Откуда возьмется демократия

• Николай Силаев

В начале февраля в Москве на Чистых Прудах прошел митинг в защиту московского архитектурного наследия. В предварительных беседах с его организаторами чиновники мэрии выражали сильное сомнение, что на митинг соберется заявленное число участников — 200 человек. На прежние митинги такого рода собиралось не больше нескольких десятков. Однако несмотря на мороз людей пришло больше заявленного, и милиционеры перестали пускать людей внутрь заграждения, опасаясь давки. Автор этих строк участвовал в подготовке митинга и свидетельствует: на Чистые Пруды пришли в том числе отцы и матери семейств среднего класса, которые, казалось бы, в российской системе координат должны шарахаться от всякой общественной активности.

Что-то определенно витает в воздухе — количество и частота всяческих митингов заметно растет. Участие в разного рода гражданских инициативах уже не повод для стеснения и не признак маргинальности, как это было до кризиса. «Если раньше сказать друзьям “Я ходил на митинг” было все равно что сказать “Я сумасшедший”, то теперь появилось какое-то ощущение братства, общности», — цитирует журнал «Русский репортер» одного из участников калининградских событий.

Кажется, тонкой, но важной материи, которую принято называть общественной солидарностью, вокруг становится больше. Разумеется, мы наблюдаем лишь начало тренда. Но что сейчас важно сказать: рост общественной активности и вовлеченности граждан в дела города, области или страны не означает автоматической демократизации политической системы. Особенно если понимать демократию по Чарльзу Тилли — как наличие широких, равноправных, защищенных и взаимообязывающих процедур обсуждения. Здесь должно быть еще одно необходимое звено, которого пока нет и создание которого станет главной интригой российской политики в ближайшие годы.

Калининградская протестная коалиция может, без сомнения, собрать еще один митинг (хотя и необязательно столь же многолюдный), а потом еще и еще один. Но это мало что будет означать. Похоже, губернатор Георгий Боос именно на это и рассчитывает. С поста его не снимут — Кремль и Белый дом не любят, когда на их кадровую политику пытаются влиять путем митингов. Число митингующих в Калининграде будет постепенно снижаться. Организаторы протеста тем временем будут обсуждать насущные темы вроде «образа желаемого завтра» с прорабами модернизации из ИНСОРа. И как-то постепенно все сойдет на нет, тем более что самый вопиющий повод для протестов — транспортный налог — уже отчасти утратил остроту.

Коалиции нужно другое — научиться выигрывать выборы. Для этого необходимо уже сейчас готовить программу, искать кандидатов, определять способы защиты своих интересов в избирательных комиссиях от участковых до областной. Если речь идет о таких серьезных делах, как особая экономическая политика для Калининградской области или обеспечение упрощенного порядка получения шенгенских виз для жителей анклава, то митинг может стать лишь первым шагом к этому. Дальше требуются те самые широкие, равноправные, защищенные и взаимообязывающие процедуры обсуждения. Причем квалифицированного обсуждения. Его затруднительно вести на улице — нужна фракция (а лучше большинство) в областной думе. Партийный окрас фракции или большинства вторичен.

Политически организованная энергия защиты практических интересов избирателей способна творить чудеса. 1 марта прошлого года на выборах в городскую думу Тольятти 25,8% голосов набрало общественное объединение «Декабрь» во главе с Сергеем Андреевым. Это был второй результат после «Единой России», набравшей в городе 39,5%. «Декабрь» известен в городе своей оппозиционностью тольяттинским властям. Но именно по его инициативе гордума приняла программу установки счетчиков воды в квартирах малоимущих и создала негосударственный муниципальный пенсионный фонд.

Константину Дорошку достанет лидерских качеств, чтобы повторить и превзойти этот успех. Дело за разумной стратегией. А то скучно уже приводить в пример одного Андреева.