Стрелка без перевода

• Сергей Жегло

В средостении Москвы, на острове между храмом Христа Спасителя и Якиманкой, там, где один построенный ради повышения туристической привлекательности столицы пешеходный мост плавно перетекает в другой, настолько же убогий, сбились в кучку свежевыкрашенные белой краской бывшие гаражи кондитерской фабрики «Красный Октябрь». И там под названием «Арт-стрелка Projects» и под чутким общим руководством куратора Ольги Лопуховой нашли пристанище несколько скромных галерей современного искусства явно некоммерческого толка. Тяжкий шоколадный дух, висевший над островом несколько лет назад, развеялся; летнее кафе, которое обещают открыть, соответственно, к лету в основании междумостья, добавит свои запахи в атмосферу этого уголка; пока же здесь царит дух свободного творчества подающей надежды художественной молодежи. Впрочем, маститые деятели изобразительного искусства из-за рубежа часто наведываются сюда со своими выставками, предпочитая это место прочим именно в силу наличия упомянутого духа.

Вот и Сергей Воронцов из Берлина регулярно привозит свои работы именно сюда. С тех пор как центр культурной жизни переместился на Винзавод, где теперь по выходным не протолкнуться, «Арт-стрелка» продолжает выглядеть вполне маргинальным местом встреч утонченных любителей искусства и негламурных деятелей культуры. В последнюю субботу каждого месяца здесь во всех галереях открываются новые выставки, и прогуливающиеся новым туристическим маршрутом могут наблюдать с высоты мостов кучкующихся во дворе гаражей представителей московской творческой интеллигенции, развлекающих себя диковатыми перформансами и выступлениями странных музыкальных коллективов.

В частности, когда Воронцов приезжал сюда с выставкой в прошлый раз, здесь прошел концерт его группы Animal Cops — и собрал множество поклонников легендарной фейк-группы «Среднерусская возвышенность».

Наряду с Воронцовым в этом исключительно концептуальном проекте принимали участие такие художники, как Свен Гундлах, Никола Овчинников, Никита Алексеев, Константин Звездочетов, а единственным профессиональным музыкантом был басист Игорь (Сталкер) Вдовченко.

Свен Гундлах, затеявший это веселье в 1985-м, безжалостно оборвал его спустя три года под предлогом того, что накопившийся профессионализм участников зашкалил за пределы первоначального замысла. Воронцов, в котором профессионализма накопилось заметно больше, чем в остальных, не смог его похерить — и, уже обосновавшись в Берлине, реализовал в собранной им группе Unterwasser, а затем в Animal Cops.

Естественно, прочие «звериные менты» — диджей Куст из Манчестера и Иванка Скриванек — прилетели вслед за лидером, чтобы принять участие в концертах; они должны были состояться в нескольких московских клубах и, разумеется, на «Арт-стрелке».

— На «Арт-стрелке», я уверен, будет самый лучший, — говорил Сергей. — Потому что это место стало для меня уже родным и здесь все свои.

Мы сидели в тесном закутке Ольги Лопуховой, доверху загроможденном разнообразными работами, подаренными ей известными художниками. Сергей рассказывал, как родным стал ему еще и Берлин. В конце 80-х он отправился туда, чтобы поучаствовать в выставке «Исkunstво»; ему тут же предложили принять участие и в выставке молодых советских художников в Кельне, потом — устроить персональную выставку; потом — еще одну… И так дело дошло до стипендии Дома художника «Бетаниен», вслед за которой сразу же выпала еще одна рабочая стипендия. Тем временем Сергей женился на невероятно талантливой русской девушке Юлии Бардолим, родившейся в Потсдаме и закончившей UDK (Берлинский университет искусства), — по ее пьесам в Берлине поставлено три спектакля, она пишет сценарии документальных фильмов для канала Arte, а в 2006-м они зарегистрировали семейную фирму Bardolim & Voronza, украшающую берлинские улицы и интерьеры мозаичными объектами. При том что в юности Сергей окончил художественно-техническое училище по специальности «ткач-гобеленщик», долгие годы потом он проработал на Комбинате монументального искусства в бригаде мозаистов, колол смальту и выкладывал ее на гигантских просторах фасадов и торцов от Москвы до дальних уголков Сибири. Мать и отец Сергея были художниками-мозаистами из первого послевоенного выпуска Строгановки, и он прошел по их стопам путь от простого облицовщика до художника-автора.

