Боярин Михалков и комиссар Якеменко97

• Максим Соколов

Съезд членов Союза кинематографистов (какой именно, сказать трудно, ибо при схизмах первым делом страдает нумерация) не назовешь аппетитным зрелищем. Есть вещи, которые при минимальном (причем весьма скромном) уровне культуры наблюдать неприятно и даже прямо противно. Низкопоклонство и сладострастная любовь к начальству, равно как и само это начальство, упивающееся своим не знающим уже никакой меры лицедейством: «Когда ж о честности высокой говорит, // Каким-то демоном внушаем, // В глазах огонь, лицо горит, // Сам плачет, и мы все рыдаем», — даже если это не повод для томного «Почему я, такой нежный, должен все это наблюдать?», то поводом надеть калоши и зажать нос платком, несомненно, является. На всякое безобразие есть приличие, тогда как здесь даже слабые остатки приличия были ликвидированы как класс.

Конечно, при разговорах об известном боярском роде обыкновенно — от полного понимания, что аппетитность некоторых вещей доказать все равно невозможно и не стоит даже пытаться, — все оправдание строится на противительном союзе «зато». Вопросы приличия мы изначально выносим за скобки, зато какое профессиональное искусство. Но даже вынося за скобки вопрос, точно ли при руководстве творческим союзом никакие приличия не надобны, а довольно индивидуального мастерства, заметим, что и с последним не все оказалось ладно. Насчет убедительности игры сказано выше, иные предпочтут более тонкий актерский рисунок, но и в смысле режиссуры действа — для чего же режиссеру профессионализм, как не для того, чтобы режиссировать? — потомок бояр значительно уступает худородному комиссару «Наших» В. Г. Якеменко.

Сама по себе методика замены делегатского съезда на съезд без делегирования, куда являются все члены СК, понятна. Делегатский съезд прошел в декабре, выбрал не того, кого надо, нужно было поднять глубинку, привезти в Москву тех, кто сам по себе в нее не поехал бы, и взять силой провинциальной массы, признательной благодетелю за поездку и оттого хорошо манипулируемой. То же самое делал В. Г. Якеменко, устраивая в Москве впечатляющие мероприятия «Наших». Различие между боярином и комиссаром в том, что комиссар исправно контролировал привезенную массовку от начала до финала мероприятия, отнюдь не допуская, чтобы, кучно явившись, юношество затем разбредалось кто куда. У боярина получилось хуже. Привезенное им в Москву старчество в первый день дружно проголосовало за благодетеля, после чего, сочтя долг исполненным, разбрелось по городу. Второй день съезда, где нужно было принять необходимые режиссеру поправки к уставу СК, остался без кворума. Мастерским режиссированием массовки это не назовешь.

В смысле идеологического обоснования борьбы федеральный комиссар также оказался много убедительнее. Концепция «Наших» в период расцвета движения основывалась на том, что влиятельные зарубежные силы (читай: правительство США) и находящаяся у них на содержании пятая колонна намерены ниспровергнуть В. В. Путина и демократию, произведя оранжевую революцию, и отнять у народа его победу. Тогда как антифашистское движение «Наши» стоит на страже и пресекает покушения на победу Путина и народа.

Насчет того, до какой степени это соответствовало действительности, возможны различные мнения, но исторические прецеденты такого рода событий в принципе существовали. Желание (в ряде случаев достигающее цели) одной державы поменять правителя другой державы на такого, который иностранную державу более бы устраивал, неоднократно наблюдалось как в отдаленные исторические эпохи, так и в совсем недавние — см. так вдохновлявшие предыдущую администрацию США цветные революции. Ситуация, когда народ, преданный своему правителю, выступает против крамольников, также не является чисто фантастической — прецеденты и тут имеются, хотя достаточно редкие.

Идеологическая концепция боярина была структурно аналогична. Против сил добра и красоты, олицетворяемых преимущественно им самим, была «попытка рейдерским путем ввести в СК либерально-атлантическую диктатуру с далеко идущими последствиями». О том, что такая попытка имела место, свидетельствуют расчеты консультантов по черному PR, которым был задан вопрос, сколько могло быть потрачено на критическую кампанию в прессе против председателя СК. Ответ гласил: «Если учесть объем размещения, рыночная стоимость подобной войны может быть оценена в размере от 450 до 500 тыс. долларов». Что породило уже у боярина естественный вопрос: «Откуда у кинематографистов такие деньги?» Тем более что «в Нью-Йорке, в Нью-Йорке есть счет для того, чтобы решать проблемы СК России».

Тут даже не надобны те уточнения, что, по уверениям противной стороны, счет находится далеко не в Нью-Йорке, а гораздо ближе, и лежат на нем не полмиллиона долларов, а три копейки. Равно как и то, что про живописные скандалы в творческой среде газеты склонны писать даже и без дополнительного тайного стимулирования — им бывает довольно того, что эта тема цепляет, и весьма.

Проще обратиться с просьбой указать прецедент. Когда и где это было, чтобы иностранная держава затевала дорогостоящие интриги с целью устранения не державного правителя, но всего лишь деятеля искусств. Фильм Н. Бурляева «Лермонтов», в котором проводится мысль, что поэта погубили сионисты, желательно не предлагать, ибо нужны более достоверные свидетельства.

Их нет, и в отличие от идеологии «Наших» идеология нынешнего СК лишена даже тех объясняющих борьбу правдоподобных аналогий, которыми оперирует В. Г. Якеменко. Более точным аналогом идеологии боярина были бы рассказы федерального комиссара о том, что заокеанские структуры тратят немалые деньги на то, чтобы отстранить его, В. Г. Якеменко, от работы с юношеством. Но невозможно представить себе такие речи в устах последнего, который не только стремится к известному правдоподобию, но и знает, что такие речи назывались бы «товарищ вождит» и противоречили бы номенклатурной этике. Бывает дозволительна общегосударственная mania grandiosa, но никак не самовольно приватизированная.

Можно согласиться с В. В. Жириновским, который, утомленный «грязью и интригами» в СК, предложил вовсе распустить этот союз. Если политически это нежелательно, следовало хотя бы поставить его председателем В. Г. Якеменко — тем более что он выпускник Института культуры. Под его началом все выглядело бы неизмеримо пристойнее.

• Культурные процессы в Сибири не отличаются толерантностью ни со стороны творческого класса, ни со стороны чиновников и Церкви. Это может привести к необратимым изменениям в обществе
• Не торопитесь гнать Гельмана
• Новости от 25 мая 12.00