Под чарами Сары

Геворг Мирзаян

В последние недели самым ярким персонажем предвыборной гонки США стала Сара Пейлин. Но многие американцы подспудно сравнивают ее с Диком Чейни и не горят желанием видеть на посту вице-президента

Состоявшиеся 2 октября дебаты между кандидатами в вице-президенты США Сарой Пейлин и Джозефом Байденом побили все рейтинговые рекорды. За выяснением отношений между претендентами на пост № 2 в президентской администрации следило почти 70 млн американцев, в то время как даже первые дебаты между Джоном Маккейном и Бараком Обамой смотрели лишь 52 млн человек.

Столь высокий интерес у публики вызывает прежде всего напарница Джона Маккейна губернатор Аляски Сара Пейлин. В отличие от своего демократического визави Джозефа Байдена она весьма нестандартный кандидат в вице-президенты. Бывшая королева красоты и почти ортодоксальная протестантка, Пейлин долго воевала против республиканского истеблишмента в своем штате и даже засадила некоторых высокопоставленных однопартийцев за решетку. Въедливая, непосредственная и близкая к простым белым американцам, она заслуженно популярна у себя в штате, однако довольно экзотична для кандидата в вице-президенты. Уровень ее представлений об окружающем мире лишь в какой-то степени включал в себя Америку за пределами Аляски, а международная тематика уж точно никогда не попадала в сферу ее интересов. Безграмотность Сары в международных и внутриполитических вопросах, обнаруженная в некоторых интервью, шокировала многих.

И вот вечером 2 октября вся Америка прильнула к экранам в ожидании увидеть, как многоопытный Байден будет потрошить Сару-Барракуду (школьное прозвище Пейлин). Однако избиения не случилось. Используя хлесткие, но бессмысленные лозунги, Пейлин смогла выстоять. Тем не менее вопрос о ее профпригодности остается открытым. А случись что с престарелым и больным Маккейном, думают многие обыватели, что станет со страной, если в овальный кабинет въедет бывшая королева красоты?

Феномен Чейни

В повышенном внимании американцев к претендентам на вице-президентский пост виноваты те изменения, которые претерпел в последние пятнадцать лет сам институт вице-президентства. До Гора и Чейни кандидатура второго человека в государстве не привлекала большого общественного внимания. Замы были лишь фиговыми листками, прикрывавшими недостатки своего шефа. Так, макиавеллист Ричард Никсон выбрал в вице-президенты идеалиста и кристально честного политика Джеральда Форда, а бывший актер Рональд Рейган — опытного политика Джорджа Буша-старшего. После выборов вице-президенты уходили в тень и исполняли в основном церемониальные функции. Как говорил во время выборов 2000 года Маккейн, «у вице-президента две обязанности. Одна — ежедневно осведомляться о здоровье президента, а другая — посещать похороны диктаторов стран третьего мира. Ни одну из этих обязанностей я не назову приятной работой».

Фото: AFP/East News

Подающие надежды политики не стремились в вице-президенты потому, что эта работа была не только неприятна, но и непопулярна. Политик, ставший вице-президентом, зачастую исчезал из поля зрения СМИ и, соответственно, из большой политики. Томас Маршалл, бывший второй номер при Вудро Вильсоне, любил приводить следующую аналогию со своей профессией: «Жили-были два брата. Один из них ушел в море, другой был избран вице-президентом. Больше никто о них не слышал». После окончания своего срока вице-президенты зачастую возвращались на работу в конгресс или становились губернаторами, где у них была возможность вновь начать зарабатывать политические очки. За всю историю США действующий вице-президент лишь четыре раза выигрывал президентские выборы. В XX веке это удалось только Джорджу Бушу-старшему.

Ситуация начала меняться с приходом на пост вице-президента Альберта Гора. Молодой перспективный сенатор не стал бы напарником Билла Клинтона, если бы тот не пообещал Гору поделиться с ним полномочиями. Став президентом, Клинтон поручил своему заму заниматься вопросами административной реформы, отношениями с Россией, экологией. Это позволило Гору остаться на передовицах СМИ, сохранить популярность и стать кандидатом от Демократической партии на президентских выборах 2000 года. Однако Гор не превратился в «серого кардинала» США — Билл Клинтон обладал достаточным интеллектом и лидерскими качествами, чтобы контролировать своего талантливого зама.

Джордж Буш-младший оказался куда менее сильным политиком, чем Клинтон, и подлинного расцвета вице-президентство достигло именно при нынешнем хозяине Белого дома. Свою роль в этом сыграл и Буш-старший: пытаясь помочь сыну занять Овальный кабинет, папа дал ему в замы одного из своих самых доверенных и талантливых соратников — Дика Чейни. Интеллектуальное превосходство Чейни над будущим боссом было столь явным, что еще во время предвыборной кампании все понимали, кто будет играть первую скрипку в новой администрации. Американцы даже предлагали оформить это юридически: по данным опросов, в 2000 году большинство республиканских избирателей выступали за то, чтобы Буш и Чейни поменялись местами.

