Гладкая цифра

Культура
Москва, 11.10.2010
«Эксперт» №40 (724)
В Музее современного искусства Академии художеств открылась выставка Константина Худякова, чья цифровая изобразительность претендует на то, чтобы стать новым языком для описания современной реальности

Направление, которое представляет и, можно сказать, составляет художник Константин Худяков, называют по-разному: и «глубоким дигитализмом», и «дигитальным натурализмом», что по сути одно и то же, потому что главное в этом искусстве — принадлежность к цифровым технологиям. Ультрахромная печать на огромных холстах, экраны с интерактивными картинами, которые реагируют на прикосновение. Что же касается образов, которые эти печать и экраны воспроизводят, то тут всего понемногу: что-то от Дали, что-то от Мэтью Барни — одним словом, фантазмы, возросшие на разных культурных почвах или, скорее, взращенные на разных культурных отсылках методом цифровой гидропоники.

Масштаб полотен и концентрация образов претендуют на что-то глобальное вроде сотворения нового визуального космоса современного человека. В космосе этом персонажи священной истории толпятся на одном пятачке с политиками и психоделическими видениями, легко обмениваясь частями тел и чертами лиц, накладываясь друг на друга, как цифровые изображения в photoshop. По крайней мере, так можно понять одно из центральных произведений — гигантскую инсталляцию из двух десятков холстов под названием «Деисис», то есть «Предстояние». С традиционным деисусным чином «Деисис» Худякова имеет мало общего, хотя и собирается вокруг Иисуса Христа. Среди предстоящих же, кроме Богоматери и святых апостолов, совсем неожиданные персонажи вроде Гиппократа, Заратустры, царицы Савской, Александра Македонского и Николая II. Каждый лик — результат наложения друг на друга тысяч снимков разных моделей, обработанный аэрографом и покрытый специальным лаком. От ликов этих ощущение престранное: будто бы маски, но с гипертрофированными физиологическими приметами — рисунком сиреневатых сосудов, бликующей испариной, каплями крови, бороздами морщин, слезинками. Но главное — вперенный в пространство тяжелый, прозревающий нечто запредельное взгляд. Все это разношерстное и словно загипнотизированное собрание напоминает глазуновскую «Мистерию ХХ века», только вышедшую за пределы означенного столетия и составом персонажей, и, самое главное, технологически.

Рядом серия «Основной инстинкт» — дигитальная эротика. Дальше — голографические изображения ангелов, на которых ангельская плоть прорастает не только крыльями, но и жалами, и разными фрагментами, позаимствованными у членистоногих, равно как и из словаря сюрреалистической живописи. Здесь есть и вместилище этих фантастических видений — «Череп нового Адама». Нового — в смысле принадлежащего вседигитальной, панцифровой эре. Этот страшный череп, словно вывязанный из жесткого кружева, с торчащими в стороны острыми отростками, несколько напоминает результат применения модификатора lattice, входящего в стандартную поставку 3ds Max и превращающего что угодно в четко структурированную плетенку. Впрочем, какими жуткими ни казались бы отростки на черепе, как ни задевали бы восприятие другие биоцифровые трансформации, а все-таки образы эти не столь уж страшны. Точнее так: в их тщательно продуманной

У партнеров

    «Эксперт»
    №40 (724) 11 октября 2010
    Мировые финансы
    Содержание:
    Где слабое звено

    Финансовая система и банки остаются уязвимым местом глобальной экономики. Попытки властей ужесточить регулирование могут принести пользу в долгосрочной перспективе. Пока же риски в финансовой системе лишь накапливаются

    Международный бизнес
    Экономика и финансы
    Реклама