Цена смертников

Александр Механик

Книга Владимира Дайнеса о фактах и мифах вокруг штрафбатов и заградотрядов в годы Великой Отечественной

Один российский историк как-то сказал, что еще недавно в России считалось, будто история Второй мировой войны не требует комментариев, — сейчас выяснилось, что требует. Если этим не займемся мы, этим займутся другие.

Представление о том, что Советский Союз выиграл войну благодаря насилию власти над собственной армией, которое выразилось в массовом использовании заградительных отрядов и штрафных батальонов, стало весьма распространенным. О роли штрафбатов сняли даже популярный сериал. Распространению этого взгляда способствовало и то, что в годы советской власти тема была закрытой для широкого общественного обсуждения. Книга Владимира Дайнеса позволяет трезво, без гнева и пристрастия, взглянуть на эту проблему и оценить реальную роль штрафбатов и заградотрядов в истории войны.

Заградительные отряды впервые были сформированы в Красной армии еще в годы Гражданской войны. Объясняя причины их создания и роль в победе Красной армии, автор приводит слова Льва Троцкого, который с присущей ему откровенностью сказал: «…нельзя строить армию без репрессий. Нельзя вести массы людей на смерть, не имея в арсенале командования смертной казни… Но армии все же не создаются страхом. Царская армия распалась не из-за недостатка репрессий… Кто хоть немного понимает язык истории, для того эти факты не нуждаются в пояснениях. Сильнейшим цементом новой армии были идеи Октябрьской революции».

Конечно, идеи играли большую роль, как и в любой гражданской войне, но крестьянское большинство Красной армии воевало в первую очередь за землю, розданную во время революции.

Вожди сталинского СССР не любили Троцкого, но были вылеплены из того же теста — и сделали те же выводы для себя в первые месяцы Великой Отечественной войны, в обстановке хаоса и распада на многих участках фронта, вызванных их собственными ошибками, неподготовленностью войск, некомпетентностью командиров, просто паникой. Автор приводит записку первого секретаря Брестского обкома ВКП (б), отправленную в ЦК партии: «С первых дней военных действий в частях 4-й армии (расположенных в Бресте и вокруг него. — “Эксперт”) началась паника… многие командиры и политработники вместо организации эвакуации в панике бежали из города, в первую очередь, спасая свои семьи, а красноармейцы бежали в беспорядке». Конечно, не всюду было так плохо, мы знаем историю той же Брестской крепости. Но, к слову, мы никогда не задаемся вопросом, а куда делись из Бреста остальные войска. Говоря просто — бежали. Такова жестокая правда войны. И это были не единичные факты.

12 сентября 1941 года была выпущена директива о создании заградительных отрядов. Практически одновременно начинают формироваться штрафные батальоны. Автор приводит выдержки из доклада комиссара госбезопасности Мильштейна, адресованного Берии в конце октября того же года, об итогах деятельности заградотрядов за месяц работы. Задержано 657364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из них арестовано 25878 человек. Из остальных были сформированы воинские части и отправлены на фронт. По приговорам военных трибуналов расстрелян 10201 человек. Конечно, цифры чудовищны. Но, сравнивая их с численностью армии, которая на тот момент уже составляла порядка 11 млн человек (из которых непосредственно на фронте было более 5 млн), и оценивая ситуацию начала войны, понимаешь, что это относительно немного.

Арагон в своем романе «Коммунисты» описывает панику, которая охватила французскую армию в 1940-м во время прорыва немцев через Арденны. Все очень похоже. Проблема только в том, что французское руководство предпочло сдаться, а советское — прибегнуть к чрезвычайным мерам. К слову, во время Сталинградской битвы количество репрессированных за аналогичные преступления (по данным, которые приводит автор) уже на порядок меньше, хотя по накалу боев Сталинградская битва была более жестокой, чем бои начала войны. Но не было неподготовленности и неорганизованности.

И приведенные цифры, и воспоминания участников заградотрядов, и распоряжения командования, приводимые автором, говорят: вопреки легендам заградотряды использовались не как пулеметчики, стреляющие в спину своим, чтобы принудить их сидеть в окопах или бежать в атаку, а в первую очередь для задержки и реорганизации хаотически отступающих частей. В том числе с применением репрессий. Но никаких «заградителей» не хватило бы, чтобы остановить гипотетическое «бегство» всей армии. По данным, приводимым автором, можно оценить численный состав всех заградотрядов в 100–200 тыс. человек (а по другим данным, также приводимым автором, раз в пять меньше). Переиначив Троцкого, можно сказать: конечно, репрессии в армии во время Великой Отечественной войны играли свою роль, но никакие репрессии, заградотряды и штрафбаты не смогли бы остановить распад армии, если бы большинство солдат и офицеров, даже в приступе паники бежавших с фронта, не были готовы затем стойко и храбро воевать. И потому что тотальная война, какой была Вторая мировая, — это борьба организаций. И потому что большинство наших солдат понимали, за что воюют. Одни воевали за идею, другие за Родину, третьи — только за себя. Но, как показал последующий ход войны, подавляющее большинство отдавало себе отчет, что речь идет о войне за выживание каждого. И как только организация армии была приведена в порядок, потребность в чрезвычайных мерах резко упала. А в 1944 году заградотряды были распущены.

Статьи на тему: «Литература»