Ремонт в разгар шторма

Тема недели
Москва, 06.04.2009
«Эксперт» №13 (652)
Соединенные Штаты надолго еще останутся единственной глобальной державой, но использовать это положение им будет непросто. Президенту Обаме придется принять много нестандартных решений

В программной внешнеполитической статье, опубликованной журналом Foreign Affairs летом 2007 года, Барак Обама перечислил тех, на кого хотел бы равняться, — Франклина Рузвельта, Гарри Трумэна и Джона Кеннеди. Величие этих президентов заключалось, по мнению автора, в умении сочетать наращивание военной мощи страны с укреплением ее притягательной силы. Каждый из троих противостоял опаснейшему врагу — фашизму (Рузвельт), сталинскому экспансионизму (Трумэн), советской ядерной угрозе (Кеннеди). «Они использовали нашу силу для того, чтобы повсеместно явить Америку во всем ее блеске», — пишет Обама.

Великим предшественникам повезло — у них был внешний враг. Оппонентом же первого чернокожего президента стала сама Америка, правда, скорее «не во всем ее блеске», а превращенная в карикатуру на саму себя. За годы правления Джорджа Буша все типические черты политики США, в основе которой уверенность в собственной исключительности и миссионерский пафос отцов-основателей, были доведены до абсурда. Обаме предстоит не столько менять курс, сколько пытаться вернуть смысл действиям и понятиям, дискредитированным неоконсервативной администрацией.

Бесспорно, Соединенным Штатам и раньше случалось допускать грубые ошибки, вести несправедливые войны и применять двойные стандарты. Достаточно вспомнить хотя бы тайные операции ЦРУ по смене режимов на латиноамериканском «заднем дворе» или войну во Вьетнаме. Но прежние промахи не подрывали догмата о «непогрешимости», а нанесенный ущерб удавалось относительно быстро возместить. Во многом это связано с тем, что проколы прошлых лет не случались в условиях всеобъемлющей гегемонии Америки.

С тех пор как США превратились в единственную сверхдержаву, которая по совокупной мощи до сих пор едва ли не превышает все остальные государства вместе взятые, ее ошибки также приобрели иной масштаб. Глобальное лидерство стало гигантским резонатором, благодаря которому «шалости», «хитрости» и промахи Америки разносятся по миру громовым эхом.

Барак Обама победил на выборах, потому что был «анти-Бушем». Но по-настоящему этот титул еще предстоит подтвердить, разгребая один за другим оставленные внешнеполитические завалы.

Самоотрицание неоконсерваторов

К концу XX века Соединенные Штаты достигли пика могущества. Олицетворяемые ими экономическая и политическая модель, система взглядов, а также военный блок переживали триумф. Исчезла не только конфронтация, но и, казалось, необходимость дискуссии — и так ясно, кто прав.

«Джордж Буш-младший не изобрел то, что назвали американским унилетерализмом (односторонность. — “Эксперт”), а унаследовал. Хотя, конечно, он усилил данную тенденцию различными способами, — замечает историк Джон Льюис Гэддис. — С концом холодной войны исчезла необходимость планомерной работы с союзниками и нейтральными государствами... Многосторонние консультации последовательно сокращались при Джордже Буше-старшем и Билле Клинтоне не потому, что сам принцип вызывал возражения, а потому, что они казались менее необходимыми».

11 сентября 2

У партнеров

    «Эксперт»
    №13 (652) 6 апреля 2009
    Мир после глобализации
    Содержание:
    Мир после Лондона

    Саммит «двадцатки» показал, насколько резко ослабло глобальное экономическое лидерство США. Геополитические позиции Вашингтона по-прежнему сильны за счет подавляющего военного превосходства, но это преимущество будет таять под грузом региональных конфликтов, в которые вовлечена Америка

    Спецвыпуск
    Реклама