Третья волна пошла8

Гражданские и экономические свободы, права человека, законность — инаугурационная речь Дмитрия Медведева могла согреть несколько озябшие за последние годы души представителей активной части общества. Слова нового президента подтвердили, что его известное выступление в Красноярске с заглавным тезисом «Свобода лучше, чем несвобода» не объяснялось предвыборной конъюнктурой. Он действительно так думает. Вопрос в том, что и как он будет делать для воплощения в жизнь этих греющих душу слов.

Вопрос этот не сводится к проблеме распределения власти в паре Медведев—Путин. Логика «старый президент все равно не даст действовать новому» — абсурдна. Медведева выбрал сам Путин, и он, уж наверное, осознает смысл своего выбора. Фактическое распределение власти — штука довольно текучая, и предсказать, как на практике будет работать новая система власти, невозможно. Наконец, Медведев уже начал проявлять себя в качестве лидера страны, и эти проявления дают кое-какую пищу для размышлений.

Нам уже известно, что в апреле пленум Высшего арбитражного суда (его председатель Антон Иванов знаком с Дмитрием Медведевым по юрфаку Петербургского университета) дал толкование статьи 169 Гражданского кодекса, ограничивающее возможности налоговиков по отъему собственности. Известно также, что МЭРТ готовит концептуальные изменения в российской налоговой системе, о чем недавно в интервью «Эксперту» рассказал замминистра экономразвития и торговли Станислав Воскресенский, чье имя также принято связывать с Медведевым («Нам нужен качественный рывок», «Эксперт» № 17 за 2008 год).

Закрытость верхних этажей российской власти не позволяет достоверно судить о том, какой вклад в эти решения внес Дмитрий Медведев, а какой — Владимир Путин. Отметим другое. Во-первых, в России имеется разумная бюрократия, готовая к курсу на экономическую и политическую модернизацию, причем Путин склоняется на ее сторону. Во-вторых, политическим лидером этой группы бюрократии становится именно Медведев, потому что он-то и формулирует ее идеологические ориентиры. В-третьих, отсутствие собственной команды, которое расценивается как слабая сторона нового президента, он, похоже, способен компенсировать способностью привлекать людей не просто по принципу личной лояльности, но по принципу общих ценностей. Иначе не объяснишь появление рядом с Медведевым Аркадия Дворковича и Станислава Воскресенского — ни тот ни другой в питерском университете не учились.

Сегодня политический тандем Медведева и Путина (а наличие у них общего видения подтверждено первыми президентской и премьерской речами) является главным условием успеха заявленной модернизации. Именно этот тандем в ближайшие же месяцы будет проверяться на прочность теми, для кого принципиальная демократизация политической среды и либерализация экономического пространства составляют угрозу личной власти и благополучию. И именно этот тандем нуждается в поддержке тех, кого принято считать прогрессивной частью общества: частного бизнеса, независимых профессионалов, свободных политиков, интеллектуалов. Потому что сегодня на верхних этажах российской политической иерархии против всего лишь нескольких, пусть и образованных, и амбициозных, и мотивированных, чиновников стоят чрезмерная власть силовой бюрократии, разложившаяся правоохранительная система, слабый суд, проросшие друг в друга власть и собственность.

Обновление страны сейчас предстоит совершать не ломом, как пятнадцать лет назад, а скальпелем. Аккуратно освобождать суд от давления со стороны исполнительной власти. Чистить сотни взяткоемких законов. Последовательно сокращать юридические и административные возможности для передела собственности. С одной стороны, это упрощает задачу — стратегия малых дел сокращает потенциал больших политических кризисов. С другой стороны — усложняет. Две-три крупные реформы, как во времена Бориса Ельцина, можно провести сверху, не затрудняясь объяснять обществу их смысл. А для успеха тысячи локальных преобразований важна гражданская поддержка.

Поэтому успех президентства Дмитрия Медведева в огромной степени зависит от того, удастся ли ему включить в свою политическую коалицию помимо либеральной бюрократии еще и средний бизнес, оставшиеся в России качественные СМИ, здоровую часть армии и правоохранительных структур, активную часть среднего класса, интеллигенцию — не ту, что устраивает марши несогласных, а ту, что ответственно и профессионально делает свою работу в университетах и школах. Сделать это будет непросто — мешает и бюрократическая традиция презрения к обществу, и отсутствие механизмов мобилизации гражданской поддержки. Но без этого заявленная цель — освобождение энергии нации для развития страны — не будет достигнута.

• Беспартийный и местный
• Последствия для Сибири
• Томская область имеет конкурентоспособные особенности развития экономики — природные, ресурсные, промышленные, образовательные и научные. Их сочетание позволяет региону развиваться сбалансированно