Сила против реальности46

• АндрейСеренко АндрейСеренко

Вашингтон планирует в течение ближайших пяти-шести месяцев провести масштабную боевую операцию в южных и восточных провинциях Афганистана, а также в пакистанской провинции Южный Вазиристан. Такой вывод напрашивается после анализа новой стратегии западной коалиции в Афганистане. Эта стратегия фактически реализуется с конца 2007 года, а на последнем саммите НАТО она была одобрена официально.

Саммит подтвердил намерение НАТО расширять свое военное присутствие в Афганистане и продолжать курс на силовое противостояние «Талибану». Сейчас американцы не только требуют от своих союзников по НАТО новых подкреплений для западного контингента в Афганистане (ИСАФ), но и сами готовят новые резервы для отправки в эту страну. Судя по последним заявлениям Пентагона, в ближайшее время США планируют перебросить в Афганистан еще три бригады (это от 10 до 15 тыс. человек) — в дополнение к уже отправившимся на юг страны 3200 морским пехотинцам. Таким образом, в ближайшие несколько месяцев только американская боевая группировка на юге и востоке Афганистана будет увеличена на 13–18 тыс. человек. Сейчас западный контингент в Афганистане составляет свыше 40 тыс. человек.

Эту же цель — усиление ИСАФ — преследует и соглашение о северном транзитном коридоре, которое было подписано между Россией и НАТО в Бухаресте. Увеличение численности западных войск в Афганистане требует значительных поставок невоенных грузов, продовольствия, снаряжения и так далее. Соглашение с Москвой позволит быстро увеличить количество перевозок натовских грузов по российским железным дорогам. К тому же в ближайшее время ожидается открытие воздушного моста силами военно-транспортной авиации России.

Вряд ли целью этих крупных военных перемещений является только замена уставшего канадского контингента в провинции Кандагар (туда отправится лишь незначительная часть новых резервов). Американцы явно создают мощный наступательный кулак, необходимый для проведения крупной войсковой операции. Велика вероятность того, что новые резервы НАТО будут использованы для наступления на «Талибан» летом нынешнего года в восточных и южных провинциях Афганистана, а также для проведения специальной операции в пакистанской провинции Южный Вазиристан, где сосредоточена основная тыловая инфраструктура талибов и «Аль-Каиды». Можно предположить, что атаке на талибов на территории Пакистана будут предшествовать крупные боевые операции натовцев в южных и восточных провинциях Афганистана (это логично, поскольку именно эти провинции должны будут превратиться в плацдарм для вторжения в Вазиристан). А о том, что летом 2008 года следует ожидать усиления борьбы морских пехотинцев США с терроризмом именно на юге и востоке страны, уже в первой половине марта заявил посол США в Кабуле Уильям Вуд.

Пока остается открытым вопрос, как именно американцы и их партнеры по НАТО будут атаковать позиции талибов на пакистанской территории. Если Вашингтон сумеет сломить сопротивление пакистанских властей и добьется от них согласия на проведение вазиристанской операции, то западное наступление будет носить масштабный характер. Если согласие Исламабада получено не будет, то, скорее всего, США ограничатся локальными спецоперациями с целью уничтожения основных лидеров «Талибана» и «Аль-Каиды», а также основных баз исламистов. Понятно, что во втором случае операция будет менее эффективной.

НАТО поможет Хамиду Карзаю остаться на президентском посту

Государство начинается с армии

Одной из главных проблем в борьбе с вооруженной исламистской оппозицией в Афганистане является неразвитость национальных вооруженных сил. Именно поэтому тема форсированной модернизации афганской армии и увеличения объемов международной финансовой помощи ей (что дало бы возможность значительно увеличить число солдат и офицеров) была главной в выступлениях президента Хамида Карзая на саммите в Бухаресте.

Благодаря стараниям своего президента генералы афганской армии получили от НАТО даже больше, чем планировали. Если накануне саммита Кабул говорил о необходимости увеличить западное финансирование проекта модернизации АНА на 40% и тем самым довести численность афганской армии с нынешних 65–70 тыс. до 120 тыс. человек, то в итоге параметры обещанного финансирования возросли на 60%. НАТО не называет конкретные цифры, предпочитая оперировать процентами роста помощи. Однако известно, что только США еще в ноябре прошлого года приняли решение об увеличении финансирования афганской армии с 900 млн до 3 млрд долларов. Это позволяет афганским властям надеяться на то, что в ближайшие годы численность армии возрастет до 140–150 тыс. солдат и офицеров. В Кабуле мечтают об армии в 200 тыс. человек. До этого еще далеко. Тем не менее модернизация национальных вооруженных сил в ближайшие два-три года резко увеличит их политический вес в стране. (Для сравнения: число вооруженных талибов на юге Афганистана составляет 20–25 тыс. человек, столько же базируется в Вазиристане.)

Похоже, стремление Хамида Карзая укрепить афганскую армию связано не только с необходимостью вести вооруженную борьбу с талибами. Через год в Афганистане предстоят президентские выборы. Сегодня политическое влияние национальной армии в Афганистане очень высоко. По данным различных социологических опросов, 80–85% жителей Афганистана доверяют своей армии. Такими показателями не может похвастаться ни одна политическая партия, ни один гражданский политик. И похоже, афганский президент решил использовать армейскую популярность в своих интересах.

