«Дружба» дружбой, а преференции врозь1

• Иван Рубанов

Две трети поступающей в Белоруссию нефти (около 20 млн тонн) перерабатывается на местных НПЗ и реэкспортируется в форме нефтепродуктов, в том числе и в Россию. Белорусы традиционно предлагают меньшую налоговую нагрузку, поэтому наши нефтяники и местные компании стремились перерабатывать сырье в соседнем нефтяном «офшоре» по давальческим схемам. Для их работы критически важным было то обстоятельство, что нефть долгое время поставлялась в страну по низким, фактически внутрироссийским ценам, экспортная пошлина с них не взималась. Однако в 2007 году после непродолжительного конфликта двух стран «халява» закончилась: нефтяные поставки в Белоруссию начали облагать экспортной пошлиной, правда, с дисконтом в 64% от стандартной ставки. При этом основная часть белорусской вывозной пошлины на транспортируемые дальше в Европу нефтепродукты (85% в 2009 году) направлялась в российский бюджет.

Очевидно, что договоренности для России были гораздо выгоднее прежних, при этом и Белоруссия оставалась в привилегированном положении, получая нефть по ценам ниже мировых.

Однако в конце прошлого года срок действия этой схемы истек. Переговоры же по продлению соглашения быстро зашли в тупик: Белоруссия жестко потребовала более выгодного для себя варианта взаимодействия.

Обещать не значит жениться

Условий белорусы выдвигают несколько. Во-первых, они хотят, чтобы 8 млн тонн нефти, которая должна идти на внутренние нужды страны, вообще не облагались экспортной пошлиной. Во-вторых, с оставшегося объема импорта предлагается по-прежнему взимать пошлину с существенным дисконтом. В-третьих, белорусские власти заявили о своем желании увеличить до российского уровня, то есть приблизительно в полтора раза, плату за транзит 60 млн тонн российской нефти, идущей через крупнейший советский нефтепровод «Дружба» в Европу. Но дело-то в том, что ставки на транзит нефти в России существенно выше среднеевропейских из-за высокой инвестиционной составляющей (владелец труб, «Транснефть», активно ведет новое строительство). Правда, насколько можно понять из доступной информации, белорусы на этом требовании особо и не настаивали.

Тем не менее конфликт был запрограммирован: Россия в новом раунде переговоров не только не собиралась потакать запросам Лукашенко, но, скорее наоборот, решила ужесточить условия. Теперь российская сторона собирается взимать экспортную пошлину без дисконта со всего объема нефти, поставляемой в Белоруссию. При этом в качестве жеста доброй воли она готова не облагать пошлиной тот объем нефти, который идет на потребление внутри страны, а именно 6,3 млн тонн (переработка нефти для собственных нужд составляет в Белоруссии 8 млн тонн, из них 1,7 млн тонн она добывает самостоятельно).

Вместо стремления к компромиссу в новом раунде переговоров стороны продемонстрировали жесткость. После декабрьского провала белорусская делегация прибыла в Москву только 5 января и без Александра Лукашенко — он предпочел решать проблему в эпистолярном жанре, написав 13 января, по слухам, не очень вежливое письмо Дмитрию Медведеву, на что 17 января получил ответ в том же духе.

В Москве еще в декабре предупредили: откажетесь от «жеста доброй воли» — будем брать пошлину со всего объема поставок. Так и произошло: в начале года соответствующее предписание было разослано таможенникам. Резко возросшее налоговое давление моментально сделало давальческие схемы переработки нефти в Белоруссии невыгодными.

Независимые источники указывают на резкое снижение объемов поставок, которые осуществляются только в рамках старых авансовых договоров. Так, Reuter и «Интерфакс» со ссылкой на нефтяных трейдеров сообщили, что 14–15 декабря загрузка названных НПЗ снизилась в два-три раза.

Столкнувшись с первыми неприятностями от отсутствия договоренностей, белорусы дали понять, что на уступки не пойдут, напротив, ужесточат выдвигаемые условия. Еще в декабре зашла речь о повышении цены нефтяного транзита; «Белэнерго» настаивало на увеличении ставок транзита электричества в Калининградскую область и Прибалтику в два с половиной раза. В январе запросы выросли: «Белэнерго» хочет повысить транзитные тарифы уже в пять с половиной раз. Белорусские политики заговорили о возможности выхода из Таможенного союза и отказа от ратификации соглашения с Россией о совместной противовоздушной обороне. На днях белорусский премьер Андрей Кобяков побывал на антироссийской энергетической конференции в Тбилиси (мероприятие не сочли нужным посетить даже верные союзники Грузии), а Михаил Саакашвили лично поблагодарил белорусов за отказ признать признанные Россией кавказские республики.

По мнению опрошенных нами экспертов, в ближайшее время росссийско-белорусская конфронтация перейдет в острую фазу. В «Белнефтехиме» заявили, что запасов нефти для бесперебойной работы хватит до конца месяца. Когда сырье закончится, НПЗ будут вынуждены отбирать его из «Дружбы» — о такой возможности уже предупредил белорусский вице-премьер Владимир Семашко. Россияне, в свою очередь, будут вынуждены остановить весь транзит, как это произошло с газом во время недавней «войны» с Украиной.

