Наша фронда с краю3

• Алекс Алехин

Двадцатого марта в широкий прокат выходит «День радио» — новый фильм от насмешников из театра «Квартет И». К «Квартету» давно можно лепить расхожий лейбл с определением вроде «культовый»: постоянная и благодарная аудитория, охотно участвующие в проектах звезды, мелькание в медиа. Всероссийская же известность пришла после недавней ленты «День выборов», киноверсии одноименного спектакля, срежиссированной Олегом Фоминым. Главная причина этой известности, очевидно, в дефиците тех, кто решается нынче шутить с Властью.

Бес политики

Хорошо, когда у страны такая богатая новейшая история, как у России. Не нужно закапываться в архивы, чтобы найти сравнение по любому поводу и аналогию какому угодно явлению. Наступила в стране стабильность — сравним с застоем. Стали поджимать и резать пока не языки (не та эпоха), но телепередачи, фильмы и даже целые телеканалы — примерим шаблон советской цензуры. И главное, что радует: всегда можно без труда сыскать положительный пример. Да, цензура вернулась, но ведь не сажают, как при Сталине!

И впрямь: шутки насчет скорой посадки всех участников проекта, звучавшие перед прошлогодней премьерой «Дня выборов», были безосновательны. Музыкальный спектакль, ставший основой фильма, замечателен был своим насмешливым и откровенным либеральным фрондерством; в видеовставках мелькали хакамады, явлинские и новодворские, придавая зрелищу дополнительную толику достоверности; музыкальный материал в исполнении Алексея Кортнева и «Несчастного случая» и вовсе выглядел как доказательство по расстрельному делу… В фильм все это не вошло. Картина пусть об ушедших в прошлое, но памятных губернаторских выборах обещала быть бомбой. Но потянула на хлопушку, забавную и разочаровывающе безвредную шутиху. Зато это кино дало многим ощутить ту грань, до которой можно публично шутить с Властью. Во всяком случае, шутить без последствий.

«Эта грань существует зримо и осязаемо. И дело не во внутреннем цензоре. Грань определена людьми государственными, — говорит Ростислав Хаит, один из авторов пьес и исполнитель главных ролей во всех спектаклях и фильмах “Квартета И”. — Не внутренний цензор вычеркнул песню с припевом “Путин и Христос” из фильма. Продюсеры посчитали, что оставить ее невозможно, что с ней фильм просто не выпустят на экран. У них были на то основания. Нам никто не приказывал молчать, но нас прощупывали. Не забирали, как в 37-м, не убивали. Но приходили и с пристрастием интересовались, что мы тут такое снимаем. Были и звонки».

Действительно, пустить на экран лидеров правых, пусть и в комедии, но всего за месяц до парламентских выборов, было бы плохим пиаром. А режиссеру «Дня выборов» Олегу Фомину нужно было еще к президентскому марту выпустить залежавшийся «Поцелуй не для прессы», который снят, по словам автора, «не о Путине». Впрочем, он утверждал, что и «День выборов» — фильм не о политических играх.

Новое кино «День радио», переложение одноименного спектакля о буднях радиостанции, — просто современная офисная комедия, в виде спектакля популярная в обеих столицах. Играют в фильме опять же квартетовцы, Амалия Мордвинова, Николай Фоменко. Вместо заполнявшего собой все музыкальное пространство Алексея Кортнева — наши звезды попа и рока, поющие свои хиты. В этой ленте политики нет. Почти. Зато есть неизменная гражданская позиция «Квартета И». Все та же легкая, игривая, но издевательская по отношению к реалиям оппозиция. По сути — форма культурного протеста. Не ответ на вопрос «куда мы идем?», но яркая фотография того, в каком виде мы сюда добрались. Собственно, об этом и повествуют оба «Дня» и «Быстрее, чем кролики» — третий спектакль театра.

«Мы не сатирики и не все время говорим о политике, — замечает квартетовец Леонид Барац. — Безусловно, наша гражданская позиция присутствует в каждом спектакле, в каждом фильме. Вот и новый наш спектакль, премьера которого будет в апреле, — он про себя, о среднем возрасте. О нашем поколении. Но как избежать при этом разумному человеку разговоров о среде, где он обитает? Не знаю. Хотя название у пьесы очень мирное — “Разговоры мужчин среднего возраста о женщинах, кино и алюминиевых вилках”».

Доходная оппозиция

Забавно вот что: не впадающий в грех попсовости, жизнерадостного кретинизма и потакания зрителю «Квартет И» — один из самых (если не самый) дорогих театров страны. Билет на спектакли «День радио» и «День выборов» стоит от одной до семи тысяч рублей. При все том аншлаг — норма для «Квартета И».

