Непопулярно о демократии

Тема недели
«Эксперт» №36 (720) 13 сентября 2010
Мысли в связи с выступлениями Медведева на Мировом политическом форуме 2010 года
Непопулярно о демократии

Год назад президент Медведев сделал не совсем обычную для нас вещь — выступил со статьей «Россия, вперед!». Статьей, критически оценивающей состояние государства, которым он руководит. Главная названная президентом цель — модернизация — уже тогда означала обновление власти. В этом году он пошел на еще более смелый шаг, возобновив почти забытую в России дискуссию в защиту демократии. Слушая его, российские политологи в зале, кажется, застыли от ужаса — президент идет на такую непопулярную меру!

Что это вы тут делаете с демократией?

Давно уже трудно вообразить что-либо более несолидное, чем тема «Российская демократия». К ней обращаются в двух регистрах — нападок и оправдания. Демократии либо «нет», целиком и сразу, либо «она все же есть!» — и, установив свое, критик заодно с апологетом переходит к другим вопросам.

Демократия выпала из основного поля дебатов, прочно заняв поле жалоб и требований. Когда это было? Как ни странно, тогда же, когда термин «демократы» окончательно закрепился за перечнем имен, всеми более или менее однозначно представляемым. Было это примерно во времена первой Думы (1994–1995).

Интересно, при этом едва ли мы заметим снижение упоминаемости термина. О демократии говорят много, но не как о чем-то практическом. Зато практику внедрения демократических институтов (либо противодействие ей) ведут в молчании, избегая обсуждать «модель», «концепцию» и иные, вдруг ставшие смешными вещи. Например, законы о референдуме и об общественных организациях, абсолютно принципиальные для любой демократической стратегии, принимаются не замеченными страной, почти случайно. Такими же незамеченными они через несколько лет захлебнутся в ограничительных поправках.

А не замеченный теорией демократии момент истины — отсутствие реальных кандидатов у партий на президентских выборах 1999/2000 года? Главные претенденты — Путин, Примаков и Лужков — возглавляют неясные аппаратно-общественные коалиции, к которым партии выстраиваются в хвост. Последовавший с 2000 года решительный разворот к партизации политики также полузамечен — «демократы» ушли в дальний окоп, где вели бои против новой версии гимна России («За Глинку!» — название полного страсти демократического сборника эпохи). Останки смысла поглотила пучина, ревущая: «Вы за Путина или против?»

О травматичности прошлого опыта

Проект и процесс возникновения Европейского союза никогда не теряет из виду исторического обоснования — травматического опыта ХХ века, откуда извлекают политические табу на политику силы, на повтор схватки национализмов. Но для России аналогичное обоснование игнорируют, хотя ее политика не менее исторически мотивированна.

Нельзя понять российскую демократию, не проанализировав поле ее скрытых исторических травм, к которым относится и самый момент ее возникновения — 1990–1991 годы. Что является российским «никогда больше» и аналогично ли оно европейскому? Уже при рождении России возникли травмы, далее неосознанными запретами проникшие в ее государственное мышление. Например, та, что в