Цена вопроса

Для России преференции Белоруссии — прямые бюджетные потери, имеющие сомнительную политическую обоснованность. Сейчас стандартный размер экспортной пошлины составляет 270 долларов за тонну нефти и светлых нефтепродуктов (это примерно половина рыночной стоимости) и около 100 долларов за тонну тяжелых нефтепродуктов. При таких уровнях цена «жеста доброй воли» — около полутора миллиардов долларов. Правда, далеко не все эти деньги осядут в белорусском нефтяном офшоре. Часть первоначальных потерь будет возвращаться нам вместе с вывозными пошлинами на нефтепродукты, часть осядет в виде прибыли в российских компаниях (напомним, что 47% акций Мозырского НПЗ находится под контролем компании «Славнефть», в свою очередь принадлежащей «Газпром нефти» и ТНК-BP).

В условиях финансового кризиса и дефицита бюджетов двух стран цена спора особенно велика, а для Белоруссии, пожалуй, даже критична. Около 30% бюджета страны связано с доходами от транзита и переработки: крупнейшие налогоплательщики именно предприятия этого сектора. В случае выпадения бюджетных доходов неизбежен и рост внутренних цен на бензин, а шире — ухудшение конкурентных позиций всей экономики.

С нового года Россия отказалась от практики массированного финансирования соседа. В кризис Белоруссия вынуждена занимать у куда более требовательного кредитора — Международного валютного фонда. Бюджетный дефицит на текущий год (около 1 млрд долларов) уже согласован с этой организацией. Позволить себе его увеличение страна, нуждающаяся в дополнительных заимствованиях, не может.

Не менее значима и политическая составляющая. В Белоруссии на носу местные выборы, а через год — четвертые «выборы» самого Лукашенко. Для повышения легитимности в глазах собственного электората и зарубежных структур белорусскому президенту нужна победа над Россией, а не рост внутренних цен на энергоносители.

Для Москвы потеря одного-двух миллиардов долларов, конечно, тоже существенна. Но дело не только в этом. «Отказ признать Южную Осетию и Абхазию, отсутствие поддержки важных для нас военных структур ОДКБ и ДОВСЕ, участие Белоруссии в конкурентном интеграционном проекте, Восточном партнерстве, продемонстрировали безразличное отношение Лукашенко к интересам России, — отмечает эксперт по странам СНГ, замдекана факультета мировой экономики и мировой политики ГУ-ВШЭ Андрей Суздальцев и продолжает: — Лоббистам дружбы с этой страной теперь невозможно объяснить нашей элите, зачем нам нужно спонсировать суверенитет соседа». Осталось добавить, что Белоруссия отложила приватизацию госпакетов акций Мозырского и Новополоцкого НПЗ, на которую рассчитывали российские «Роснефть» и «ЛУКойл».

Игра в одни ворота

Все эксперты сходятся во мнении, что белорусская сторона ожидает наступления острой фазы конфликта и рассчитывает на существенную поддержку Запада. Если нефтяной кран будет перекрыт, европейцы и американцы, безусловно, обвинят Россию в энергетическом шантаже — именно такую логику подсказывает недавний аналогичный конфликт с Украиной. Однако эффективность подобного давления вызывает сомнения.

«Менталитет белорусских чиновников заставляет их видеть в Евросоюзе нечто большое и солнцеподобное, в то время как для Кремля это лишь трудный партнер», — говорит Суздальцев. «После войны с Грузией чувствительные центры у нашего руководства сильно огрубели, — отмечает близкий к правительственным структурам эксперт, — Кремль однозначно будет идти до конца, и мнение Запада никакого серьезного влияния на его позицию не окажет».

Возможности самой Белоруссии противостоять России весьма ограниченны. Белорусские ставки за транзит нефти, как и украинские, лишь на 30% ниже европейских. Их резкое — в разы — повышение, о котором поговаривают белорусские чиновники, станет форс-мажорным обстоятельством, снимающим с россиян обязательства по поставке. Если конфликт разгорится и затронет другие аспекты взаимоотношений, Кремль, в свою очередь, может поднять вопрос о взимании пошлины и с поставок газа. Пока ее размер равен нулю, увеличение ставки до стандартных 30% выльется для белорусов приблизительно в миллиард долларов дополнительных затрат. Вместе с вышеупомянутым «жестом доброй воли» это равноценно 30% доходов дефицитного белорусского бюджета.

Продолжая разговор о рычагах давления на Россию, трудно предположить, что Лукашенко рискнет активно заняться разрушением главного интеграционного проекта Кремля, Таможенного союза. Ведь от льготного режима двусторонних отношений в первую очередь выигрывает Белоруссия: около 70% стоимостного объема нашего экспорта представлено энергоносителями и металлом, а вот сосед поставляет нам в основном обработанную продукцию, причем в нашу страну идет около половины всего белорусского экспорта.

Кумулятивный эффект от полномасштабного конфликта с Россией для белорусской экономики будет не просто велик, а разрушителен и может угрожать даже политической стабильности режима Лукашенко.

Поэтому, поупиравшись, белорусская сторона, вероятно, будет вынуждена принять российский вариант взимания пошлин. В одной из крупных российских ВИНК нам сообщили, что планируют выполнить намеченный квартальный план поставок нефти в Белоруссию. «Двусторонний конфликт будет, по информации нефтяников, разрешен в течение недели-двух», — сообщил пожелавший остаться неназванным источник, близкий к правительственным кругам.   

• Редакционная статья
• Национальный банк создал Фонд проблемных кредитов, работа которого должна закончиться расчисткой банковских балансов, но будет ли от этой затеи толк, пока неясно
• Нужны НПФ хорошие и разные