Став президентом, Джордж Буш-младший с радостью переложил почти весь процесс управления государством на своего зама. Это решение стало серьезнейшим нарушением системы сдержек и противовесов американской политики, поскольку все законы, ограничивающие полномочия исполнительной власти, касаются лишь президента. Не контролируемый никем и ничем, Чейни сосредоточил в своих руках колоссальную власть. Он решал вопросы бюджета, энергетики и внешней политики, сыграл не последнюю роль в ограничении гражданских свобод в США после 11 сентября 2001 года. Неслучайно Джозеф Байден назвал его «самым опасным вице-президентом в американской истории».

Кто следующий?

Выбирая себе напарника, оба нынешних кандидата в президенты стремились избежать ошибок Буша-младшего и не выдвигать на пост заместителя слишком сильную личность. И если выбор Маккейна довольно противоречив, то Барак Обама смог обойтись традиционным кандидатом.

Это объясняется тем, что предвыборные позиции Барака Обамы были значительно сильнее, чем у его республиканского визави. Поэтому чернокожий сенатор мог себе позволить выбрать удобного ему, а не популярного кандидата. Этим же объясняется его отказ взять в напарники бывшую соперницу Хиллари Клинтон. Обама не пожелал делить власть на троих с Хиллари и ее мужем Биллом и сделал ставку на традиционный «фиговый листок» в лице сенатора Джозефа Байдена. Тот со своей ролью справился — прикрыл ряд слабых мест чернокожего кандидата: излишнюю левизну взглядов, отсутствие политического и международного опыта. При этом Обама не создал себе конкурента во власти, в случае победы демократов на выборах Джо Байден не сможет соперничать по популярности со своим харизматичным шефом. Да, видимо, и не захочет: Байдену уже 66 лет, и пост вице-президента — достойный венец его политической карьеры.

В отличие от Обамы Маккейн такой роскоши, как выбор удобного традиционного кандидата, себе позволить не мог. К моменту проведения партийного съезда республиканцев предвыборная кампания Маккейна находилась в кризисе, СМИ почти не уделяли ему внимания, отдавая полосы харизматичному оппоненту. К тому же на Маккейна оказывалось колоссальное давление со стороны однопартийцев. «От него требовали выбрать в напарники Митта Ромни, а Маккейн не любил Митта Ромни, и это давление его бесило, — говорит в интервью “Эксперту” профессор Джорджтаунского университета Клайд Уилкокс. К тому же Маккейн понимал, что скучный Митт Ромни не то, что ему нужно. Его зам должен быть одновременно и харизматик вроде Обамы для привлечения внимания СМИ, и традиционный «фиговый листок»: Маккейн слишком либерален для правых республиканцев, и ему нужен был настоящий консерватор.

Таким кандидатом стала Сара Пейлин. «Были, конечно, и другие республиканки-политики, но Пейлин выступила наиболее стойкой защитницей консервативных идей и наиболее опытной по части воплощения этих идей в жизнь», — продолжает Клайд Уилкокс. Консерватор до мозга костей, «она вызвала неадекватный уровень внимания, которого в прошлом не удостаивался ни один из кандидатов в вице-президенты, — говорит содиректор Центра российских исследований Гарвардского университета, профессор Маршалл Голдман. — Это можно объяснить тем, что она совершенно удивительный для политической сцены герой. Много вы видели женщин, которые ходят с ружьем на лося? Когда вы до этого видели политиков национального уровня, так выбивающихся из привычного политического шаблона, не говорящих языком вашингтонских штампов? А говорящего порой как средний американец из глубинки? Многие избиратели могут идентифицировать себя с ней, в этом ее привлекательность».

Поначалу выбор Маккейна казался очень удачным. Выступив с сильной речью во время съезда Республиканской партии, Пейлин оспорила у Обамы титул носителя «идеи перемен». «Сара Пейлин — это бунтарь из маленького городка, поднявшийся на волне борьбы с коррумпированным истеблишментом, — пишет колумнист New York Times Дэвид Брукс. — Ее сторонники гордятся тем, что ее имя вызывает страх, ненависть и панику в умах либеральной элиты… Именно элита, по их словам, и организовала бесконечные нападки на Пейлин в национальных СМИ».

Убедившись в лидерских и ораторских способностях Сары-Барракуды, Джон Маккейн передоверил ей ведение публичной предвыборной кампании. В последнее время самому Маккейну это удавалось плохо: из-за своих заигрываний с правыми республиканцами он потерял притягательный образ белой вороны. К тому же по натуре он скорее бунтарь, чем публичный лидер.

