Самоубийц на Севере нет

Политика
«Эксперт» №46 (730) 22 ноября 2010
Самоубийц на Севере нет

Профессор сеульского университета Кукмин Андрей Ланьков решил стать историком в шесть лет, сразу после того, как расстался с мечтой о карьере бульдозериста. Сегодня он один из самых авторитетных в мире специалистов по КНДР, к нему прислушиваются в Пекине, Сеуле, Москве и Вашингтоне. В интервью «Эксперту» Андрей Ланьков рассказал о том, что сегодня происходит в Северной Корее и к чему стоит готовиться в ближайшие годы.

Третий Ким

В последнее время много говорят о том, кто станет преемником Ким Чен Ира. Что можно сказать о потенциальном наследнике Ким Чен Ыне?

— Мы не знаем о нем ничего. Скорее всего, его назначили именно потому, что он молодой, и «старая гвардия» решила, что сможет управлять страной, используя его как ширму. А потом отформатировать его по своему лекалу. Их идеал — возвращение обратно во времена Ким Ир Сена, в 1984 год. Они боятся, что результатом реформ будет не китайский вариант, а восточногерманский или даже румынский.

Есть ли в северокорейской элите реформистское крыло?

— Нет, потенциальных самоубийц там нет. Им и так хорошо в своих резиденциях, риск реформ слишком велик, и это не паранойя, а реальная оценка ситуации.

Вы уверены, что именно Ким Чен Ын станет следующим лидером?

— Стопроцентной уверенности нет. Я был уверен, что имя преемника будет произнесено намного раньше, по уму, нужно было назначать наследника еще десять лет назад. Важно и то, что пока нигде не видно портретов Ким Чен Ына. Если к концу следующего лета мы не увидим его портретов, висящих в каждом официальном учреждении, это значит, что его выдвижение либо отменено, либо задержано, либо вообще не планировалось.

У Ким Чен Ира есть еще один, «либеральный» сын, живущий в Макао Ким Чон Нам. Может ли он, хотя бы теоретически, стать «корейским Горбачевым» с опорой на Китай?

— Именно потому, что его активно поддерживают китайцы, шансов на победу во внутренней борьбе у него нет. У него есть теоретическая возможность лишь стать руководителем марионеточного прокитайского режима, если таковой там когда-нибудь возникнет, что возможно, но не очень вероятно. Для корейского генералитета и партийной верхушки он неприемлем из-за своей слишком тесной связи с Китаем. Отношение к Китаю в КНДР двоякое: с одной стороны, Китай — главный донор Кореи, с другой стороны, режим относится к Пекину с подозрением. Китаю нужна разделенная Корея, он заинтересован в сохранении КНДР как отдельного государства, но ему совсем не нужно, чтобы в КНДР правила именно семья Кимов. Северокорейцы боятся, что китайцы могут вмешаться и привести к власти те силы, которые они, китайцы, считают более рациональными и выгодными.

А есть ли такие силы?

— Мы этого просто не знаем. Но в 1956 году было выступление прокитайских и просоветских групп, которые неудачно пытались отстранить Ким Ир Сена от власти, и об этом в КНДР помнят очень хорошо.

Оно утонуло

Весной этого года было потоплено южнокорейское судно «Чхонан». Кто сделал это и почему? Как вы относитесь к выводам российских экспертов, которые не