О нечаянной радости чинам

Разное
«Эксперт» №18 (607) 5 мая 2008
О нечаянной радости чинам

Отвечая на вопросы сотрудников газеты «Аргументы и факты», Д. А. Медведев рассказал и о своих взглядах на борьбу с коррупцией. Разговор с широкой аудиторией (АиФ — газета массовая) всегда предполагает немалую степень упрощения обсуждаемых проблем. Возможно, именно в стремлении к простоте избранный президент сформулировал два своих тезиса таким образом, что их легко истолковать превратно. Один из этих тезисов — «никакими законами коррупцию полностью не победить»; второй — что коррупция будет побеждена по мере увеличения благосостояния честных чиновников. Можно ручаться, что оба тезиса быстро будут искажены заинтересованными сторонами (сейчас расскажу как), — и это тревожит.

Сначала о законах, которыми «коррупцию не победить». Да, верить, что коррупция истает, если принять на её счёт специальный закон, способны только левые депутаты Госдумы. Ни один из десятка подававшихся законопроектов с подобными названиями не содержал ничего, кроме пустословия, почему и не прошёл. Теперь закон «О коррупции» всё-таки примут — международные конвенции обязывают, — но особого прока от него никто и не ждёт. С другой стороны, понимающая публика давно осознала укоренённость коррупции в наших действующих законах. Что в России «воруют по закону», что масса нормативных актов имеют конкретную взяткоёмкость (этот термин, исходящий из «Эксперта», в присутствиях принято неточно передавать как коррупциогенность), успел увериться, пожалуй, всякий. И как не увериться? Ведь бывало даже, что принятием невинных с виду законов порождались целые отрасли коррупции.

Принимают вторую редакцию Закона о банкротстве — и за год-два российские суды, ранее сравнительно свободные от мздоимства, явно коррумпируются. Рождается новая индустрия: отъём собственности через банкротство; в пору расцвета она, по полуофициальным оценкам, проводит тридцать тысяч «заказных банкротств» в год. Ныне случаев рейдерства, пожалуй, и побольше — но без школы чёрных банкротств и рейдеры так бы не расплодились. Другой пример: стоило законодательно ввести квоты на вылов рыбы — и не за сезон, так за два, практически все рыболовецкие компании страны либо прогорели, либо поменяли хозяев. Новыми хозяевами, по странному стечению обстоятельств, стали сплошь «свои люди» крупных чиновников.

Так что борьба с коррупцией невозможна у нас без огромной законодательной работы: надо латать «коррупциогенные» дыры в действующих актах — и не допускать их в актах вновь принимаемых. Недавно на одной публичной дискуссии случилось мне побранить думцев: у них имеется неплохая методика анализа нормативных актов на взяткоёмкость, но они всё никак не соберутся постановить, чтобы этой методикой обмолачивался каждый поступающий законопроект. Сидевший неподалёку от меня известный депутат счёл нужным тут же написать мне записку; там было сказано, что он-то всячески старался сделать эту методику непременным этапом одобрения законов, но ему эту затею «зарубили». Я не стану гадать, кого именно опытный политик разумел под таким безличным оборотом,