Нанодевальвация

Юрий Дорохов

До недавнего времени казахстанский тенге демонстрировал чудеса устойчивости. В то время как российский и белорусский рубли, украинская гривна, евро и фунт дешевели по отношению к доллару, республиканская валюта держалась в коридоре 119–121 тенге за доллар, подешевев за кризисное время не более чем на 1%. И вот правительство и Нацбанк объявили о предстоящем снижении курса — на 10% в течение «длительного времени» (местные наблюдатели полагают, что темпы снижения составят около 1 тенге в месяц). С помощью такой мягкой девальвации правительство Казахстана надеется поддержать банки, которым выгодно сохранение достаточно стабильного курса, и экспортеров. Обеспечить плавную девальвацию вполне возможно, а вот соблюсти интересы финансового и реального секторов экономики намного сложнее.

В последние два года казахстанскому Нацбанку несложно было поддерживать стабильность валюты. Экспорт (более чем на 90% это сырье) обеспечивает почти половину ВВП. Приток валюты в связи с росшими тогда ценами на нефть и металлы был стабилен, золотовалютные резервы пополнялись — в 2008 году они превысили 24 млрд долларов, более чем утроившись с начала 2006 года. Кроме того, банки второго уровня успешно кредитовались за рубежом. В итоге на долю иностранных кредиторов пришлось более 50% обязательств казахстанских банков (совокупный объем внешнего долга банков достиг к августу 2007 года 45,9 млрд долларов). Полученные средства вкладывались главным образом в строительство. Надувшийся на этом рынке инвестиционный пузырь лопнул осенью 2007 года. После этого стабильный курс тенге стал залогом того, что банки смогут расплатиться по своим обязательствам — до сих пор ни один банк не объявил дефолта. В прошлом году казахстанские банкиры выплатили 4,3 млрд долларов из 12,5, которые должны были отдать (остальная задолженность реструктуризирована или перекредитована). Чистый отток ресурсов по банковским займам составил за девять месяцев 2008 года 3,5 млрд долларов, при том что годом ранее был получен нетто-приток в 11,6 млрд долларов.

Неудивительно, что даже после начала обвала цен на нефть казахстанское правительство и Нацбанк упорно держали курс тенге, умудряясь еще и увеличивать резервы. С декабря 2007-го по декабрь 2008 года валовые международные резервы выросли с 17,6 до 19,4 млрд долларов, а активы Нацфонда — с 21 до 27,3 млрд долларов.

Однако в последнее время тенге начал дорожать вместе с долларом, в том числе по отношению к валюте России, главного торгового партнера. Если минувшим летом за рубль давали 5 тенге, то к середине января уже 3,7-3,8. То, что российская продукция стала более конкурентоспособной на казахстанском рынке, — это еще полбеды. Во-первых, по многим позициям (прежде всего в сегменте FMCG) казахстанские производители не способны заместить российские товары. Во-вторых, в случае необходимости проблему можно было бы решить введением импортных пошлин. Хуже то, что казахстанские компании начали терять российский рынок сбыта. В середине января генеральный директор Павлодарского машиностроительного завода Леонид Белогривый заявил, что из-за девальвации рубля и снижения его курса по отношению к тенге продукция завода становится неконкурентоспособной в России. В непростом положении оказались металлурги — «АрселорМиттал Темиртау» уже объявил о возможном сокращении выпуска продукции. Ряд предприятий, например Кентауский трансформаторный завод и «Шалкия-цинк», перешли на неполный рабочий день, а Иртышский химико-металлургический завод вообще остановился.

В итоге правительство и Нацбанк оказались перед выбором — сохранить производство и рабочие места, резко ухудшив положение банковской системы, или продолжать спасение банкиров за счет реального сектора. Решили избрать тропинку посередине: тенге будет слабеть, но медленно. «Мы считаем, что предел — это десятипроцентная плавная, в течение длительного срока девальвация тенге», — заявил министр экономики и бюджетного планирования Бахыт Султанов.

Реализовывать валютную политику придется новому главе Нацбанка — вслед за сообщением о девальвации прежний руководитель Анвар Сайденов уступил свой пост Григорию Марченко из Халык-банка, который уже возглавлял Национальный банк в 1999–2004 годах.

С финансовой точки зрения у властей страны есть все шансы сохранить контроль над валютным рынком. Объемы золотовалютных резервов и отсутствие ажиотажного спроса позволяют сделать это. Правда, совсем без всплеска спроса на доллары не обошлось — известие о девальвации привело к тому, что в обменных пунктах Астаны и Алма-Аты зафиксированы курсы покупки на уровне 121 тенге, продажи — 125 тенге за доллар, а на Казахстанской фондовой бирже был достигнут рекордный объем торговли американской валютой — 1,153 млрд долларов. Но ажиотаж оказался недолгим.

В целом динамика курса за последние две недели свидетельствует о том, что тенге действительно очень плавно снижается. Впрочем, такое медленное понижение курса вряд ли окажет существенную поддержку реальному сектору экономики, особенно экспортерам. А это значит, что на оживление предпринимательской активности и хотя бы сохранение доходов домохозяйств рассчитывать не приходится. Вероятно, по мере ослабления долгового бремени банков правительство будет постепенно отпускать рычаги валютного регулирования — главное, чтобы реальный сектор дожил до этого.

Алма-Ата

Статьи на тему: «Курсы валют»