Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Уважаемая Светлана! Замечания, сделанные Вами, относительно морали содержат мало конкретного. Это, скорее, некие ощущения, образы. Несмотря на подобную постановку вопроса я должен быть благодарным Вам за это. Ваш ход мыслей характерно демонстрирует отношение к морали в обществе: расплывчато и далеко от понимания существа явления.
Подобное заявление обосновано следующими аргументами. В обществе существует несколько заблуждений на тему взаимоотношения морали политики и морали, которые можно сформулировать таким образом:
1.Мораль и политика – несовместимые вещи.
Это заблуждение. Прежде всего потому, что в любом обществе, сообществе есть принципы регулирования поведения. Есть два основных способа регулирования: моральное и правовое. То, что не зафиксировано в правовых нормах, решается неформально. Даже в криминальных сообществах есть нормы поведения, которых придерживаются преступники – люди, принципиально противопоставляющие себя морали. В криминальной среде существует понятие «беспредел» - не просто аморальное поведение, а отрицание правил (которое наказывается предельно жестко).
Соответственно, в политике не может не быть принципов морали (например, конфиденциальность дипломатических переговоров). Просто, они иные, чем те, к которым привыкли простые граждане. Наиболее характерно обывательское понимание морали в политике проявляется в отношении к известному «политологу» средних веков Н. Макиавелли. По-сути, он многие вещи описывает правильно, называет их своими именами, но людям, которые не имели опыта государственного управления, некоторые советы кажутся едва ли не кощунством. Например, он говорит, что мудрость государя заключается в том, что бы «взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо». Мещане будут рвать и метать: «Он проповедует зло»! Но ситуаций выбора меньшего из зол избежать в управлении (в том числе, и в государственном) не возможно.
Или в другом месте Макиавелли пишет: государь в душе должен быть готов к тому, что бы «по возможности не удаляться от добра, но при надобности не чураться зла». Кстати, если говорить о решительных и непопулярных мерах, мудрый итальянец советует: «Жесткость применена хороша в тех случаях – если позволительно дурное называть хорошим, – когда ее проявляют сразу и по соображениям безопасности , не упорствуют в ней и по возможности обращают на благо подданных». Возьмите последний конфликт на Кавказе. Все произошло очень строго по учебнику: решительно, жестко, в рамках защиты интересов и оперативно. Действия РФ «добром» конечно не назовешь, но мало сомнений в том, что поступая симметрично мы «не упорствовали» в жестокости и максимально обратили ситуацию в «благо подданных» (признание независимости, капитальные вложения и пр.). Если мы не видим общего в политической и бытовой морали, возможно, мы просто плохо разбираемся и в первой и во второй.
2.Мораль – хрупкая ценность сама по себе, (тем более в политике) и нуждается во внешней защите.
Такое мнение ошибочно. Рассуждать о хрупкости морали немного наивно. Такой вывод делается на основании следующей цепи рассуждений. Общество не однородно – его можно разделить на сообщества. Каждое структурное сообщество возглавляется лицом, принимающее решение и ответственное за управление (например, в преступном мире он так и называется «авторитет»). Этот руководитель просто обязан быть моральным (хотя бы преимущественно формально): его кто-то должен поддерживать, кто-то назначить (выбрать) и т.д. на основании, в том числе, и моральных качеств. Каждый из руководителей, принимая решения, ежедневно и ежечасно подает сигналы о своей моральности (которые часто остаются за кадром), несет на себе огромную (часто не осознаваемую) нагрузку по решению моральных вопросов. Нужно отметить, что путь на вершину любого сообщества не является простым и на это способны только реальные лидеры, которые не лишены волевых качеств – то есть сильные личности. Таким образом, положение в обществе определяется волевыми качествами, которые тесно связаны с моральными.
Это правило, как ни странно, подтверждают и судьбы тиранов: хотя взаимоотношения их личностных качеств и общественной морали весьма специфичны. Здесь есть два момента:
- если тираны смогли занять посты в управлении огромными государственными образованиями, то они не были лишены определенных моральных качеств и силы воли (способность преодолевать трудности само по себе расценивается как моральный авторитет). Могут возразить: «Какая такая нравственная сила, если тиран – моральный урод?». На это можно заметить, что во времена глобального мира информация о моральных качествах лидера «конечному пользователю» неизбежно представляется недостоверно: то есть можно не быть моральным, но выглядеть «прилично» нужно обязательно. Это, конечно, предосудительно (и более чем не дальновидно, не эффективно) – но таковы законы государственного управления.
Здесь, кстати, уместно обратиться к г-ну Н. Макиавелли: «Государь должен бдительно следить за тем, чтобы с языка его не сорвалось слова, не исполненного … добродетелей. Пусть тем, кто видит его и слышит, он предстанет как само милосердие, верность, прямодушие, человечность и благочестие, особенно, благочестие. Ибо люди большей частью судят по виду, так как увидеть дано всем, а потрогать руками – не многим». Этот аспект чрезвычайно важен для понимания влияния «положительного образа» в политике – при управлении в больших масштабах: «светлый образ» может существенно отличаться от оригинала. Так для миллионов советских людей Сталин был идеалом и непогрешимостью, хотя в действительности это было иначе. Но именно эта, тиражируемая святость (внешняя картинка – имеющая мало общего с реальными качествами личности) во многом сыграла положительную роль в управлении огромной страной и повышении общего уровня моральности (как ни парадоксально!) .