«Семитысячных мест у нас один процент в зале. Это “чисто понт” для тех, кто понты любит. Кстати, что интересно: у нас раньше в первую очередь выкупали именно дорогие билеты. Шла дорогая, умная публика, — признается режиссер “Квартета И” Сергей Петрейков. — Билеты разлетались заранее. После выхода фильма “День выборов” и показа его по ТВ аншлаг остался. Но он случается в последний момент. Зато улетают билеты на “День радио” и на “Кроликов”. После фильма “Радио”, может быть, и ажиотаж вокруг этого спектакля упадет. Но уже в апреле у нас будет новый спектакль. Так что опускать цены смысла не вижу, впрочем, и поднимать их тоже не станем. А у других театров, что, дешевые билеты? Вот я купил билет в Театр Петра Фоменко. Номинал две тысячи, но продали мне его за шесть с рук. Зачем отдавать эти деньги спекулянтам, а не театру? Проще грамотно распределить цены на билет по залу».

В современном мире интерес к идее часто оценивается именно заплаченными за нее деньгами. Так что успешность «Квартета И» с его «пьесами либерально-иронического профиля» именно у среднего класса кажется знаковой: стало быть, в России неглупые люди стали жить небедно, могут позволить себе билеты на спектакли, где показывают, насколько их жизнь смешна и неправильна. То, что «День выборов», фильм при всех изъянах приличный, остался с относительно тощим бокс-офисом — тоже говорящий факт: те, кому билеты на этот спектакль дороговаты, и на ленту с умничаньями и политическими шутками не пошли, а отдали свои кровные за какой-нибудь «Самый лучший фильм».

В своем роде — честный культурный барометр социальной погоды: более или менее удовлетворенное стабильностью большинство уверенно выбирает «просто развлечение»; склонное к рефлексиям, сопоставлениям и дурным предчувствиям, но не маргинальное меньшинство стравляет накопленный на кухнях либеральный пар в умеренно-фрондерские отдушины.

Отступное сообщество

«Бедный артист» в современном лексиконе понятие почти забытое или провинциальное. Длинный рубль и красивая жизнь, сериалы и отечественные блокбастеры, телевидение и светская хроника — вроде бы органичная среда обитания столичных «селебритиз». Но и звезды кино и ТВ, вполне по Стругацким, «желают странного»; если и не гробят несколько лет жизни на мучительных съемках в «Трудно быть богом» Германа, как Леонид Ярмольник, то как минимум ищут отдушину — или просто зрителя, равного себе. Вокруг «Квартета И» тоже уже сложился кружок сошедших с ковровых дорожек успеха ради… чего?

«Во многом для них это именно отдушина, — считает Петрейков. — Например, Амалия Мордвинова — актриса вполне востребованная. Но она очень любит играть в сложных спектаклях. Женя Стычкин приходит и говорит: “Хочу чего-нибудь этакого! Чего еще не делал”. Актерские профессиональные амбиции в них еще не убиты сериалами. Они хотят работать, хотят самореализации. Бывает так: заработал актер на рекламе — и на полгода отказался от съемок во всяком… дерьме. Ему хочется порепетировать с таким режиссером, который бы его наизнанку вывернул, сделал бы из него что-то новое. Так было со Стычкиным. А Егор Бероев (Фандорин в “Турецком гамбите”. — “Эксперт”) поработал у нас с Мирзоевым — и снова хочет. Им интересно. И интересны не только деньги и слава».

Примечательно, что в представлениях «Клуба комедии», проходящих под патронажем и с участием «Квартета И» (не путать с антиподом — телевизионным «Комеди-клабом»), успели поучаствовать Хазанов, Стоянов, Якубович, Цекало, Задорнов, Шендерович и так далее.

Примечательно и то, что «Квартет И» практически за свой счет поддерживает существование этой группы отступников. Зарабатывая деньги на своих дорогих, «локомотивных» спектаклях, вкладывает средства в некоммерческие постановки — «Проявления любви», «Страх мыльного пузыря», «Штирлиц идет по коридору», «Город мышей», «Орнитология», «Вторая музыка», «Когда земля кончится».

«В каком-то смысле, да, это благотворительность. Но ведь иначе уже нельзя, — говорит Петрейков. — Недавно Жванецкий с грустью заметил, что стал элитарным писателем. Это Жванецкий, который звучал из каждого окна! Теперь он понятен далеко не всем. Общий уровень культуры забился под плинтус — и еще ниже. Сейчас все, в чем есть хоть какая-то мысль, клеймится штампом “элитарное”. Но ни мы не элитарны, ни “Орнитология”, ни Том Стоппард со своими “Розенкранцем и Гильденстерном”. Только никто не хочет напрягать мозги. Как уж в такой ситуации не заниматься поддержкой просто театра, просто хороших спектаклей, молодых актеров и режиссеров? Где-то люди должны разминать и тренировать свое серое вещество и вкус!»

…Все-таки хорошо, что у нас богатая новейшая история. И свежи еще в памяти девяностые, в общем риторическом контексте которых эти петрейковские слова не звучали ни крамолой, ни брюзжанием. Так что решившим потратить свое время и деньги на фильм «День радио» ничего не грозит. Кроме необременительной прогулки по вполне безопасному пока что краю мягкой фронды эпохи нулевых.

• Берлинская публика аплодировала радикальной драме Алексея Мизгирева «Конвой»
• Происходит смена парадигмы кинотеатрального бизнеса: от модели «очередь в кинотеатр» рынок переходит к битве за зрителей
• О смерти и любви к жизни