный способ возникновения такого рецепта консенсус общества и элиты? Относительно целей страны и стратегии их достижения. “Жить стало лучше, жить стало веселей”(С), особенно по сравнению с недавним прошлым. За 10 лет страна стала другой. Но этого мало…
Валерий Фарзанэ
+5
Адеянов Дмитрий Михайлович: Надоели сплошные диагнозы без рецептов. Общие слова: волги, которые постоянно впадают в каспийское море (или озеро?). Про неэффективность чиновников в особенности. Во времена, когда пенсии не выплачивались годами, а страна трещала по швам, никто не говорил о неэффективности и о полевении, кстати. Теперь это стало модным. Особенно бывшие в те самые времена чиновники любят поговорить об эффективности. Назовите мне хоть одну сферу деятельности в России, представителей которой можно было назвать эффективными. Педагоги? Врачи? Журналисты? Бизнесмены? Военные? Писатели? Кем можно было бы заменить миллион чиновников? Вами, может быть? Но пока этого не случилось, придётся констатировать, что других писателей нет. И не ворчать о полевении, когда худо-бедно все значимые политические силы взялись декларировать об исправлении чудовищных перехлёстов в социальной мозаике. Если толстяк решил сбросить пару кило - это не значит, что он уже стал дистрофиком. Да и про частный оборот сельхозземель - сумбур вместо музыки. Не менее трети крестьян в силу демографии и вредных привычек просто не могут воспользоваться этими га, и в результате они оказываются у монополий, среднему, а тем более мелкому фермеру с ними не совладать. Зато, когда премьер и президент стали артикулировать вопросы о монополии закупщиков сельхозпродукции - раздался визг из Эксперта - мол против рынка это. Надоело, ей Богу! Лучше, тогда уж про Амадеуса…
Евгений Платонов:
Так я типа с Чернышевским и разговариваю.
В духе руссковопросников ВЕЧНЫХ!
Перевалову:
я сама “зелёная”, и собак никогда не обижу. По причине большой к ним любви. Но, я так думаю, что в городах стайное прибывание неорганизованных четвероногих друзей (хотя среди них встречаются и трехногие: физическое состояние особей крайне угнетающее) не должно быть доброй приметой современного города людей разумных, организованных в … типа общество. Это моё личное мнение. То есть, я настаиваю на приоритете интересов сначала человека, на БЕЗОПАСНОСТИ именно сначала самого человека. А уж потом … всех прочих представителей живой природы.
Вы не поверите, но во всех существующих “муниципальных структурах управления” СУЩЕСТВУЮТ “органы”, которые по должности ДОЛЖНЫ заниматься решением вопросов МОЕЙ … кинологической безопасности. И денежки на это выделяются. Но вот ПОНЯТЬ, как именно всё это делается - творится у меня нет возможности. Ибо наши “властники” - ЗАКРЫТАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ область. Ну, не любют они транспарентности …
Вот ПОЭТОМУ я и перечитываю “четвёртый сон Веры Павловны” до дыр-с.
Мора.
Евгений Платонов:
Так я типа с Чернышевским и разговариваю.
В духе руссковопросников ВЕЧНЫХ!
Перевалову:
я сама “зелёная”, и собак никогда не обижу. По причине большой к ним любви. Но, я так думаю, что в городах стайное прибывание неорганизованных четвероногих друзей (хотя среди них встречаются и трехногие: физическое состояние особей крайне угнетающее) не должно быть доброй приметой современного города людей разумных, организованных в … типа общество. Это моё личное мнение. То есть, я настаиваю на приоритете интересов сначала человека, на БЕЗОПАСНОСТИ именно сначала самого человека. А уж потом … всех прочих представителей живой природы. При этом, как мне кажется, мой подход совпадает и с интересами самих животных!
Вы не поверите, но во всех существующих “муниципальных структурах управления” СУЩЕСТВУЮТ “органы”, которые по должности ДОЛЖНЫ заниматься решением вопросов МОЕЙ … кинологической безопасности. И денежки на это выделяются. Но вот ПОНЯТЬ, как именно всё это делается - творится у меня нет возможности. Ибо наши “властники” - ЗАКРЫТАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ область. Ну, не любют они транспарентности …
Вот ПОЭТОМУ я и перечитываю “четвёртый сон Веры Павловны” до дыр-с.
Мора.
Про “свободный рыночный оборот” с/х земли не очень понял:
1. Судя по тому, что автор упоминает его неоднократно и во первых строках, это даже важнее, чем доступность дешёвых и длинных кредитов?
2. Как именно это простимулирует с/х производство и снизит цены на с/х продукцию?
3. Наконец, он, вообще-то, есть. “Полусвободный”, скажем так, но есть. Надо ещё свободнее? Если надо, то где освободить? И что, опять же, это даст?