Выбивая из Вашингтона и Брюсселя новые инвестиции для армии, Хамид Карзай стремится закрепить за собой титул «отца национальной армии», очевидно, надеясь затем конвертировать этот статус в голоса избирателей на выборах и в политическую поддержку афганского офицерского корпуса. Вполне вероятно, что президент Карзай попытается через модернизацию армии трансформировать и нынешнюю политическую систему страны, сделав ее похожей на турецкую или пакистанскую, в которых системообразующую роль играют именно вооруженные силы.

Впрочем, делая ставку на армию как на ядро афганской государственно-политической архитектуры в перспективе, укрепляя армейскую инфраструктуру, Хамид Карзай должен будет как-то решать проблему ограничения амбиций своих генералов. Кроме того, он будет вынужден преодолевать дурные традиции афганских вооруженных сил, где до сих пор многие части формируются по этническому и клановому принципу.

Только один союзник

Планы американцев и Хамида Карзая выглядели бы весьма убедительными, если бы не два препятствия.

Первое — кроме талибов у Карзая есть вполне мирная оппозиция, которая не намерена просто наблюдать, как президент укрепляет свою власть. Например, Национальный фронт Афганистана (НФА), который объединяет политических деятелей и полевых командиров бывшего Северного альянса, недавно объявил, что уже несколько месяцев ведет переговоры с талибами. В случае успеха этих переговоров моджахеды Севера могут попытаться создать политическую коалицию с пуштунами-талибами Юга и уже вместе с ними пойти на президентские и парламентские выборы. Перспективы такого альянса пока представляются сомнительными. Однако сам факт заявлений о переговорах свидетельствует, что лидеры НФА отчаялись найти поддержку в НАТО и решили если не сделать ставку на союз с умеренными талибами, предлагая им политический механизм возвращения во власть в Кабуле, то пошантажировать западные столицы слухами о таком союзе.

Едва ли не меньше проблем Хамиду Карзаю может доставить другое оппозиционное политическое объединение — «Совет национального союза Афганистана» (СНСА). Оно тоже образовалось на фундаменте Северного альянса, но его амбиции простираются и в южные, пуштунские районы страны. В СНСА, который возглавляют доктор Мехди и Абдул Хафиз Мансур, входят свыше 50 мелких и средних афганских политический движений и партий. Их политическая активность проявляется в Волуси джирге (афганском парламенте), где представители совета внесли несколько важных законопроектов, раздражающих Карзая. Среди них проекты расширения полномочий парламента, введения должности премьер-министра, выборности губернаторов провинций (сегодня они назначаются президентом). Несколько дней назад СНСА внес на рассмотрение парламента Афганистана проект закона об определении юридического статуса иностранных военных сил. Закон должен регламентировать действия сил НАТО в Афганистане, которые фактически находятся вне афганского правового поля. Один из 10 пунктов законопроекта предусматривает вывод иностранных военных сил из крупных городов страны.

Второе препятствие — позиция властей Пакистана. Сейчас это едва ли не единственная помеха для проведения спецоперации против талибов в Вазиристане. Президент Первез Мушарраф и новый премьер-министр страны Сайед Юсуф Раза Гилани не только выступают против присутствия иностранных войск на территории Пакистана — глава пакистанского кабинета министров уже объявил о готовности сесть за стол переговоров с вазиристанскими талибами.

Перемирие Исламабада и вазиристанских боевиков даст возможность «яростным муллам» избежать опасной для них войны на два фронта и, прикрыв политическими договоренностями пакистанский тыл, начать более активные боевые действия против афганской армии и ее западных союзников на территории Афганистана.

Кстати, нельзя исключать, что этот демарш Исламабада напрямую связан с предстоящей модернизацией и ростом численности вооруженных сил Афганистана. Пакистану не нужна сильная афганская армия, ведь Кабул до сих пор не признает нынешние афганско-пакистанские границы, что дает пакистанским политикам право упрекать Афганистан в территориальных претензиях к южному соседу. Ослабление военной структуры Афганистана — одна из стратегических задач Пакистана. Наиболее подходящим инструментом для решения этой проблемы был и остается «Талибан».

Такое поведение пакистанских политиков ставит Вашингтон и Брюссель в безвыходную ситуацию. Примирительная позиция Исламабада в отношении талибов делает практически неизбежной необходимость проведения военной операции США и НАТО на территории северо-западного Пакистана. Ведь только такая акция позволит разрушить тыловую инфраструктуру «Талибана» и даст возможность достигнуть позитивного перелома в афганской миссии НАТО. В противном случае деньги западных налогоплательщиков, выделяемые Кабулу в рамках новой «бухарестской» афганской стратегии НАТО, окажутся выброшенными на ветер.

Но с другой стороны, воевать с талибами на территории страны, которая не одобряет такую войну, — дело не самое благодарное. Пусть даже официальное одобрение или неодобрение со стороны Исламабада здесь решает не так много. Пакистан долгие десятилетия был главным союзником США в регионе. Сейчас выясняется, что для второго такого союзника места нет.

• Соединенные Штаты перестали быть лучшей страной для одаренных мигрантов. Те все чаще выбирают для переезда Китай, Канаду и Европу. В будущем это сулит стране большие проблемы
• Руководство JP Morgan Chase & Co. вместо бизнеса компании было озабочено лоббированием в Вашингтоне прожектов по ограничению финансовых регуляторных мер, что привело к обратному результату и дало почву для разговоров о разработке нового пакета мер контроля финансовых учреждений
• ФРС допустила КНР на внутренний рынок США, одобрив покупку американского банка китайским ICBC