Выдвинувшись на передовую предвыборной кампании, молодая энергичная Сара Пейлин сразу же затмила Джона Маккейна, и перед американцами замаячил образ нового вице-президента а-ля Чейни. Казалось, в случае победы республиканцев на выборах именно Пейлин, а не старичок Маккейн будет задавать тон в американской политике. Эта иллюзия продержалась лишь до первого публичного интервью Пейлин, где затрагивались вопросы внешней политики и безопасности.

Не Чейни

Неопытность и незнание проблем внешней политики способствовали тому, что во время своих интервью губернатор Аляски начинала нести полную чушь. «Мы обмениваемся торговыми делегациями, — отвечала Сара Пейлин на вопрос журналистки CBS Кэти Курик об участии губернатора в каких-либо переговорах с Россией. — Да-да. И это очень важно, даже если рассматривать это в рамках переговоров с Россией по вопросам национальной безопасности. Если Путин вдруг поднимет голову и войдет в воздушное пространство США, куда они пойдут? На Аляску. Это ведь сразу за границей».

Подобные заявления дали повод американским избирателям считать, что Пейлин не только нельзя сравнивать с Чейни, но и близко подпускать к Белому дому. В США помнят, что из последних одиннадцати президентов трое заняли Овальный кабинет, замещая своих досрочно ушедших из жизни или из политики боссов. И высока вероятность, что Сара Пейлин может стать следующей в этом списке: Маккейну уже 72, и его здоровье далеко не идеально. «Если Саре не поручать что-то особо сложное, то она справится. Так что при живом Маккейне Пейлин будет отличной кандидатурой на пост вице-президента, — считает Клайд Уилкокс. — Но вот если он умрет, она будет абсолютно не готова занять пост президента, и это будет иметь тягчайшие последствия не только для США, но и для всего мира».

Подобные перспективы страшат американцев: 50% опрошенных The Wall Street Journal и NBC News во второй половине сентября заявили, что напарница Маккейна не годится на роль вице-президента. «Сара Пейлин обладает многими достоинствами. Если вам нужен кто-то для борьбы с коррумпированным истеблишментом — она ваш кандидат. Но искусство управления государством — это нечто совсем иное. Она никогда не принимала участия в решении общенациональных вопросов, у нее нет образцов для подражания среди политических лидеров, и, как президент Буш, она пытается компенсировать недостаток опыта нахальством и чрезмерной решительностью», — пишет Дэвид Брукс.

Возможно, в другое время ее необразованность была бы не столь заметна, если бы после восьми лет пребывания у власти недалекого Джорджа Буша американцы не устали от безграмотного руководства. Сара Пейлин особо выделялась на фоне искушенного визави Джо Байдена. Многие комментаторы с наслаждением предвкушали, как многоопытный Байден уничтожит Пейлин на вице-президентских дебатах 2 октября. Стремясь не допустить этого, Маккейн поручил двум советникам из своего предвыборного штаба Рику Дэвису и Стиву Шмидту забрать Пейлин на свое ранчо в Аризоне, где они в течение четырех дней усиленно готовили ее к дебатам с Байденом. Срок для обучения всем премудростям политики нереальный, поэтому Сару заставили говорить лозунгами, на которые Байдену, собственно, было бы нечего возразить. Это была рискованная стратегия. «Советники Маккейна обучили Сару Пейлин набору штампов, простых идеологических мантр, которые она использует раз за разом, — пишет обозреватель Newsweek Фарид Закария. — Но если ее столкнуть с этой колеи, то она, честно говоря, начнет нести полную тарабарщину». К счастью для Пейлин, Байден столкнуть ее с колеи не сумел. Многочисленные опросы общественного мнения, проведенные после дебатов, показали, что она выступила весьма достойно.

Однако это был временный успех. Безграмотность Сары в вопросах внешней политики уже нанесла серьезный урон имиджу ее шефа. Под сомнением оказались утверждения Маккейна, что многолетний опыт дает ему возможность принимать более взвешенные решения, чем это делает «зеленый» Обама. «За последнее столетие ни один из кандидатов в президенты, выбирая себе напарника, не ставил при этом под угрозу безопасность страны в такой степени, как это сделал сегодня Маккейн со своим безрассудным выбором», — утверждает известный американский журналист Карл Бернштейн. Все, что в этой ситуации может сделать кандидат, это позволить Саре Пейлин быть просто Сарой Пейлин. «Маккейн должен убрать от своей напарницы всех бывших помощников Буша, которых он же приставил обучать ее, — считает корреспондент The Times Уильям Кристол. — Маккейн ведь брал Пейлин как очень талантливого политика, умеющего разговаривать с народом. Так пусть теперь он и не мешает ей использовать ее собственные политические таланты и разговаривать с народом ее собственным языком».

Во всяком случае один положительный момент в привлечении Сары Пейлин на роль вице-президента для Маккейна есть: яркая, но недалекая, она вряд ли станет тянуть на себя одеяло в Белом доме. А феномен Дика Чейни так и останется уникальным в американской политике. По крайней мере на следующие четыре года.

Статьи на тему: «Последняя империя»