Деловая конъюнктура

Рассматривая еженедельные данные опросов ИЭПП (лаборатория Сергея Цухло), фиксирующих самочувствие промышленных предприятий, мы уже не впервые сталкиваемся с таким феноменом. Первые оценки ситуации в текущем месяце оказываются весьма оптимистичными. Затем, по мере вовлечения в обработку новых поступающих ответов, оптимизм этот падает, а то и вовсе сходит на нет.

Что стоит за такой «краткосрочной волатильностью» результатов опросов? Может быть, просто первыми отвечают на вопросы предприятия, которые видят ситуацию более оптимистично, а потом — те, которым сейчас не сладко? Или же мы проходим сейчас некую точку бифуркации, когда включение в результаты обследования нескольких дополнительных ответов существенно меняет взгляд на ситуацию в производстве? Сказать сложно. Но, во всяком случае, мы будем и дальше включать в этот обзор оперативные промежуточные результаты, возможно, немного жертвуя при этом надежностью. Ведь, по большому счету, этот наш «барометр», опирающийся на результаты проводимых разными организациями опросов, заметно опережая официальные статорганы в оперативности, существенных сбоев в оценке текущей ситуации пока не давал.

Что же изменилось в результатах опросов производственников за последнюю неделю? Во-первых, с учетом новых данных хуже теперь выглядят все показатели, связанные со спросом. Самой существенной корректировке подверглись оценки (ожидания) спроса. По сравнению с июлем их улучшение (все-таки улучшение!) составило только 3 пункта (неделю назад насчитали сразу +12 пунктов). Но похоже, что этот показатель все же оторвался от своего дна — удивительно стабильного уровня почти всех кризисных месяцев — и наконец будет расти. Темпы падения фактического спроса на промышленную продукцию в августе, напротив, возросли на 3 пункта после июльского улучшения на 12 пунктов. Спрос продолжает снижаться — чуть быстрее, чем в июле, но все же медленнее, чем во все другие кризисные месяцы.

Во-вторых, оценки запасов готовой продукции вполне адекватно отреагировали на увеличение темпов сокращения спроса. По первым оценкам, сохранялась достаточно стабильная оценка запасов готовой продукции с незначительным ухудшением. Теперь же, по уточненным оценкам, баланс запасов готовой продукции (норма — выше нормы) ухудшился за месяц сразу на 10 пунктов и вернулся к нормальному кризисному уровню, пробитому в июле слишком резкими положительными изменениями в динамике спроса и выпуска.

Казалось бы, такое сочетание — падение спроса при одновременном накоплении запасов годовой продукции — должно было негативно сказаться на производственных планах предприятий. Но нет. В отношении планов выпуска первоначальные оценки изменились не сильно. По уточненным данным, в августе они улучшились сразу на 6 пунктов. В результате динамика планов выпуска впервые за все кризисные месяцы осталась определенно положительной — промышленность в целом планирует рост производства.

В целом, исходя из получившегося по опросам сочетания показателей — намерения увеличивать выпуск, однако при достаточно скромных видах на расширение спроса и уже наметившихся проблемах со сбытом продукции, — можно прогнозировать, что в августе положительная динамика в промышленности (хотя и не такая резвая, как июне-июле), скорее всего, сохранится. В отношении сентября же такой уверенности нет.

О потенциале восстановительного роста в промышленности дают некоторое представление оценки загрузки производственных мощностей. Загрузка мощностей в третьем квартале 2009 года составляет 57% и практически не изменилась по сравнению со вторым кварталом (58%). Это примерно соответствует уровню апреля 2000 года. А дно показателя загрузки мощностей в предыдущем кризисе лежало много ниже (42% в июле 1998 года, это объясняется тем, что и предкризисная загрузка мощностей тогда в результате предшествовавшей многолетней депрессии была невысокой, летом 1996 года был пройден ее абсолютный минимум — 40%). Год назад этот показатель составлял 69%, а абсолютный максимум 1993–2009 годов в 74% был достигнут во втором квартале 2008 года. Можно напомнить, что в прошлом кризисе восстановление было довольно энергичным — за полтора года с августа 1998-го по апрель 2000-го уровень загрузки мощностей вырос на треть. Но и потенциал для такого роста тогда был ощутимо выше — нелишне еще раз напомнить, что средняя доля «свободных» мощностей на дне нынешнего кризиса примерно такая же, какая была на стадии затухания восстановительного роста в 2001–2002 годах.

Некоторые дополнительные штрихи к пониманию текущей ситуации в промышленности добавляет ее рассмотрение в отдельных отраслях. Положение тут достаточно неоднородно, условно можно выделить три кластера. Первая группа — отрасли с сильной долей экспортной ориентации, такие как черная и цветная металлургия, а также химия и нефтехимия и отчасти — лесная промышленность, первыми принявшие на себя удар глобального кризиса, но и в существенной степени восстановившиеся за последние несколько месяцев (точнее, адаптировавшие показатели своей деятельности в соответствии с новой реальностью). Вторая группа — отрасли, ориентированные на потребительский спрос (легкая и пищевая), где кризис вообще ощущается не так сильно. И наконец, третья группа — инвестиционно ориентированные отрасли (машиностроение и стройматериалы), где глубокий спад продолжался до самого последнего времени.

Если взглянуть на ситуацию с наиболее существенными условиями производства — наличием запасов нереализованной продукции, доступностью кредитов и занятостью в каждой из этих групп отраслей, то сходство видно, пожалуй, лишь в отношении динамики запасов. Везде они вернулись к настоящему времени в состояние, которое производственники оценивают как более или менее нормальное (разумеется, это не значит, что в абсолютных объемах они такие же, как были до кризиса, ведь спрос и объемы реализации изменились).

По большинству отраслей — стройматериалам, машиностроению, легкой, лесоперерабатывающей промышленности и даже сравнительно «успешно» переносящей кризис химии — говорить о восстановлении условий доступа к кредитам, сколько-нибудь близким к докризисным, не приходится. Примерно такая же картина в отношении занятости: такие отрасли, как машиностроение, стройматериалы, обе металлургии, легкая промышленность, весьма далеки от восстановления докризисной численности персонала. Все это говорит о том, что в промышленности пока происходит не столько восстановление хозяйственной активности, сколько приспособление к новым условиям жизнедеятельности.

Весь август потребительские расходы демонстрируют рост после некоторого падения оборота розничной торговли в первые летние месяцы (в июле — особенно), зафиксированного и в показателях Росстата. Третья августовская неделя не стала исключением — затраты жителей крупных городов России (за исключением Москвы и Санкт-Петербурга) на повседневные покупки выросли, хотя и не так энергично, как в первой половине месяца. Жители крупных городов стали возвращаться из отпусков и с дач, началась подготовка детей к школе и детским садам, соответственно, возросли и траты. Москвичи же и петербуржцы, наоборот, на прошлой неделе сократили свои расходы. То ли предшкольная лихорадка здесь еще не в самом разгаре, то ли просто кончились деньги, оставшиеся после отпускных трат.