Селигерские заметки

Политика
«Эксперт» №31 (620) 11 августа 2008
Автор этих строк провел три недели июля в палаточном лагере форума «Селигер», среди активистов движения «Наши». Данные заметки в основном писались в палатке, в ходе наблюдений за жизнью селигерского форума
Селигерские заметки

Начну с конца. Уже после того, как с берегов Селигера исчез многотысячный лагерь «Наших», президент Медведев принял делегацию участников форума. В прошлом году он сам был гостем Селигера — в ранге первого вице-премьера. Тем не менее многие тогда предсказывали, что со сменой власти в России исчезнут и «Наши»: мол, а зачем они, если никакой «оранжевой угрозы» на горизонте нет и не предвидится? Предсказателей явно подвела вредная привычка упрощать видимое. Но действительно, а что такое «Селигер» в 2008-м? К чему там готовят тысячи молодых людей, если не к массовой уличной политике?

Встреча селигерцев с Медведевым дала некоторые ответы. Основная тема разговора — инновационная экономика в контексте Стратегии-2020. Предложения участников делегации, поддержанные президентом, — о создании детских центров научно-технического творчества, о покупке с целью переноса в Россию готовых венчурных фондов, о проведении тематических форумов по инновациям — лежали в русле этой темы. В составе селигерской группы — молодые ученые, лауреаты конкурсов по программированию…

Все это не вышло бы за рамки благостно-официозных пресс-релизов, если бы не одно обстоятельство, драматизм которого нам еще предстоит оценить. В текущем году молодежи в возрасте от 18 до 27 лет в России насчитывается около 22 млн человек. К 2020-му (финальной точке одноименной стратегии) таковых будет не более 14 млн — в полтора раза меньше. Это жесткая и уже неотменимая реальность: сколько нарожали в период с 1993-го по 2002-й, столько и есть.

Почему это так важно для амбициозных планов построения инновационной экономики, объяснять излишне. Указанный возраст — это возраст профессионального и личностного самоопределения, когда человек выясняет для себя, кто он и чем занимается в жизни. После него переучивать токарей на пекарей (или сталеваров на инженеров) — гораздо более трудоемкая и затратная задача.

Дефицит кадров — уже сегодня бич многих действующих предприятий и целых отраслей экономики. Руководители HR-служб крупнейших российских корпораций изыскивают все новые и новые способы привлечения людей, но именно кадры — один из основных сдерживающих факторов для роста компаний.

А теперь представим, что из трех существующих на рынке свободных работников остаются два. Для больших предприятий это уже ситуация не роста, а выживания. И можно не сомневаться: в борьбе за таковое ни сил, ни ресурсов компании жалеть не будут.

В связи с этим закономерен вопрос: если все свободные кадры с рынка труда отожмут себе уже существующие производства и отрасли, из кого будет делаться столь громко анонсированный инновационный сектор? Кто отправится создавать новые технологии, новые компании и новые отрасли экономики? Сколько вообще сегодня для этого есть свободных, не «связанных» так или иначе молодых людей?

Главным и самым ценным «продуктом» любых молодежных организаций всегда являются сами люди, а не та активность, которой их организации заняты в данный момент

Кадровый «стабфонд» для России

История и культура приучили на