- моральные изъяны личности в больших масштабах имеют глобальные последствия. Если бы тираны прошлого остались бы простыми пастухами, священниками и солдатами, мир бы не узнал их ужасного людоедского нрава. Однако, попав в особые исторические условиях их специфическая, извращенная мораль произвела огромную разрушительную работу. Реальность такова, что в масштабах глобального мира (который уже был таким во времена Робеспьера, Наполеона, Бисмарка, Ленина, Сталина, Гитлера) цена моральных изъянов «верховного управляющего» чрезмерно высока. Эти обстоятельства отчасти объясняют сложные отношения морали и политики.
Что же касается воздыханий по поводу беззащитности нравственности перед грубой силой – это, вероятно, в большей степени относится к обстоятельствам обывательской жизни.
С уважением и благодарностью за интересную постановку вопроса
Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Уважаемая Светлана! Замечания, сделанные Вами, относительно морали содержат мало конкретного. Это, скорее, некие ощущения, образы. Несмотря на подобную постановку вопроса я должен быть благодарным Вам за это. Ваш ход мыслей характерно демонстрирует отношение к морали в обществе: расплывчато и далеко от понимания существа явления.
Подобное заявление обосновано следующими аргументами. В обществе существует несколько заблуждений на тему взаимоотношения морали политики и морали, которые можно сформулировать таким образом:
1.Мораль и политика – несовместимые вещи.
Это заблуждение. Прежде всего потому, что в любом обществе, сообществе есть принципы регулирования поведения. Есть два основных способа регулирования: моральное и правовое. То, что не зафиксировано в правовых нормах, решается неформально. Даже в криминальных сообществах есть нормы поведения, которых придерживаются преступники – люди, принципиально противопоставляющие себя морали. В криминальной среде существует понятие «беспредел» - не просто аморальное поведение, а отрицание правил (которое наказывается предельно жестко).
Соответственно, в политике не может не быть принципов морали (например, конфиденциальность дипломатических переговоров). Просто, они иные, чем те, к которым привыкли простые граждане. Наиболее характерно обывательское понимание морали в политике проявляется в отношении к известному «политологу» средних веков Н. Макиавелли. По-сути, он многие вещи описывает правильно, называет их своими именами, но людям, которые не имели опыта государственного управления, некоторые советы кажутся едва ли не кощунством. Например, он говорит, что мудрость государя заключается в том, что бы «взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо». Мещане будут рвать и метать: «Он проповедует зло»! Но ситуаций выбора меньшего из зол избежать в управлении (в том числе, и в государственном) не возможно.
Или в другом месте Макиавелли пишет: государь в душе должен быть готов к тому, что бы «по возможности не удаляться от добра, но при надобности не чураться зла». Кстати, если говорить о решительных и непопулярных мерах, мудрый итальянец советует: «Жесткость применена хороша в тех случаях – если позволительно дурное называть хорошим, – когда ее проявляют сразу и по соображениям безопасности , не упорствуют в ней и по возможности обращают на благо подданных». Возьмите последний конфликт на Кавказе. Все произошло очень строго по учебнику: решительно, жестко, в рамках защиты интересов и оперативно. Действия РФ «добром» конечно не назовешь, но мало сомнений в том, что поступая симметрично мы «не упорствовали» в жестокости и максимально обратили ситуацию в «благо подданных» (признание независимости, капитальные вложения и пр.). Если мы не видим общего в политической и бытовой морали, возможно, мы просто плохо разбираемся и в первой и во второй.
2.Мораль – хрупкая ценность сама по себе, (тем более в политике) и нуждается во внешней защите.
Такое мнение ошибочно. Рассуждать о хрупкости морали немного наивно. Такой вывод делается на основании следующей цепи рассуждений. Общество не однородно – его можно разделить на сообщества. Каждое структурное сообщество возглавляется лицом, принимающее решение и ответственное за управление (например, в преступном мире он так и называется «авторитет»). Этот руководитель просто обязан быть моральным (хотя бы преимущественно формально): его кто-то должен поддерживать, кто-то назначить (выбрать) и т.д. на основании, в том числе, и моральных качеств. Каждый из руководителей, принимая решения, ежедневно и ежечасно подает сигналы о своей моральности (которые часто остаются за кадром), несет на себе огромную (часто не осознаваемую) нагрузку по решению моральных вопросов. Нужно отметить, что путь на вершину любого сообщества не является простым и на это способны только реальные лидеры, которые не лишены волевых качеств – то есть сильные личности. Таким образом, положение в обществе определяется волевыми качествами, которые тесно связаны с моральными.
Это правило, как ни странно, подтверждают и судьбы тиранов: хотя взаимоотношения их личностных качеств и общественной морали весьма специфичны. Здесь есть два момента:
- если тираны смогли занять посты в управлении огромными государственными образованиями, то они не были лишены определенных моральных качеств и силы воли (способность преодолевать трудности само по себе расценивается как моральный авторитет). Могут возразить: «Какая такая нравственная сила, если тиран – моральный урод?». На это можно заметить, что во времена глобального мира информация о моральных качествах лидера «конечному пользователю» неизбежно представляется недостоверно: то есть можно не быть моральным, но выглядеть «прилично» нужно обязательно. Это, конечно, предосудительно (и более чем не дальновидно, не эффективно) – но таковы законы государственного управления.
