Лечение будет трудным4

• Максим Агарков

О криминализации Приморья не говорит только ленивый. И в этих разговорах есть изрядная доля правды. Будучи 26-м по численности населения регионом страны, край является одним из 15 наиболее криминогенных. В Приморье, по статистике, совершается одно преступление на 120 жителей, тогда как в Московской области (находящейся в первой тройке по количеству зарегистрированных преступлений) — одно на 200. Под следствием оказались высокопоставленные чиновники и депутаты, которые в основном обвиняются в превышении должностных полномочий и злоупотреблении властью. В числе фигурантов — вице-губернатор Приморья Александр Шишкин, бывший вице-губернатор края Борис Гельцер, депутат краевого законодательного собрания Дмитрий Мудров. Обыски прошли в доме и на рабочем месте у нынешнего губернатора Сергея Дарькина.

Всего за прошлый год Генеральная прокуратура возбудила 26 уголовных дел в отношении приморских чиновников. Пока непонятно, о чем это говорит. С одной стороны, у многих первых лиц края весьма сомнительное прошлое, например, бывший мэр Владивостока Владимир Николаев, ушедший со своего поста после того, как против него было возбуждено уголовное дело, считался одним из лидеров криминального сообщества Приморья. И возможно, атака силовиков на руководство Приморья свидетельствует о попытке Кремля очистить региональную верхушку от такого рода людей. С другой стороны, нельзя исключить, что это лишь обычная борьба за власть.

Так или иначе, здесь складывается особый экономический порядок, когда причудливо переплетаются интересы бизнеса, включая нелегальный, и чиновников из силовых структур.

Частно-силовое партнерство

По оценкам Тихоокеанского центра стратегических исследований, 80% бизнеса Приморья приходится на внешнеторговые операции. Основных направлений два: Китай и Япония. Японские компании, сталкиваясь с частыми случаями мошенничества приморских контрагентов, избрали такую тактику работы на региональном рынке: в Приморье имеется несколько посреднических фирм, с которыми постоянно сотрудничают японцы. Эти фирмы берут на себя все риски, связанные с возможным мошенничеством. Естественно, посредникам тоже приходилось иметь дело с нечистыми на руку партнерами. Поэтому они обращались за помощью к бывшим и действующим сотрудникам спецслужб. Результат — слово начальника службы безопасности в такой посреднической компании весит не меньше, а то и больше слова ее гендиректора. Стоит отметить, что эта система формировалась не столько под давлением силовых структур, сколько вследствие реальной потребности бизнеса в гарантиях безопасности, которую никто, кроме спецслужб, удовлетворить не мог.

Нечто подобное произошло и в торговле с Китаем. Тут уже российские компании сплошь и рядом становились жертвами мошенничества с китайской стороны. «При торговле с российскими фирмами риск встретиться с мошенниками составляет примерно один к десяти, при торговле с китайцами вероятность возрастает до одного к двум — одного к трем», — рассказывает директор Тихоокеанского центра стратегических разработок Михаил Терский. Проверить китайских контрагентов, не имея связей в той же ФСБ, просто невозможно.

Торговля рыбой — один из главных видов бизнеса в Приморье — также организовалась при непосредственном участии силовиков, немалую роль здесь сыграли пограничники. В крае давно существовала практика, когда рыбой и морепродуктами рыбаки торговали прямо в море, перегружая улов с траулера на борт другого судна. Однако были случаи, когда обещанных денег они не получали. Или, что еще хуже, вместо денег на борт траулера летела граната. Несколько подобных случаев привели к тому, что на заключение сделки рыбаки стали приходить в сопровождении пограничного катера, гарантировавшего корректность партнеров. Прибегать к покровительству силовиков приходится даже в том случае, если рыболовецкие суда ходят под иностранными флагами — а такое сегодня не редкость, и не только в Приморье. Поскольку основная часть бизнеса по-прежнему ведется с нарушением закона, морякам важно знать, в какой момент капитан погранкатера не будет патрулировать тот или иной район или где можно пересечь границу и при этом не подвергнуться досмотру на предмет незаконно выловленных морепродуктов. Собственно говоря, большинство нелегального промысла так или иначе связано с содействием пограничников.

Считать его цивилизованным мешает и то, что зачастую в числе акционеров рыбопромысловых компаний оказываются и выходцы из криминальных кругов, и гражданские чиновники, и силовики.

Репрессии не помогут

При этом не стоит забывать, что защита интересов граждан, в том числе и предпринимателей, — прямая обязанность государства. Однако вместо государства эту работу берут на себя отдельные чиновники. И делают ее отнюдь не за те деньги, которые им положено получать от налогоплательщиков. Возможно, местным чиновникам и предпринимателям их взаимодействие и кажется вполне гармоничным, на самом деле это не что иное, как коррупция, разлагающая государство.

Ситуация сложилась тяжелая, и разрешить ее вряд ли удастся быстро. Во-первых, где взять силовиков, которые стойко сопротивлялись бы соблазну самим поучаствовать в многочисленных схемах «защиты бизнеса»? «Пограничников мы разложили за год, фээсбэшников разложим за два» — приблизительно так рассуждают приморские бизнесмены.

Во-вторых, население края живет в очень непростых условиях. Достойный заработок есть только в крупных портовых городах, Владивостоке и Находке. В остальном крае люди вынуждены выживать, как могут. Средний уровень доходов в Приморском крае, по данным официальной статистики, не превышает 16 тыс. рублей (для сравнения: в Москве 38–54 тыс. рублей). А цены здесь очень высокие: буханка самого дешевого хлеба (его покупают пенсионеры и малоимущие) стоит 50 рублей. Пенсионер, переехавший в среднюю полосу России, увеличивает свое благосостояние на четверть. Однако высокая стоимость жизни — это только одна сторона медали. Рабочих мест в Приморье мало. Закрытие множества промышленных предприятий в 90-х пока еще не компенсировано. В регионе заперто около двух миллионов человек, многие из которых не обеспечены рабочими местами и способами заработка. Неудивительно, что основным источником дохода становится противозаконная деятельность в виде контрабанды и незаконной добычи природных ресурсов.

• 57% компаний предпочитают не пользоваться российскими правовыми нормами при совершении сделок
• Девелоперы должны сократить объемы строительства в Подмосковье. В противном случае областной рынок новостроек уже осенью начнет стагнировать, предупреждает Александр Хрусталев
• Свои бизнес-процессы автоматизируют лишь крупные компании. Достучаться до малого бизнеса, который не может позволить себе подобные проекты, да и не видит в них смысла, пока получается лишь путем государственных запретов