Недозрелая музыка

• Анастасия Алексеева

На первый взгляд ситуация на российском музыкальном рынке выглядит весьма оптимистично. По итогам 2007 года легальные продажи музыкальной продукции в России составили примерно 415 млн долларов. Продажи аудиодисков выросли за год на 10% — таковы данные российской версии специализированного музыкального журнала Billboard.

Быстрый рост рынка произошел главным образом за счет расширения профильной мультимедийной розницы в Москве и Санкт-Петербурге — два-три года назад российский рынок перешел с аудиокассет на диски, которые стоят значительно дороже. Сказались также выпуск большего количества кириллических релизов — дисков зарубежных исполнителей, изданных в России с полиграфией на русском языке и потому более дешевых, чем оригиналы, — и постепенное вытеснение музыкальных пиратов в интернет.

Десятипроцентный рост продаж дисков — весьма неплохой показатель на фоне глобального кризиса музыкального рынка. В 2007 году в развитых странах было зафиксировано стремительное падение продаж аудионосителей — за год обороты рекорд-лейблов упали на 15–20%.

Однако благополучие российских производителей — явление временное. Уже сегодня отечественные компании оказались лицом к лицу с теми же проблемами, что и их западные коллеги, и им приходится осваивать новые модели бизнеса.

Как уже не раз писал «Эксперт» (см. №22 ("Монетизация под музыку") и 42 ("Назад на сцену") за 2007 г.), традиционная бизнес-модель, когда львиную долю прибыли исполнители получают от продажи кассет и дисков, начала изживать себя. Звукозаписывающие компании активно ищут новые подходы, которые гарантировали бы отрасли доход, но при этом позволяли пользователям получать музыку уже ставшим привычным за последние годы способом, а именно бесплатно скачивать ее из интернета.

Российские компании столкнулись с этой проблемой едва ли не раньше других стран — наши пользователи наименее охотно платят за музыку. Поэтому отечественный шоу-бизнес вынужден без промедления приспосабливаться к новым условиям рынка.

Разворот на 360 градусов

Начавшийся в конце 90-х процесс формирования в России цивилизованного музыкального рынка в целом так и не завершился. И во многом это произошло из-за кризиса традиционной бизнес-модели.

«Российский шоу-бизнес все еще остается последней сферой отечественного бизнеса, где зафиксировано столь значительное количество всевозможных правовых нарушений, отклонений от уплаты налогов и так далее. Это объясняется тем, что период становления нашей музиндустрии пришелся на не самый удачный период: западный рынок переживает жесткую рецессию и ищет новые пути финансирования музыкальных проектов. Не успел российский рынок сформироваться, а правила игры в глобальном масштабе уже изменились. Это ведет к тому, что отечественная музотрасль развивается непоследовательно. Мы вынуждены перескочить сразу через несколько этапов развития», — рассказывает «Эксперту» директор лейбла Uplifto Records Сергей Пименов.

Концерты и корпоративные праздники традиционно служат основным средством заработка для отечественных музыкантов, тогда как на Западе они стали рассматриваться артистами как ключевой источник дохода относительно недавно. Подсчитать точный объем российского концертного и «корпоративного» рынка довольно сложно из-за серых схем финансовых расчетов. Впрочем, по данным информационного агентства InterMedia, в 2007 году эта сумма составила почти 200–250 млн долларов.

«Еще пять лет назад гастрольный рынок был на сто процентов черным. Это пошло еще с советских времен. Тогда официальный концертный рынок был устроен следующим образом. У артиста была ставка, которая зависела от категории — народный, заслуженный и так далее, — по которой оплачивались концерты. Например, за выступление артист мог получить 5 рублей 40 копеек. Естественно, столь мизерные официальные ставки провоцировали формирование черного рынка. Были люди, которые организовывали частные выступления совершенно по другим расценкам. Когда произошла перестройка, именно они и стали заниматься бизнесом, продолжая играть по тем же правилам, — поясняет Сергей Пименов. — Сегодня положительные сдвиги очевидны. Концерты оформляются согласно официальным договорам, а клубы уже не крутят пальцем у виска, когда их просят подписать договор на выступление зарубежного диджея. Правда, по-прежнему непрозрачным остается сегмент корпоративных праздников, хотя в нем вращаются огромные суммы. Некоторые российские корпорации могут заплатить за выступление известного зарубежного артиста до миллиона долларов».

