Вековая мечта русской интеллигенции26

• Максим Соколов

В марте 1917-го про сбывшуюся вековую мечту говорили, во-первых, вполне искренне, во-вторых, строго следуя исторической точности. Свержение самодержавия и устроение русского быта по передовым образцам — то ли английским (при более умеренном образе мысли), то ли французским (с убийством всей императорской фамилии) — вошло в салонную повестку дня примерно как раз около 1817 г. К юбилейной дате все и произошло.

С началом XXI столетия вековая мечта пошла по второму кругу. В начале марта с. г. был обнародован манифест под названием «Путин должен уйти» с перечислением всех обширных вин В. В. Путина и указанием, что «Избавление от путинизма — первый, но обязательный шаг на пути к новой свободной России».

Сам по себе сюжет вполне обсуждаем. С одной стороны, люди алчут новизны, и десятилетнее пребывание одного и того же лица на высших государственных должностях может порождать у них недовольство, будь даже это лицо справедливым Аристидом. Премьер-министра же зовут не Аристидом, но Владимиром. С другой стороны, именуемая в просторечии тандемом крайняя раскоряченность нынешней государственной конструкции может отнюдь даже и не освободителей наводить на мысли о том, что все время стоять враскоряку затруднительно, а двигаться — наипаче. Причем имеется в виду даже и не движение через тернии к звездам, т. е. к неслыханному инновационному базису и еще более неслыханной общественной настройке. Имеется в виду всего лишь возможность без сверхъестественных усилий избавить аппарат госуправления от заведомого вора или идиота. Когда конструкция, как мы видим на практике, не позволяет даже и этого, пожелание, чтобы наконец кто-то кого-то сожрал, Софья ли Петра, Петр ли Софью — лишь бы что-то определилось, может посещать многих. Характерно, что составленное в антитезу освободительному воззванию воззвание охранительное под названием «Путин должен остаться» содержало много хвалебных слов про В. В. Путина, но ни единого слова похвалы про действующую (точнее, недействующую) ныне властную конструкцию.

То есть предмет для полемики, несомненно, есть, но желательно бы все-таки для полемики конструктивной, позволяющей как-то уразуметь, что же дальше. Но с этим все оказалось куда менее внятно. Не будем уже говорить о том, что тридцатка первоподписантов (авторов тож) освободительного воззвания — люди, давно известные стране в том смысле, что им нельзя доверить управление даже районной баней, ниже ядерной державой. Сколь бы ни были велики претензии к В. В. Путину и собору всех святых, в кооперативе «Озеро» просиявших, на фоне первоподписантов они смотрятся титанами мысли. Каковой зрительный эффект скорее способствует охранительству. Но допустим, что эффект обманчив, он есть аберрация зрения и в загашнике у освободителей имеется правительство общественного доверия прямо как в марте 1917-го и даже еще гораздо лучше.

Допускать можно все, но последующие речи первоподписантов в развитие ими же заявленной темы никак не свидетельствовали о наличии хоть какого-то дальнейшего плана, выходящего за пределы «Банду Путина под суд!». Далее же — большое богатство мнений.

Б. Е. Немцов, как вождь пролетариата, указал, что следует готовить всероссийскую стачку с требованием отставки В. В. Путина. О степени своей влиятельности среди транспортников, энергетиков и коммунальщиков, без участия которых стачка будет никому не интересна (офисный планктон хоть всю жизнь бастуй), он не сообщил.

Его коллега акад. А. А. Пионтковский прилюдно объявил главу ИНСОР И. Ю. Юргенса гр. Паленом и стал воспоминать об апоплексическом ударе марта 1801 г., высоко оценивая личное мужество Палена-Юргенса и его симпатизантов в правительстве РФ, но при этом загодя предупреждая, что этот апоплексический удар будет далеко не последним: «Мы постараемся использовать раскол, растерянность клептократии... и сделаем все возможное, чтобы... избавить (Россию. — М. С.) не только от Путина, но и от путинизма с человеческим лицом Юргенса». Вряд ли возможно более откровенным образом изложить ленинское учение о полезных идиотах, которые торят дорогу идущим вослед бешеным. Хотя понятие полезного идиота еще более многогранно. С точки зрения по крайней мере одной из верхушечных фракций (не инсоровской), если бы такого говорливого академика-освободителя не существовало, его срочно следовало бы изобрести.

Самым же смиренным оказался бывший хулиган В. К. Буковский, сообщив: «Последнее, чего бы я хотел, — это чтобы Путин обиделся и ушел в отставку. Дело же не в том, чтобы он сам ушел в отставку, дело в том, чтобы нарастала консолидация здоровых сил в обществе. Важно, чтобы были готовы новые силы, которые могли бы прийти на смену. А эти силы вырастают только в процессе борьбы. Поэтому важна сама кампания за его уход, а не то, чтобы он прямо сейчас ушел». Если И. Ю. Юргенс оказался гр. Паленом, то В. К. Буковский — ревизионистом Бернштейном. «Конечная цель ничто, движение все».

Старые силы, наблюдаемые ныне у кормила правления, не столь восхитительны, чтобы ни за что не желать появления здоровых новых сил. Напротив, «Ласкаво просимо». Но избранный силами способ консолидации внушает серьезные сомнения в их здравости. Похоже, их губит ложная аналогия, побуждающая считать кампанию чем-то вроде тренировки в спортивном зале. Во время тренировок число подходов к снаряду ничем не ограничено. Чем больше подходов, тем лучше укрепятся члены и повысится сноровка. Иное дело соревнования, где число подходов строго ограничено. Одно воззвание в жанре «Час мужества пробил на наших часах», другое, третье — на десятом это будет производить несколько однообразное впечатление, а победа если и достанется новым силам, то совершенно другим.

Слаженность сводного кордебалета из освободителей и в кооперативе «Озеро» просиявших возрастает с каждым новым спектаклем. Если учесть, что они (по предположению) совместно пляшут без режиссера и хореографа, но лишь повинуясь безукоризненному чувству такта и ритма, восхищение удваивается.         

• Спустя два года после предоставления первого пакета помощи Греции риск выхода этой балканской страны из зоны евро высок как никогда. Поиск сценариев выхода из кризиса — или распад, или новый виток интеграции — активизируется по мере усугубления проблемы. Хватит ли у европейских политиков воли и времени?
• О культуре
• Смена президента в Сербии никак не отразится на внешней политике государства. Белград продолжит сдавать Косово и делать упор на евроинтеграцию