— Теперь, конечно, не принято поминать добрым словом те времена, — говорит Сергей. — Но, представь, как это было круто тогда — пару месяцев вкалывать на какой-нибудь стройке века и потом, заработав изрядные деньги, до следующей командировки, ни в чем себе не отказывая, заниматься живописью и музыкой!

«Накопившийся профессионализм» и в этом случае трудно было потерять. В Германии Сергею, конечно, пришлось помыкаться на всяких подсобных работах в промежутках между занятиями живописью, прежде чем она начала приносить стабильный доход. Но теперь кроме крупных живописных работ, прозрачно-монохромных, изображающих космических женщин и вымышленных собак-героев, он выставлял на «Арт-стрелке» мозаичные объекты, выполненные в той самой трепетной советской стилистике, отсылающей к пионерскому детству.

В нынешней, капиталистически-постсоветской, разросшейся и забившейся тромбами автопробок Москве Воронцов чувствует себя, однако, слегка не в своей тарелке.

— Тут невыносима вязкость коммуникаций, — говорит он. — В Берлине садишься на велик и максимум минут через десять уже разговариваешь о делах с нужными людьми. Здесь же такие расстояния, что, пока доедешь до места, забываешь, зачем ехал. Да еще и общение сопряжено со всем известными церемониями, от которых потом долго голова болит.

Еще художники в Берлине обычно пользуются мастерскими, предоставляемыми им на льготных условиях муниципальными комитетами по культуре. При этом они просто обязаны регулярно устраивать выставки для жителей района, в котором работают. Работы Сергея украшают коллекции самых серьезных музеев и галерей мира, но бывает и так, что простодушные турки-иммигранты нескончаемой вереницей идут мимо его картин и объектов, разинув рты и поражаясь выдумкам собрата-чужеземца. Еще художникам то и дело предлагают принять участие в разнообразных, обычно тематических, проектах в разных землях Германии. Все это стимулирует творческую активность и, по меньшей мере, не позволяет провисать и киснуть. В России же как-то принято лениться, имея в виду в основном персональные выставки, срок которых обычно оговорен, но, как правило, не близок.

Тут невыносима вязкость коммуникаций. В Берлине садишься на велик и максимум минут через десять уже разговариваешь о делах с нужными людьми

***

…Тогда на «Арт-стрелке» был День рождения Ольги Лопуховой. Собрались совсем уж свои. Почти за полночь, после концерта в клубе «Жесть», на праздник приехали Воронцов и Игорь Вдовченко. Исполнили дуэтом песни из репертуара «Среднерусской возвышенности». «Мама, завари мне чай», как всегда, было повторено многократно. Гости были в восторге.

— Среднерусская возвышенность как географическое понятие аннулирована, — импровизировал Сергей в том самом тесном закутке. — Мы собираемся воссоединиться под каким-нибудь более актуальным географическим названием.

Речь, конечно, шла еще об одном экзерсисе — правда, точно без Свена, который уже давно выпал из географии нашей родины куда основательней, чем Среднерусская возвышенность. Зато имелся в виду в качестве обязательного участника Игорь Вдовченко.

…Тогда на Арт-стрелке состоялся, как было обещано, самый лучший концерт Animal Cops.

…И тогда — на следующее утро — Игорь Вдовченко высунулся подышать свежим воздухом из окна. Подоконник был низким; видимо, у Игоря закружилась голова. Он рухнул с шестого этажа.

Он был веселым и добрым.

На отпевание к Центральной клинической больнице в Ясеневе собирались музыканты, художники и их друзья. Было очень холодно, временами сыпал снег. Никто не спрашивал друг у друга, как дела. Единственной шуткой, которую я слышал по меньшей мере раз пять, была: «Хоть бы кто на свадьбу позвал». Людей было гораздо больше, чем обычно собирается на какие-либо концерты и выставки. В тесный зальчик с дизайном интерьеров в стилистике времен Олимпиады-80, где была оборудована часовня, уместились не все. «Среднерусской возвышенности» больше не будет ни под каким названием. Но Animal Cops, я уверен, еще не раз приедут в наш город. Музыка не кончится, и будут еще выставки, и «Арт-стрелка» продлится еще минимум три года, и можно будет попробовать еду в летнем кафе возле. Может быть, она окажется вкусной.

• В рамках проекта «Тen» опубликованы работы студии Graphic Travelling
• В Лондоне с 13 по 17 февраля пройдет неделя торгов современным и послевоенным искусством четырех аукционных домов – Bonhams, Christie's, Sotheby's и Phillips de Pury
• Рынок произведений искусства вернул себе славу надежного инструмента инвестирования