Здесь, кстати, уместно обратиться к г-ну Н. Макиавелли: «Государь должен бдительно следить за тем, чтобы с языка его не сорвалось слова, не исполненного … добродетелей. Пусть тем, кто видит его и слышит, он предстанет как само милосердие, верность, прямодушие, человечность и благочестие, особенно, благочестие. Ибо люди большей частью судят по виду, так как увидеть дано всем, а потрогать руками – не многим». Этот аспект чрезвычайно важен для понимания влияния «положительного образа» в политике – при управлении в больших масштабах: «светлый образ» может существенно отличаться от оригинала. Так для миллионов советских людей Сталин был идеалом и непогрешимостью, хотя в действительности это было иначе. Но именно эта, тиражируемая святость (внешняя картинка – имеющая мало общего с реальными качествами личности) во многом сыграла положительную роль в управлении огромной страной и повышении общего уровня моральности (как ни парадоксально!) .
- моральные изъяны личности в больших масштабах имеют глобальные последствия. Если бы тираны прошлого остались бы простыми пастухами, священниками и солдатами, мир бы не узнал их ужасного людоедского нрава. Однако, попав в особые исторические условиях их специфическая, извращенная мораль произвела огромную разрушительную работу. Реальность такова, что в масштабах глобального мира (который уже был таким во времена Робеспьера, Наполеона, Бисмарка, Ленина, Сталина, Гитлера) цена моральных изъянов «верховного управляющего» чрезмерно высока. Эти обстоятельства отчасти объясняют сложные отношения морали и политики.
Что же касается воздыханий по поводу беззащитности нравственности перед грубой силой – это, вероятно, в большей степени относится к обстоятельствам обывательской жизни.
С уважением и благодарностью за интересную постановку вопроса
Мораль в отношении негров в США не причем. Вы наверное просто не в курсе относительно экономических причин гражданской войны в США в 19 веке. Проблема совсем не в аморальности, а в том, что дискредитация части населения влечет за собой определенные экономичские последствия, очень сильно сказывающиеся на тех, кто проводит политику дискредитации - негров ли или кого еще.
Бомбежки Сербии еще вздуются кровавыми пузырями на теле американских политиков и военных.
Василисе Оболенской я уже задавал этот вопрос. Модифицирую его под ваш пост:
Как стране может экономически помешать приведение к покорности (рабской, если угодно) и принуждения работать населения ряда гетто, заполненного безработными по убеждению, всех непреступных доходов у которых - различные социальные пособия?
Павел Александрович Родионов У США и многих других стран золотого миллиарда море проблем со своим цветным населением. Казалось бы чего проще: провозгласить, что они слезли с ветки настолько недавно, что ни на какие политические права, а равно защиту прав личности от полицейского произвола они рассчитывать не могут, после чего методами иностранного легиона, действующего в отдаленной от глаз репортеров африканской деревушке, навести в их гетто порядок и заставить их работать - нет, не могут. Неполиткорректно, сиречь аморально (в их понимании).
Мораль в отношении негров в США не причем. Вы наверное просто не в курсе относительно экономических приин гражданской войны в США в 19 веке. Проблема совсем не в аморальности, а в том, что дискредитация части населения влечет за собой определенные экономичские последствия, очень сильно сказывающиеся на тех, кто проводит политику дискредитации - негров ли или кого еще.
Бомбежки Сербии еще вздуются кровавыми пузырями на теле американских политиков и военных.
Мне кажется что в приведенных примерах о морали речи нет.
Сербию бомбили потому что знали о безнаказанности за свои действия. И были правы. сейчас бы уже не решились.
Своих и приблудных негров и прочих приблудившихся со всего мира лучше и дешевле и безопасней не трогать вовсе. Лучше не поджигать свой хвост - собственная ***а сгорит по уши.
Палесов - только тронь и будет большой бздец. Арабский мир моралью западной не проймешь.
Лет через пятьдесят белые люди мира будут искать пятый угол для себя.
Насчет Сербии - согласен, не будь безнаказанности - не бомбили бы. Мораль не остановила. Именно это я и имел в виду, когда говорил, что мораль далеко не всегда оказывает определяющее влияние на действия (точнее, является одним из факторов).
Насчет только тронь палесов: ну тронут - и что? Если предположить, что тронула страна с международным положением и возможностями США образца 1998-го и моралью Германии образца 1939-го или Англии 1600-го? Технологически, в плане военных возможностей у США было всё, чтобы умножить на ноль одновременно все страны, которые выступят против вырезания арабов в Палестине. Вместе с населением этих стран. Да одной израильской армии хватило бы на весь Ближний Восток (и хватало). И за газ с нефтью после этого платить не надо - самим деньги пригодятся.
Насчет не трогать вовсе своих приблудных: мысль у вас какая-то неконкретная, что всегда и случается, если выражаешься метафорами. Конкретнее: как загорится ***а?
Все опять таки проще.
Мне кажется что в приведенных примерах о морали речи нет.
Сербию бомбили потому что знали о безнаказанности за свои действия. И были правы. сейчас бы уже не решились.
Своих и приблудных негров и прочих приблудившихся со всего мира лучше и дешевле и безопасней не трогать вовсе. Лучше не поджигать свой хвост - собственная ***а сгорит по уши.
Палесов - только тронь и будет большой бздец. Арабский мир моралью западной не проймешь.
Лет через пятьдесят белые люди мира будут искать пятый угол для себя.
Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль в политике невозможна, пока есть за что сражаться тем или иным путем.
Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Под покровительством. Если его нет, то Морали приходится отражать неимоверное количество нападок и либо принимать навязанные условия игры и не выделяться из общепринятых исходящих постулатов на данный промежуток Истории, либо ходить оплеванной и обгаженной, что в корне меняет ее облик и самоощущение. Да и вид и методы противостояния.
В Мире все гораздо проще, чем кажется. И при помощи формул, в данном случае политических, можно отделить зерна от плевел, свести все к простым цифрам и суть явлений и процессов предстанет во всей красе или уродстве.