Однако наряду с морально устаревшими рыночными схемами отечественные исполнители начинают использовать в работе самые прогрессивные даже по меркам западного рынка модели. Один из вариантов — раскрутка исполнителя исключительно средствами интернета. При минимуме затрат такой подход обеспечивает популярность среди целевой аудитории вне зависимости от изменчивой рыночной конъюнктуры.

К примеру, американская группа Radiohead выложила свой последний альбом на собственном сайте. Любой желающий мог скачать композиции бесплатно или заплатить столько, сколько считает нужным. На российском рынке подобный подход применяет молодая исполнительница Катя Чехова. С ее веб-сайта можно бесплатно скачать музыкальные альбомы, в Живом журнале — почитать ее дневник, на ресурсе Flickr — посмотреть фотографии, а на YouTube — видео. Композиции Чеховой не представлены на ТВ и радио, но, несмотря на это, она вполне успешно выступает с концертами по всей стране.

Но и самые устаревшие схемы, и прогрессивные модели занимают лишь незначительную долю российского музыкального рынка. Большая часть звукозаписывающих компаний работают по модели «360 градусов», то есть не только выпускают альбомы того или иного исполнителя, как они это делали раньше, но и организуют его концерты, а также получают права на распространение сопутствующей продукции. Хотя западные компании уже отходят от «360 градусов», российские компании просто вынуждены использовать эту модель, ведь легальные продажи кассет и компакт-дисков у нас до сих пор минимальны по сравнению с зарубежными рынками. К тому же этот сектор все еще на 80% контролируется пиратами. Исполнители же, композиторы и музыкальные лейблы получают от продажи дисков весьма скромные доходы.

Финансовая недостаточность

Основная проблема отечественного музрынка — нехватка денег. Самые высокие гонорары из российских исполнителей популярной музыки — у Димы Билана, на Новый год они превышали полмиллиона долларов. Своим успехом Билан во многом обязан своему продюсеру Яне Рудковской (жене предпринимателя Виктора Батурина), которая израсходовала на этот проект весьма существенные суммы и привлекла к работе армию администраторов и менеджеров. Но для отечественного рынка это скорее исключение.

В целом российская музиндустрия финансово развита очень слабо, что сильно тормозит развитие бизнеса. Из-за отсутствия возможности адекватно оплачивать труд высококлассных специалистов в России крайне мало профессиональных исполнителей, аранжировщиков и продюсеров. Как следствие, мы имеем музыкальный продукт гораздо более низкого качества, чем западные аналоги.

Представим себе ситуацию. Есть талантливый, молодой и потому никому не известный исполнитель. Скажем, в США путь такого исполнителя к славе начинается на университетских радиостанциях, где крутят начинающих артистов и местные группы (у нас эта ступень отсутствует напрочь). По мере сил эту функцию берет на себя интернет, но этого недостаточно. Дальше на развитом музыкальном рынке поиском и отбором талантов занимаются продюсерские центры через свои агентские сети. Затем продюсеры подбирают грамотный репертуар с учетом того, что пользуется спросом, и собирают команду специалистов, которая трудится над новым проектом. Последний этап — изготовление привлекательной упаковки и продвижение артиста.

