Здесь меряются скоростью зарабатывания денег

Тема недели Российский фондовый рынок далек от идеала — волатилен, рискован. Но его хроническая недооцененность привлекает портфельных инвесторов со всего мира

К концу сентября российский фондовый рынок обновил свои максимальные значения с начала года. Ралли на наших фондовых площадках, ставившее мировые рекорды, вроде бы сходит на нет. Но в чем причина такого динамизма и гарантирован ли он нам в будущем? «Сейчас в мире много инвесторов, которые пытаются успеть купить что-то, что сильно подешевело в ходе кризиса, и для них есть две колоссальных возможности — недвижимость во всем мире и российские акции», — говорит глава UBS Securities Борис Синегубко. Именно его мы и попросили прокомментировать текущую ситуацию на фондовом рынке. Работая уже 14 лет в одном из крупнейших мировых инвестиционных банков, швейцарском UBS, Борис Синегубко знаком с этой ситуацией не понаслышке. Разговор получился познавательным, поскольку быстро вышел за традиционные рамки прогнозов аналитиков.

Слишком много ликвидности

— Какова основная движущая сила подъема фондового рынка последних месяцев?

— Денег сейчас очень много. На самом деле, наверное, никогда не было в мировой финансовой системе больше денег, чем сейчас. Очень мягкая денежно-кредитная политика, очень низкие процентные ставки, очень большие возможности закладывать любые активы в окна центробанков и получать за них практически полную стоимость. Однако желания брать риск пока не очень много. То есть, условно говоря, значительная часть состоятельных людей, испугавшись кризиса, сейчас хранит деньги в государственных ценных бумагах в Америке, в европейских странах и Японии, и получают они за это ну совсем смешные проценты. Сейчас доходность по краткосрочным облигациям в развитых странах меньше одного процента!

Рост рынка, который мы видим в последнее время, вызван как раз тем, что люди и корпорации постепенно решили опять брать риск.

— Мы, готовясь к интервью, построили график динамики фондовых индексов разных стран. Индекс РТС оказался едва ли не самым волатильным — быстрорастущим в одно время и быстропадающим в другое.

— Да, российский рынок излишне волатилен, и кризис это показал. А излишняя волатильность создает системный риск. Поэтому важно понимать, чем и кому мы этим обязаны.

Один из важных факторов для страновых индексов — наличие внутренней базы инвесторов. То есть если в стране много собственных сбережений — пенсионных фондов, ПИФов, богатых людей, которые хранят деньги в своей стране, а не вывозят их в офшоры, то обычно рынок более стабильный. Верно и обратное. В России не развита база внутренних инвесторов. Во всех пенсионных фондах денег примерно столько, сколько в Перу, меньше, чем в Чили, и в десять раз меньше, чем в Бразилии, хотя ВВП у нас сопоставимы.

Второй фактор волатильности российского рынка — недиверсифицированность экономики. В кризис у нас падали финансовые и сырьевые акции. Но это все, что у нас есть. Американские инвесторы, продавая финансовые и сырьевые акции, покупали бумаги Coca-Cola, Procter & Gamble или фармацевтику. Покупали компании, бизнес которых не подвержен циклическим колебаниям. То, чего у нас нет.

Третий фактор — большое коли