Истина посередине. Действительно, когда США разрушали экономику Сербии бомбёжками мирных объектов, их действия нельзя назвать моральными (в смысле, они противоречат морали самих же США, которую они провозглашают). Однако, если говорить (для примера) о США и их союзниках, то существует огромная масса проблем, не решаемых именно из-за морали. Скажем, довольно много внешнеполитических вопросов США могли решить путём тотального геноцида неправильного народа (Палестина, поставки энергоносителей, Вьетнам и т.д.). Однако, геноцид, невзирая на свою явную эффективность, исключен из политического инструментария практически всех держав мира именно ввиду своей аморальности.
У США и многих других стран золотого миллиарда море проблем со своим цветным населением. Казалось бы чего проще: провозгласить, что они слезли с ветки настолько недавно, что ни на какие политические права, а равно защиту прав личности от полицейского произвола они рассчитывать не могут, после чего методами иностранного легиона, действующего в отдаленной от глаз репортеров африканской деревушке, навести в их гетто порядок и заставить их работать - нет, не могут. Неполиткорректно, сиречь аморально (в их понимании).
Так что есть ситуации, когда на политическое решение определяющее влияние оказывает именно мораль. А бывает - мораль кладут под коврик.
В свете всего изложенного, для понимания, почему западные страны поступают так, а не иначе, знание их морали полезно - наряду со знанием их экономической ситуации, геополитических интересов, внутренней расстановки сил в политике и многого другого.
Пугать или не пугать это не вопрос. Главное самим немцам связываться с агрессивной, шовенистической Россий нафиг не нужно.
Читаем: Шовинизм - разновидность расизма; крайняя форма национализма, заключающаяся в проповеди исключительности отдельных рас и наций с целью обоснования права на дискриминацию и угнетение других рас. Думается мне, Павел Ярофеевич, что часть немцев, которую вы в данном случае представляете, просто пытаются приписать свой собственный шовинизм и расизм, которые СССР полностью прочуствовала на себе во време Второй мировой войны и за счет этого преодолеть свое чувство исторической неполноценности. Каковое чувство исторической неполноценности есть именно у этой части немцев.
Меркель очень правильно сказала о “непропорциональном применении силы”. Меня, как русского либерала и демократа, очень радуют слова Меркел сказанные в Сочи прямо в наглую, жирную славянскую морду
Я рад, что слова Меркель, сказанные в ваше жирную морду вас очень радуют. Одноко заверяю вас, что у большинства других русских человеческие лица, в отличие от вашей морды. И поэтому слова Меркель в вашей интерпретации к ним отношения не имеют.
что вооружённый ответ на грузинскую акцию был не пропроциональным. Необходимо было просто игнорировать грузин, а не оккупировать маленькую, демократичную и независимую Грузию. Меркель однозначно ответила, что в “конфликте виноваты обе стороны” и русская и грузинаская. А ведь у России был такой прекрасный шанс показать миру не шовенистический угар а трезвое миролюбие.
Павел Ярофеевич, так ведь оссия показала именно миролюбие. Ковровых бомбардировок аналогичных бобардировкам Югославии в 1999 году не было. Оккупации войсками России Грузии, подобно тому, как оккупировали страны НАТО, в том числе и ФРГ, Ирак - не было. Сила была примеена вполне пропорционально. И главное - по вполне очевидной причине в отличие от сфабрикованой угрозы производства химического оружия в Ираке. Немцам еще каяться и каяться, что они вместе с США полезли в Ирак.
Я боюсь что Россия потеряла доверие ФРГ. А ведь нам так нужны их передовые технологии по производству высоких технологий и финансовые инвестиции. Мне кажется необходимо срочно выпустить Ходорковского он сможет интегриривать Россию в мировое разделение труда очень хорошо.
Может быть вам и нужны передовые технологии для производства высоких технологий. А российские компании вполне себе сотрудничают и с Сименсом и с Дойч***ком. Что касается мирового разделения труда - то желаю вам разделить труд хотя в своей семье, а уже потом давать советы космической глупости.
Всё очень симпатично написано, Роман Владимирович, но не могу отделаться от ощущения, что не в глаза смотрите сложивщийся реальности, а это взгляд откуда то сбоку. Словно от длины ресниц и от плавности процесса хлопанья ими зависит изменение поведения.
Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль в политике невозможна, пока есть за что сражаться тем или иным путем.
Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Под покровительством. Если его нет, то Морали приходится отражать неимоверное количество нападок и либо принимать навязанные условия игры и не выделяться из общепринятых исходящих постулатов на данный промежуток Истории, либо ходить оплеванной и обгаженной, что в корне меняет ее облик и самоощущение. Да и вид и методы противостояния.
В Мире все гораздо проще, чем кажется. И при помощи формул, в данном случае политических, можно отделить зерна от плевел, свести все к простым цифрам и суть явлений и процессов предстанет во всей красе или уродстве.
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
Василиса Оболенская
Роман Владимирович Титов
Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Уважаемая Светлана! Замечания, сделанные Вами, относительно морали содержат мало конкретного. Это, скорее, некие ощущения, образы. Несмотря на подобную постановку вопроса я должен быть благодарным Вам за это. Ваш ход мыслей характерно демонстрирует отношение к морали в обществе: расплывчато и далеко от понимания существа явления.
Подобное заявление обосновано следующими аргументами. В обществе существует несколько заблуждений на тему взаимоотношения морали политики и морали, которые можно сформулировать таким образом:
1.Мораль и политика – несовместимые вещи.