Иными словами, прежде чем исполнитель начнет приносить доход, в него нужно вложить немалые деньги и время. Позволить себе работать по такой схеме могут только финансово стабильные продюсерские центры, которые занимаются несколькими артистами сразу: когда один уже раскручен и приносит доход, можно поднимать второго с нуля. Отечественные же компании не способны вкладывать в артистов такие суммы, а потом долго ждать, пока исполнитель покорит музыкальный олимп. Отсюда — укороченный цикл музыкального производства (вроде «Фабрики звезд»), а на выходе — скороспелый и недозрелый музыкальный продукт.

Впрочем, даже если кто-то из лучших отечественных исполнителей запишет качественный диск, например на Западе, это не гарантирует хорошего дохода от его продажи. Как доказывают последние музыкальные тенденции, заработать на продаже собственно дисков нельзя. При этом артист тратит на запись в студии то время, которое в рамках контракта «360 градусов» он мог бы потратить на концерты, приносящие куда больше прибыли, чем диски. В итоге в России сложился порочный круг: чтобы записать музыку, нужны деньги, но заработать их можно только на выступлениях. А чтобы быть известным и выступать, нужно сначала записать диск.

По мнению гендиректора информационного агентства InterMedia Евгения Сафронова, правильно выстроить работу исполнителя или группы в сложившейся системе можно было бы с помощью грамотного музыкального менеджмента, но профессионалы могут наработать опыт только в массовой индустрии. А какая индустрия может функционировать без денег? Снова получается замкнутый круг.

Деньги — авторам

Одним из источников финансирования, который мог бы обеспечить исполнителям более стабильное финансовое положение, могли бы стать отчисления по авторским правам.

«Значительная часть западного музыкального бизнеса — отчисления, которые идут композиторам и исполнителям по закону о защите авторских прав. Каждый бар платит артисту за публичное воспроизведение его записей, и эта система четко работает. В Финляндии отчисления в пользу исполнителей делают даже таксисты, когда они проигрывают диск для своих пассажиров. Таким образом, правообладатели получают деньги за свой труд и могут реинвестировать их в запись новых альбомов, продвижение и прочее. В России же, несмотря на работу Российского авторского общества (РАО) и прочих организаций по коллективному управлению авторскими правами, интересами артистов в массовом масштабе зачастую пренебрегают», — говорит генеральный менеджер Зимней музыкальной конференции в Сочи SWMC-2008 Юрий Марычев.

Впрочем, в других странах вопрос авторских прав тоже решен далеко не полностью: до авторов, исполнителей и производителей фонограмм доходит лишь около 10% всего оборота музыкальной индустрии.

Существующая система защиты авторских прав просто-напросто устарела и не обеспечивает защиты их интересов. Она была призвана регулировать рынок, в который были вовлечены сотни организаций, а не миллионы, как сегодня.

«Своим возникновением и развитием музыкальная индустрия обязана технологиям, но их развитие идет такими темпами, что юридическая основа отрасли уже подверглась серьезным изменениям. Защитить авторские и смежные права в глобальном масштабе уже практически невозможно. Как только лазейки для пиратов были прикрыты, на рынке музыкальных носителей появились новые лазейки — в интернете, — а их контролировать гораздо сложнее», — говорит Евгений Сафронов. По его мнению, единственный выход для музыкальной отрасли и в России, и в мире — новая международная конвенция, по которой отчисления в пользу исполнителей и композиторов будут делать все, кто хоть как-то использует музыкальные произведения. Эти отчисления должны идти в общий фонд и справедливо распределяться среди всех правообладателей под государственным и общественным контролем. Хотя провести в жизнь такую систему в России, конечно, будет очень сложно.

А пока что исполнителям приходится зарабатывать деньги на концертах и опробовать все новые модели работы на рынке, где участие посредников было бы сведено к минимуму.

• В рамках «Американских сезонов в России» выдающийся джазовый пианист Херби Хэнкок выступил в Москве с молодыми джазовыми музыкантами
• Музыка
• Noize MC — о социальном рэпе, взрослении и параллельной реальности