Проверка на дорогах

Культура
Москва, 24.11.2008
«Эксперт» №46 (635)
Недавно вышедший роман Владимира Маканина «Асан» — то слово, которого не хватало чеченской войне. Из ее хаоса, поверенного каноном литературной трагедии, проступил мифологический, но и чрезвычайно бытовой и предметный облик

Журнал «Знамя» в августовском и сентябрьском номерах опубликовал роман Владимира Маканина «Асан» (читайте в этом номере рецензию). Почти одновременно роман вышел в издательстве «Эксмо». Эту книгу даже сейчас, когда она еще не прочитана большинством, хочется назвать одной из главных в текущем десятилетии. Не потому, что она написана на материале чеченской войны, — этого мало, а потому, что из этой войны извлекается опыт — и это не только опыт натуралистического насилия, которым были переполнены кадры военных корреспондентов и которым питались написанные на этом материале «человеческие документы». У Маканина это еще и опыт мощных характеров, сформированных войной, верно найденных ситуаций, раскрывающих героев.

Для Маканина этот роман — этапный. Он давно не писал романов о настоящих, включенных в современность, действующих героях. Предыдущие примеры таких героев были, когда Маканин числился еще советским писателем. А то, что писалось в последние пятнадцать лет — будь то нашумевший «Андеграунд, или Герой нашего времени» или несколько скандальный «Испуг» — написано от имени людей, которые из современности выключены. Для одних это принципиальная позиция, а у других выбора нет.

Маканин появился в литературе в конце 60-х пишущим много и охотно. Он писатель в некотором смысле хтонический: находит в человеке первобытное, довременное — или как минимум досовременное — начало, проявляющееся здесь и сейчас. И эта точка зрения разбивает стереотипные представления о друзьях и врагах, все становится предельно конкретно и в то же время тонко. Условный враг не всегда враг. Ситуация определяет, стрелять или договариваться. Маканинские герои очень восприимчивы к нюансам. Удивительно, но эта, казалось бы, наиболее примитивная точка дочеловеческого зрения у Маканина позволяет увидеть положение вещей в масштабе, не уступающем толстовскому. Она помещает в сферу сил и ценностей, где только и способны рождаться поступки.

Не удивительно, что «Асан» стал одним из главных литературных событий уходящего года. О романе, о Чечне, о смысле литературы «Эксперт» поговорил с Владимиром Маканиным.

«Мысль личная» и диалог культур

— Владимир Семенович, долго вы собирали материал для «Асана»?

— Нет. Меня уже несколько раз спрашивали: мол, откуда ты все это знаешь? На самом деле все всё это знают. Просто знание находится в нас в распыленном состоянии. Тут мы слышали про Дудаева, там прочитали про похищенную журналистку. Все дело в упорном желании это знание конденсировать. Как только начинаешь это делать, знание со всех сторон слетается. Пылинка к пылинке! И материала оказывается очень много.

Я практически ничего не собирал. Делал некоторые уточнения по поводу вооружения, характеристик оружия. Прорисовывал отдельные моменты. Например, чтобы вынести после боя тяжелых раненых, нужно много рук. Каждый раненый — это два здоровых солдата. А кому тогда воевать? Поэтому раненых часто оставляли, пользуясь тем, что везде русский язык, приплачивали чеченцам-крестьянам или грозили: мол, вернемс

У партнеров

    «Эксперт»
    №46 (635) 24 ноября 2008
    Мировой кризис
    Содержание:
    От «семерки» к «двадцатке»

    Встреча G20 открыла дорогу к реформированию мировой финансовой системы и экономики. Но новая финансовая архитектура сформируется еще не скоро

    Политика
    Рейтинг
    На улице Правды
    Реклама