Это заблуждение. Прежде всего потому, что в любом обществе, сообществе есть принципы регулирования поведения. Есть два основных способа регулирования: моральное и правовое. То, что не зафиксировано в правовых нормах, решается неформально. Даже в криминальных сообществах есть нормы поведения, которых придерживаются преступники – люди, принципиально противопоставляющие себя морали. В криминальной среде существует понятие «беспредел» - не просто аморальное поведение, а отрицание правил (которое наказывается предельно жестко).
Соответственно, в политике не может не быть принципов морали (например, конфиденциальность дипломатических переговоров). Просто, они иные, чем те, к которым привыкли простые граждане. Наиболее характерно обывательское понимание морали в политике проявляется в отношении к известному «политологу» средних веков Н. Макиавелли. По-сути, он многие вещи описывает правильно, называет их своими именами, но людям, которые не имели опыта государственного управления, некоторые советы кажутся едва ли не кощунством. Например, он говорит, что мудрость государя заключается в том, что бы «взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо». Мещане будут рвать и метать: «Он проповедует зло»! Но ситуаций выбора меньшего из зол избежать в управлении (в том числе, и в государственном) не возможно.
Или в другом месте Макиавелли пишет: государь в душе должен быть готов к тому, что бы «по возможности не удаляться от добра, но при надобности не чураться зла». Кстати, если говорить о решительных и непопулярных мерах, мудрый итальянец советует: «Жесткость применена хороша в тех случаях – если позволительно дурное называть хорошим, – когда ее проявляют сразу и по соображениям безопасности , не упорствуют в ней и по возможности обращают на благо подданных». Возьмите последний конфликт на Кавказе. Все произошло очень строго по учебнику: решительно, жестко, в рамках защиты интересов и оперативно. Действия РФ «добром» конечно не назовешь, но мало сомнений в том, что поступая симметрично мы «не упорствовали» в жестокости и максимально обратили ситуацию в «благо подданных» (признание независимости, капитальные вложения и пр.). Если мы не видим общего в политической и бытовой морали, возможно, мы просто плохо разбираемся и в первой и во второй.
2.Мораль – хрупкая ценность сама по себе, (тем более в политике) и нуждается во внешней защите.
Такое мнение ошибочно. Рассуждать о хрупкости морали немного наивно. Такой вывод делается на основании следующей цепи рассуждений. Общество не однородно – его можно разделить на сообщества. Каждое структурное сообщество возглавляется лицом, принимающее решение и ответственное за управление (например, в преступном мире он так и называется «авторитет»). Этот руководитель просто обязан быть моральным (хотя бы преимущественно формально): его кто-то должен поддерживать, кто-то назначить (выбрать) и т.д. на основании, в том числе, и моральных качеств. Каждый из руководителей, принимая решения, ежедневно и ежечасно подает сигналы о своей моральности (которые часто остаются за кадром), несет на себе огромную (часто не осознаваемую) нагрузку по решению моральных вопросов. Нужно отметить, что путь на вершину любого сообщества не является простым и на это способны только реальные лидеры, которые не лишены волевых качеств – то есть сильные личности. Таким образом, положение в обществе определяется волевыми качествами, которые тесно связаны с моральными.
Это правило, как ни странно, подтверждают и судьбы тиранов: хотя взаимоотношения их личностных качеств и общественной морали весьма специфичны. Здесь есть два момента:
- если тираны смогли занять посты в управлении огромными государственными образованиями, то они не были лишены определенных моральных качеств и силы воли (способность преодолевать трудности само по себе расценивается как моральный авторитет). Могут возразить: «Какая такая нравственная сила, если тиран – моральный урод?». На это можно заметить, что во времена глобального мира информация о моральных качествах лидера «конечному пользователю» неизбежно представляется недостоверно: то есть можно не быть моральным, но выглядеть «прилично» нужно обязательно. Это, конечно, предосудительно (и более чем не дальновидно, не эффективно) – но таковы законы государственного управления.
Здесь, кстати, уместно обратиться к г-ну Н. Макиавелли: «Государь должен бдительно следить за тем, чтобы с языка его не сорвалось слова, не исполненного … добродетелей. Пусть тем, кто видит его и слышит, он предстанет как само милосердие, верность, прямодушие, человечность и благочестие, особенно, благочестие. Ибо люди большей частью судят по виду, так как увидеть дано всем, а потрогать руками – не многим». Этот аспект чрезвычайно важен для понимания влияния «положительного образа» в политике – при управлении в больших масштабах: «светлый образ» может существенно отличаться от оригинала. Так для миллионов советских людей Сталин был идеалом и непогрешимостью, хотя в действительности это было иначе. Но именно эта, тиражируемая святость (внешняя картинка – имеющая мало общего с реальными качествами личности) во многом сыграла положительную роль в управлении огромной страной и повышении общего уровня моральности (как ни парадоксально!) .
- моральные изъяны личности в больших масштабах имеют глобальные последствия. Если бы тираны прошлого остались бы простыми пастухами, священниками и солдатами, мир бы не узнал их ужасного людоедского нрава. Однако, попав в особые исторические условиях их специфическая, извращенная мораль произвела огромную разрушительную работу. Реальность такова, что в масштабах глобального мира (который уже был таким во времена Робеспьера, Наполеона, Бисмарка, Ленина, Сталина, Гитлера) цена моральных изъянов «верховного управляющего» чрезмерно высока. Эти обстоятельства отчасти объясняют сложные отношения морали и политики.
Что же касается воздыханий по поводу беззащитности нравственности перед грубой силой – это, вероятно, в большей степени относится к обстоятельствам обывательской жизни.
