Они снова убивают79

• Николай Силаев
• Вера Холмогорова

В Москве — очередная серия убийств иностранцев. 9 декабря несколько правозащитных организаций получили по электронной почте письмо от некой «Боевой организации русских националистов». К письму, авторы которого обещали убивать московских чиновников, если они не прекратят привлекать в город мигрантов, прилагалась фотография отрезанной головы рабочего-таджика, убитого под Москвой несколькими днями ранее. Это оказалось не блефом. Голова убитого была обнаружена на том месте, о котором говорилось в письме, — недалеко от здания администрации Можайского района. 14 декабря в Москве был убит гражданин Казахстана, учившийся на первом курсе Академии нефти и газа имени Губкина. По сообщениям ГУВД, были также убиты два таджика и азербайджанец. Все это может означать, что в российскую политическую жизнь возвращается национализм, ранее оттесненный на ее задворки.

По данным информационно-аналитического центра «Сова», летом этого года насилие на почве расизма пошло на спад. «За лето 2008 года нам известно о 70 пострадавших, в том числе о девяти погибших. Для сравнения: за лето 2007 года зафиксировано 176 пострадавших, 17 из которых погибли. Нет сомнений, что в Москве, очаге расистского насилия, волна нападений начала года сбита действиями правоохранительных органов», — говорится в последнем докладе центра на эту тему.

Только что в Москве завершился судебный процесс над бандой националистов во главе с Артуром Рыно и Павлом Скачевским, совершившей 20 убийств и 12 покушений на убийство. Коллегия присяжных вынесла обвинительный вердикт. Лидеры банды получили по десять лет колонии общего режима — это максимально строгий приговор, поскольку на момент совершения преступлений они были несовершеннолетними. По мнению директора центра «Сова» Александра Верховского, этот приговор нельзя назвать типичным, поскольку Рыно и его подельники сами признались в совершенных ими убийствах и нападениях, и это сильно облегчило работу следствию. Но сам факт, что они были задержаны и осуждены, показывает, что милиция способна бороться с националистами.

«Легальный» национализм, ограничивающийся политическими лозунгами, в последнее время сильно ослабел. «Думские выборы 2007 года были разочарованием для националистов: им не дали в них участвовать и обрекли их на положение маргинальной оппозиции. После этого начался разброд», — говорит Александр Верховский.

Самая убедительная попытка консолидации националистических политических движений была предпринята три года назад, когда на первый «русский марш» 4 ноября 2005 года пришло более пяти тысяч человек. Потом была агитационная кампания партии «Родина» на выборах в Мосгордуму в декабре 2005 года. Агитационный ролик, где ее лидер Дмитрий Рогозин призывал очистить Москву от приезжих, послужил поводом для снятия родинцев с выборов, а сам Рогозин вскоре уступил пост председателя главному финансисту партии Александру Бабакову. Хотя это был более чем понятный сигнал со стороны властей, попытки консолидировать националистов в «системную» политическую силу продолжались. Рогозин попытался сначала создать такую организацию под брендом «Конгресса русских общин», куда он пригласил лидера Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ) Александра Белова. Потом он пытался учредить политическую партию «Великая Россия». Росрегистрация весной 2007 года провалила попытки «великороссов» получить юридический статус партии. Наконец, несостоявшийся лидер партии получил должность посла России при НАТО и отказался от амбиций во внутренней политике. После последних думских выборов националистические организации стали дробиться. Теперь на этом фланге имеется множество мелких движений, каждое из которых состоит не более чем из 20–30 человек. Процесс дробления сопровождался бурными дискуссиями о чистоте крови спорящих. С прошлого года не проводятся даже общие «русские марши» — националисты разных фракций маршируют по отдельности. Раскололась даже ДПНИ, считавшаяся самой активной и многочисленной из националистических организаций.

Непосредственной организационной связи между политическими движениями националистов и бандами, совершающими нападения на иностранцев, нет, или же она очень слаба. Хотя фон, который создается нападениями, удобен «легальным» националистам, поскольку создает выгодную для них повестку дня. Несколько последних убийств еще не образуют тенденцию, но нельзя исключить, что националисты надеются: экономический кризис сделает их идеи более востребованными и обеспечит им восстановление прежних позиций.

Национализм в России раздроблен не потому, что проиграл политически, а потому, что Кремль справился с ним административными методами — снял «Родину» с выборов, не зарегистрировал «Великую Россию», предложил Рогозину высокую должность за пределами страны. Неизвестно, сумеет ли Кремль и дальше поддерживать столь высокую управляемость в российской публичной политике. Между тем факторы, которые порождают национализм, никуда не исчезли, вспомнить хотя бы, как громко звучали в сентябре разговоры о том, что скоро толпы уволенных со строек из-за кризиса иммигрантов заполонят улицы.

Политическое укрепление националистов на фоне экономического кризиса и при росте расистского насилия — сценарий угрожающий. В то же время, как показывает суд над бандой Рыно, милиция в принципе способна противодействовать этому насилию. Дело за более четкой постановкой задач верховной властью. Как считает Александр Верховский, было бы полезно, например, предусмотреть для правоохранителей особую статью отчетности по раскрытию насильственных преступлений на почве расовой и национальной ненависти.

• Накануне своей гибели бизнесмен Михаил Кравченко дал «Эксперту» интервью, в котором говорил о конфликте между стремлением предпринимателей к созиданию и условиями, в которых приходится вести бизнес в России
• Правоохранительные органы продолжают расследование заказного убийства главы мебельного холдинга «8 марта» Михаила Кравченко
• В Госдуме обсуждается законопроект Верховного суда, расширяющий состав экономических преступлений. Законодатели опасаются, что новые нормы позволят еще больше «кошмарить» бизнесменов