Переулком в знакомый кабак

Наталия Курчатова

Что-то происходит с современной русской прозой — все чаще при чтении очередного продукта из этой сферы припоминается паразитный зачин «ну, как бы…». Как бы роман.

Тимофей Фрязинский — известный литературный персонаж, поэт и тусовщик. Аннотация к его первой прозаической книге заставляет заранее облизнуться: безысходная жизнь «московских субурбий», творчество и социальная болезнь — материал, кажется, располагает к напряженному сочувствию, а репутация версификатора — поэты редко пишут плохую прозу — обещает еще и нечто сверх того…

Лирический герой, вскормленный подвалами Района, ведет беспутную жизнь среди малолетних гопстопщиков, несчастных шлюх-клофелинщиц и авантюристов разного калибра «и с бандюгами жарит спирт». Мечтает, разумеется, о высокой и чистой любви, но в одно знаменательное утро начинает харкать собственной плеврой в подушку. Этот факт переворачивает все его мировосприятие — в тубдиспансере герой наслаждается каждым прожитым днем и, видимо, решает передать следующему поколению свой опыт, сын ошибок трудных.

Материал, действительно, жирный. Поначалу текст воспринимается как записки очевидца, «черная литература» в духе Жене; но нет, Фрязинский пытается сохранить определенную моральную дистанцию. Например, приводит в назидание малолетним гопникам рассказ о герое войны, написанный высоким штилем районной газеты. Учитывая, что чередуется это с чернухой, вываливаемой не без смака, но с ленцой, где-то к середине книжки вообще перестаешь понимать, о чем она, собственно. Видимо, автором предполагался все же не визит на темную сторону Луны, а что-то вроде романа воспитания, но вышел он как-то странно. Заставить пообвыкшегося среди обыденной мерзости читателя при встрече с тем же самым, но на страницах книги, встряхнуться до основания и тем восстановить расшатанную систему этических координат — задача благородная… но для этого с материалом работать надо. Со всем тщанием.

Статьи на тему: «Литература»