Обреченные на креатив4

• Максим Соколов

Стилевая манера современной русской политики характеризуется непропорционально большой долей разнообразного молодежного креатива. Бывали политические системы, в чем-то похожие на нашу нынешнюю, бывали и песни как будто про наше радостное время: «Giovinezza, giovinezza, primavera di bellezza»*. Но такой непропорциональности все же не было. На публичную арену выставляли и еще чего-нибудь, кроме джовинеццы. У нас же порой трудно отделаться от впечатления, что, кроме вышеназванного стиля, вообще ничего нет.

Охлажденно рассуждая, кожу сняли — не по шерсти тужить. Коль скоро более или менее саморегулирующаяся политическая система не состоялась, то пусть будет сама юность волнующая, сама младость ликующая и сопутствующий ей креатив. Из политических эрзацев оно, возможно, не самое худшее. Во всеобщую систему партполитпросвета никто силком не загоняет, а на юных охломонов можно и не смотреть.

Оно бы и так, когда бы креатив не оказывался чрезмерно забористым. Случившийся в половине декабря съезд новоучрежденной «Солидарности» вообще не заслуживал бы внимания. Или заслуживал бы лишь в том смысле, что устроитель начинания Г. К. Каспаров — в самом деле чемпион мира. Комитет «Выборы-2008», Всероссийский гражданский конгресс, Объединенный гражданский фронт, «Другая Россия», Национальная ассамблея, теперь еще «Солидарность» — и это все он. В медийном мире принято говорить «Три проваленных проекта — гарантия непотопляемости», тут же не три, а гораздо больше. Если бродячий цирк вновь зажигает огни, то и бога ради. Что плохого в том, чтобы пойти на побитие собственного мирового рекорда?

Тем не менее эти невинные спортивные опыты породили молодежный креатив, выдержанный в духе свирепой вивисекции. Юноши, без лести преданные власти, где-то раздобыли отару баранов, затем запихали их в автобус, нарядив в майки и футболки с эмблемами «Солидарности», и направили к месту сбора бродячего цирка. От дурного обращения часть баранов мучительно издохла на глазах публики. Не нужно быть страстным филозоем, чтобы понимать тот принцип человеческой культуры, согласно которому нет большого греха в том, чтобы зарезать барана и съесть шашлык, но есть грех в том, чтобы умучивать скотину ради дурацких шуток. Креатив получился на славу, но явно не на ту, на которую рассчитывали. Дурное обращение с животными — верный способ заполучить в обществе прескверную репутацию, что и было достигнуто. На этом фоне про репутацию чемпиона все тут же и забыли — вельтмейстер хотя бы скотов не мучает.

На то можно возразить, что в лоялистском движении «Россия молодая» вообще состоят какие-то отборные люди. Вероятно. Но уж в «Единой»-то «России» и в ее молодежном крыле состоят люди вроде бы не столь отборные и более близкие к нормальности, между тем и их креатив вызывает мучительно-недоуменное «что это?». 15-летие Конституции РФ получилось с некоторым привкусом, потому что в аккурат к 15-летию ее первый раз раскупорили — и не сказать, чтобы идеально приличным образом. Возникает вопрос, как праздновать юбилей. Ситуация «что говорить, когда не о чем говорить?» в жизни случается, способы известны. Можно спустить на тормозах (сильно ли отмечали осенью 1976 г. 15-летие Программы КПСС?), можно предаться благопотребному многоглаголанию — будто у нас нет искусных мужей, умеющих ueber Elementa spekulieren**. Вместо этого родная партия: устроила на Васильевском спуске конкурс красоты «Мисс Конституция», в ходе которого девицы-претендентки (очевидно, аллюзия на старинное «И жена его Конституция») дефилировали в исподнем при минус 3 градусах. В смысле конституционализма начинание не сказать чтобы сильно плодотворное - между тем нежные места можно и застудить. На фоне конкурса красоты начинание отборных людей из «России молодой», выпустивших аудиокнигу с текстом Основного закона, положенным на мелодии и ритмы современной эстрады, и диктором Гостелерадио СССР И. Л. Кирилловым в качестве рэпера-конституционалиста, смотрится даже не особо выдающимся.

При том что — как и в случае с баранами — смешного мало. Годовщина Конституции (юбилей — слишком громко сказано) склоняет скорее к раздумьям — и не во всем радостным. Есть определенные вопросы даже насчет соблюдения буквы, а насчет того, как соблюдается дух Основного закона, там еще более печально. Оживляж с переплясом способны тут разве что вызвать в памяти сказочного героя, который плакал на свадьбе и смеялся на другой церемонии. Если в качестве такого героя желает выступить руководящая и направляющая...

А с другой стороны — что еще прикажете ей делать? Неистовый креатив не является начальственной причудой — когда бы так, пресечь всем надоевший балаган было бы легче легкого. Он является проклятием, от которого непонятно, как избавиться. Когда в ходе госстроительства было решено, что публичная артикуляция реальных политических проблем есть чрезмерная роскошь, и политики перестали артикулировать, возник вопрос, чем заполнять тишину. Казалось бы, на то есть образцы 30–40-летней давности. Партучеба, открытые партсобрания, ленинский университет миллионов, «и лично товарищ Леонид Ильич...» etc. Тот ритуал, который, конечно, не черная месса — много чести, — но на серую мессу тянет вполне. Всем скучно, всем тошно, все всё понимают, но — положено. Тишина очень даже заполняется. Но, во-первых, всякие намеки на сходство эпох ныне воспринимаются очень болезненно — «вы нас еще старцами из политбюро обзовите», и кто же пойдет на открытое воспроизводство практики времен старцев. Во-вторых, серая месса работала вследствие остаточной инерции страха. Без такой инерции получится похабель хуже всякого румоловского креатива.

Выяснилось, что при непоощрении реальной публичной политики единственное средство заполнения вакуума — все ж таки живем в эпоху постмодернизма — это переплясный креатив. Прекратись этот натужный морок, не будет даже и серой мессы. Будет тишина — и, похоже, несколько зловещая. Остается повиноваться проклятию. «Мне страшно. Мне не пляшется, но не плясать нельзя».

• Спустя два года после предоставления первого пакета помощи Греции риск выхода этой балканской страны из зоны евро высок как никогда. Поиск сценариев выхода из кризиса — или распад, или новый виток интеграции — активизируется по мере усугубления проблемы. Хватит ли у европейских политиков воли и времени?
• О культуре
• Смена президента в Сербии никак не отразится на внешней политике государства. Белград продолжит сдавать Косово и делать упор на евроинтеграцию