С уважением и благодарностью за интересную постановку вопроса
Василиса Оболенская
Роман Владимирович Титов
Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Уважаемая Светлана! Замечания, сделанные Вами, относительно морали содержат мало конкретного. Это, скорее, некие ощущения, образы. Несмотря на подобную постановку вопроса я должен быть благодарным Вам за это. Ваш ход мыслей характерно демонстрирует отношение к морали в обществе: расплывчато и далеко от понимания существа явления.
Подобное заявление обосновано следующими аргументами. В обществе существует несколько заблуждений на тему взаимоотношения морали политики и морали, которые можно сформулировать таким образом:
1.Мораль и политика – несовместимые вещи.
Это заблуждение. Прежде всего потому, что в любом обществе, сообществе есть принципы регулирования поведения. Есть два основных способа регулирования: моральное и правовое. То, что не зафиксировано в правовых нормах, решается неформально. Даже в криминальных сообществах есть нормы поведения, которых придерживаются преступники – люди, принципиально противопоставляющие себя морали. В криминальной среде существует понятие «беспредел» - не просто аморальное поведение, а отрицание правил (которое наказывается предельно жестко).
Соответственно, в политике не может не быть принципов морали (например, конфиденциальность дипломатических переговоров). Просто, они иные, чем те, к которым привыкли простые граждане. Наиболее характерно обывательское понимание морали в политике проявляется в отношении к известному «политологу» средних веков Н. Макиавелли. По-сути, он многие вещи описывает правильно, называет их своими именами, но людям, которые не имели опыта государственного управления, некоторые советы кажутся едва ли не кощунством. Например, он говорит, что мудрость государя заключается в том, что бы «взвесив все возможные неприятности, наименьшее зло почесть за благо». Мещане будут рвать и метать: «Он проповедует зло»! Но ситуаций выбора меньшего из зол избежать в управлении (в том числе, и в государственном) не возможно.
Или в другом месте Макиавелли пишет: государь в душе должен быть готов к тому, что бы «по возможности не удаляться от добра, но при надобности не чураться зла». Кстати, если говорить о решительных и непопулярных мерах, мудрый итальянец советует: «Жесткость применена хороша в тех случаях – если позволительно дурное называть хорошим, – когда ее проявляют сразу и по соображениям безопасности , не упорствуют в ней и по возможности обращают на благо подданных». Возьмите последний конфликт на Кавказе. Все произошло очень строго по учебнику: решительно, жестко, в рамках защиты интересов и оперативно. Действия РФ «добром» конечно не назовешь, но мало сомнений в том, что поступая симметрично мы «не упорствовали» в жестокости и максимально обратили ситуацию в «благо подданных» (признание независимости, капитальные вложения и пр.). Если мы не видим общего в политической и бытовой морали, возможно, мы просто плохо разбираемся и в первой и во второй.
2.Мораль – хрупкая ценность сама по себе, (тем более в политике) и нуждается во внешней защите.
Такое мнение ошибочно. Рассуждать о хрупкости морали немного наивно. Такой вывод делается на основании следующей цепи рассуждений. Общество не однородно – его можно разделить на сообщества. Каждое структурное сообщество возглавляется лицом, принимающее решение и ответственное за управление (например, в преступном мире он так и называется «авторитет»). Этот руководитель просто обязан быть моральным (хотя бы преимущественно формально): его кто-то должен поддерживать, кто-то назначить (выбрать) и т.д. на основании, в том числе, и моральных качеств. Каждый из руководителей, принимая решения, ежедневно и ежечасно подает сигналы о своей моральности (которые часто остаются за кадром), несет на себе огромную (часто не осознаваемую) нагрузку по решению моральных вопросов. Нужно отметить, что путь на вершину любого сообщества не является простым и на это способны только реальные лидеры, которые не лишены волевых качеств – то есть сильные личности. Таким образом, положение в обществе определяется волевыми качествами, которые тесно связаны с моральными.
Это правило, как ни странно, подтверждают и судьбы тиранов: хотя взаимоотношения их личностных качеств и общественной морали весьма специфичны. Здесь есть два момента:
- если тираны смогли занять посты в управлении огромными государственными образованиями, то они не были лишены определенных моральных качеств и силы воли (способность преодолевать трудности само по себе расценивается как моральный авторитет). Могут возразить: «Какая такая нравственная сила, если тиран – моральный урод?». На это можно заметить, что во времена глобального мира информация о моральных качествах лидера «конечному пользователю» неизбежно представляется недостоверно: то есть можно не быть моральным, но выглядеть «прилично» нужно обязательно. Это, конечно, предосудительно (и более чем не дальновидно, не эффективно) – но таковы законы государственного управления.
Здесь, кстати, уместно обратиться к г-ну Н. Макиавелли: «Государь должен бдительно следить за тем, чтобы с языка его не сорвалось слова, не исполненного … добродетелей. Пусть тем, кто видит его и слышит, он предстанет как само милосердие, верность, прямодушие, человечность и благочестие, особенно, благочестие. Ибо люди большей частью судят по виду, так как увидеть дано всем, а потрогать руками – не многим». Этот аспект чрезвычайно важен для понимания влияния «положительного образа» в политике – при управлении в больших масштабах: «светлый образ» может существенно отличаться от оригинала. Так для миллионов советских людей Сталин был идеалом и непогрешимостью, хотя в действительности это было иначе. Но именно эта, тиражируемая святость (внешняя картинка – имеющая мало общего с реальными качествами личности) во многом сыграла положительную роль в управлении огромной страной и повышении общего уровня моральности (как ни парадоксально!) .
