Выкликание судного дня

На улице Правды
«Эксперт» №16 (605) 21 апреля 2008

В связи с грядущим председательством В. В. Путина в ЕР последовали одобрительные замечания, согласно которым перед нами существенное продвижение к принципу партийного правительства. Парламентская партия, выдвигающая своего лидера в премьеры, теперь будет нести не косвенную, как прежде, но совершенно прямую ответственность за результаты премьерского служения. Отчего повысится и прозрачность политического процесса, и качество служения. Тем самым сделан еще один шаг к плодотворному усвоению удачно работающих общецивилизационных образцов.

С тем легче было бы согласиться, будь больше ясности с механизмом ответственности. Которая неотделима от санкции. Само выражение «наступление ответственности» предполагает какое-то более или менее неприятное и при этом предсказуемое внешнее воздействие. Традиционно под такой ответственностью разумеется «судный день» выборов. Оценивая правительственную расправу, избиратели в зависимости от оценки продлевают правящей партии мандат на формирование кабинета или не продлевают.

Логически рассуждая, смысл речей о важной политической новации, произведенной будущим партийным председателем В. В. Путиным, сводится к тому, что таким образом регулярный судный день получает шансы сделаться само собой разумеющейся практикой. С этим логическим выводом, однако, плохо сопрягаются указания на грядущую долгосрочную полуторапартийность (особо решительные даже говорят про однопартийность).

Во-первых, полуторапартийность предполагает долгосрочное владение не контролирующим, но лишь блокирующим пакетом, когда для формирования кабинета партия с блокирующим пакетом все же вынуждена привлекать в коалицию то тех, то этих партнеров (отсюда и полуторность). При этом варианте хотя бы миноритарные партнеры делаются жертвами судного дня, отчего умилостивительное действие выборов как-то сохраняется. Правда, классическая полуторапартийная система закончилась тем, что в 1993 г. все заборы в Италии были украшены надписью «DC — ladri» и вместе с Первой Республикой ушла в небытие вся ее партийная система, включая и тех, которые ladri, но в конце концов сейчас не до того, чтобы заглядывать на 35 лет вперед.

Во-вторых, сама по себе устойчивая полуторапартийность не является нормой, но скорее игралищем уникальных исторических судеб. Задним числом легко объяснять, почему в Италии или ФРГ etc. христианские демократы оказались у власти весьма долгосрочными, но из конца 40-х считать такую конфигурацию гарантированной на десятки лет было бы мудрено. У нас же про то говорят как про дело решенное.

При фактической однопартийности, когда миноритарные думские партии не являются необходимыми для формирования правительства, отчего и пребывают в полном ничтожестве, вопрос о том, как будет практически выглядеть наступление ответственности, в самом деле сложен. Вероятно, именно по причине невозможности внятно ответить status quo и объявляется гарантированно долгосрочным.

То есть ответственность отныне имеет место, но в обозримом будущем ни за что не наступит. Притом что н