- моральные изъяны личности в больших масштабах имеют глобальные последствия. Если бы тираны прошлого остались бы простыми пастухами, священниками и солдатами, мир бы не узнал их ужасного людоедского нрава. Однако, попав в особые исторические условиях их специфическая, извращенная мораль произвела огромную разрушительную работу. Реальность такова, что в масштабах глобального мира (который уже был таким во времена Робеспьера, Наполеона, Бисмарка, Ленина, Сталина, Гитлера) цена моральных изъянов «верховного управляющего» чрезмерно высока. Эти обстоятельства отчасти объясняют сложные отношения морали и политики.
Что же касается воздыханий по поводу беззащитности нравственности перед грубой силой – это, вероятно, в большей степени относится к обстоятельствам обывательской жизни.
С уважением и благодарностью за интересную постановку вопроса
Вадим Юрьевич Феофанов
Мораль в отношении негров в США не причем. Вы наверное просто не в курсе относительно экономических причин гражданской войны в США в 19 веке. Проблема совсем не в аморальности, а в том, что дискредитация части населения влечет за собой определенные экономичские последствия, очень сильно сказывающиеся на тех, кто проводит политику дискредитации - негров ли или кого еще.
Бомбежки Сербии еще вздуются кровавыми пузырями на теле американских политиков и военных.
Василисе Оболенской я уже задавал этот вопрос. Модифицирую его под ваш пост:
Как стране может экономически помешать приведение к покорности (рабской, если угодно) и принуждения работать населения ряда гетто, заполненного безработными по убеждению, всех непреступных доходов у которых - различные социальные пособия?
Павел Александрович Родионов
У США и многих других стран золотого миллиарда море проблем со своим цветным населением. Казалось бы чего проще: провозгласить, что они слезли с ветки настолько недавно, что ни на какие политические права, а равно защиту прав личности от полицейского произвола они рассчитывать не могут, после чего методами иностранного легиона, действующего в отдаленной от глаз репортеров африканской деревушке, навести в их гетто порядок и заставить их работать - нет, не могут. Неполиткорректно, сиречь аморально (в их понимании).
Мораль в отношении негров в США не причем. Вы наверное просто не в курсе относительно экономических приин гражданской войны в США в 19 веке. Проблема совсем не в аморальности, а в том, что дискредитация части населения влечет за собой определенные экономичские последствия, очень сильно сказывающиеся на тех, кто проводит политику дискредитации - негров ли или кого еще.
Бомбежки Сербии еще вздуются кровавыми пузырями на теле американских политиков и военных.
Василиса Оболенская
Павел Александрович Родионов:
Все опять таки проще.
Мне кажется что в приведенных примерах о морали речи нет.
Сербию бомбили потому что знали о безнаказанности за свои действия. И были правы. сейчас бы уже не решились.
Своих и приблудных негров и прочих приблудившихся со всего мира лучше и дешевле и безопасней не трогать вовсе. Лучше не поджигать свой хвост - собственная ***а сгорит по уши.
Палесов - только тронь и будет большой бздец. Арабский мир моралью западной не проймешь.
Лет через пятьдесят белые люди мира будут искать пятый угол для себя.
Насчет Сербии - согласен, не будь безнаказанности - не бомбили бы. Мораль не остановила. Именно это я и имел в виду, когда говорил, что мораль далеко не всегда оказывает определяющее влияние на действия (точнее, является одним из факторов).
Насчет только тронь палесов: ну тронут - и что? Если предположить, что тронула страна с международным положением и возможностями США образца 1998-го и моралью Германии образца 1939-го или Англии 1600-го? Технологически, в плане военных возможностей у США было всё, чтобы умножить на ноль одновременно все страны, которые выступят против вырезания арабов в Палестине. Вместе с населением этих стран. Да одной израильской армии хватило бы на весь Ближний Восток (и хватало). И за газ с нефтью после этого платить не надо - самим деньги пригодятся.
Насчет не трогать вовсе своих приблудных: мысль у вас какая-то неконкретная, что всегда и случается, если выражаешься метафорами. Конкретнее: как загорится ***а?
Павел Александрович Родионов:
Все опять таки проще.
Мне кажется что в приведенных примерах о морали речи нет.
Сербию бомбили потому что знали о безнаказанности за свои действия. И были правы. сейчас бы уже не решились.
Своих и приблудных негров и прочих приблудившихся со всего мира лучше и дешевле и безопасней не трогать вовсе. Лучше не поджигать свой хвост - собственная ***а сгорит по уши.
Палесов - только тронь и будет большой бздец. Арабский мир моралью западной не проймешь.
Лет через пятьдесят белые люди мира будут искать пятый угол для себя.
Василиса Оболенская
Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль в политике невозможна, пока есть за что сражаться тем или иным путем.
Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Под покровительством. Если его нет, то Морали приходится отражать неимоверное количество нападок и либо принимать навязанные условия игры и не выделяться из общепринятых исходящих постулатов на данный промежуток Истории, либо ходить оплеванной и обгаженной, что в корне меняет ее облик и самоощущение. Да и вид и методы противостояния.
В Мире все гораздо проще, чем кажется. И при помощи формул, в данном случае политических, можно отделить зерна от плевел, свести все к простым цифрам и суть явлений и процессов предстанет во всей красе или уродстве.
Истина посередине. Действительно, когда США разрушали экономику Сербии бомбёжками мирных объектов, их действия нельзя назвать моральными (в смысле, они противоречат морали самих же США, которую они провозглашают). Однако, если говорить (для примера) о США и их союзниках, то существует огромная масса проблем, не решаемых именно из-за морали. Скажем, довольно много внешнеполитических вопросов США могли решить путём тотального геноцида неправильного народа (Палестина, поставки энергоносителей, Вьетнам и т.д.). Однако, геноцид, невзирая на свою явную эффективность, исключен из политического инструментария практически всех держав мира именно ввиду своей аморальности.
У США и многих других стран золотого миллиарда море проблем со своим цветным населением. Казалось бы чего проще: провозгласить, что они слезли с ветки настолько недавно, что ни на какие политические права, а равно защиту прав личности от полицейского произвола они рассчитывать не могут, после чего методами иностранного легиона, действующего в отдаленной от глаз репортеров африканской деревушке, навести в их гетто порядок и заставить их работать - нет, не могут. Неполиткорректно, сиречь аморально (в их понимании).
Так что есть ситуации, когда на политическое решение определяющее влияние оказывает именно мораль. А бывает - мораль кладут под коврик.
В свете всего изложенного, для понимания, почему западные страны поступают так, а не иначе, знание их морали полезно - наряду со знанием их экономической ситуации, геополитических интересов, внутренней расстановки сил в политике и многого другого.
Интересуюсь. Кто там кукарекал про трагедию потери отношений с Германией.
Какая такая технология из Германии? По производству стиральных машин и холодильников?
Производителями высокой технологии нынче являются Япония и Китай. Япония в 2 раза больше Германии по ВВП и по населению.
Так что России все равно чем повернется к ней мадам Меркель: задом или мордой лица. Эти две детали организма у нее мало отличаются.
Это же касается остальной ***ой Европы.
Павел Давыдович Ярофеев
Пугать или не пугать это не вопрос. Главное самим немцам связываться с агрессивной, шовенистической Россий нафиг не нужно.
Читаем: Шовинизм - разновидность расизма; крайняя форма национализма, заключающаяся в проповеди исключительности отдельных рас и наций с целью обоснования права на дискриминацию и угнетение других рас. Думается мне, Павел Ярофеевич, что часть немцев, которую вы в данном случае представляете, просто пытаются приписать свой собственный шовинизм и расизм, которые СССР полностью прочуствовала на себе во време Второй мировой войны и за счет этого преодолеть свое чувство исторической неполноценности. Каковое чувство исторической неполноценности есть именно у этой части немцев.
Меркель очень правильно сказала о “непропорциональном применении силы”. Меня, как русского либерала и демократа, очень радуют слова Меркел сказанные в Сочи прямо в наглую, жирную славянскую морду
Я рад, что слова Меркель, сказанные в ваше жирную морду вас очень радуют. Одноко заверяю вас, что у большинства других русских человеческие лица, в отличие от вашей морды. И поэтому слова Меркель в вашей интерпретации к ним отношения не имеют.
что вооружённый ответ на грузинскую акцию был не пропроциональным. Необходимо было просто игнорировать грузин, а не оккупировать маленькую, демократичную и независимую Грузию. Меркель однозначно ответила, что в “конфликте виноваты обе стороны” и русская и грузинаская. А ведь у России был такой прекрасный шанс показать миру не шовенистический угар а трезвое миролюбие.
Павел Ярофеевич, так ведь оссия показала именно миролюбие. Ковровых бомбардировок аналогичных бобардировкам Югославии в 1999 году не было. Оккупации войсками России Грузии, подобно тому, как оккупировали страны НАТО, в том числе и ФРГ, Ирак - не было. Сила была примеена вполне пропорционально. И главное - по вполне очевидной причине в отличие от сфабрикованой угрозы производства химического оружия в Ираке. Немцам еще каяться и каяться, что они вместе с США полезли в Ирак.
Я боюсь что Россия потеряла доверие ФРГ. А ведь нам так нужны их передовые технологии по производству высоких технологий и финансовые инвестиции. Мне кажется необходимо срочно выпустить Ходорковского он сможет интегриривать Россию в мировое разделение труда очень хорошо.
Может быть вам и нужны передовые технологии для производства высоких технологий. А российские компании вполне себе сотрудничают и с Сименсом и с Дойч***ком. Что касается мирового разделения труда - то желаю вам разделить труд хотя в своей семье, а уже потом давать советы космической глупости.
П Д Ярофеев:
БОТ, СКАЗАНО ЖЕ, НЕМЕДЛЕННО НАЗАД - НА MTV CHANNEL !!!
Роман Владимирович Титов
Всё очень симпатично написано, Роман Владимирович, но не могу отделаться от ощущения, что не в глаза смотрите сложивщийся реальности, а это взгляд откуда то сбоку. Словно от длины ресниц и от плавности процесса хлопанья ими зависит изменение поведения.
Моральный механизм - это надуманная составляющая в политике, которой никогда не пользуются, хотя выставляют ее всегда, подменяя более простое понятие - приличие. Мораль в политике невозможна, пока есть за что сражаться тем или иным путем.
Мораль - это хрупкость. Она возможна только под очень сильной внешней защитой.
Под покровительством. Если его нет, то Морали приходится отражать неимоверное количество нападок и либо принимать навязанные условия игры и не выделяться из общепринятых исходящих постулатов на данный промежуток Истории, либо ходить оплеванной и обгаженной, что в корне меняет ее облик и самоощущение. Да и вид и методы противостояния.
В Мире все гораздо проще, чем кажется. И при помощи формул, в данном случае политических, можно отделить зерна от плевел, свести все к простым цифрам и суть явлений и процессов предстанет во всей красе или уродстве.