О широкой дискуссии

Разное
«Эксперт» №6 (740) 14 февраля 2011
О широкой дискуссии

Общественность так разволновалась по поводу проекта образовательного стандарта для старшей школы, что даже начала что-то делать: писать открытые письма высокому начальству, собирать под ними тысячи подписей — и начальство среагировало. Премьер-министр Путин назвал стандарт «эксцессом исполнителя», поручил провести широкое обсуждение этого стандарта и экспериментальную его апробацию. Министр Фурсенко обещал — и выполняет. Он даже заявил в Думе, что не исключает возможности проведения нового конкурса на разработку стандарта для старших классов, хотя и считает это маловероятным. А почему Фурсенко считает единственный разумный выход маловероятным? Потому что уверен: авторы стандарта дискуссию выиграют.

Для такой уверенности у министра есть основания: авторы повели спор умно. Они не защищаются, а атакуют. Мы, говорят авторы, собрав лучшие научные и педагогические силы, выкатили проект гениальный, но — как раз в силу его глубины и гениальности — недостаточно внятно написанный. Вы, нападающие на проект, просто не сумели его правильно прочесть. Мы и разговариваем-то с вами только из снисхождения к вашей непонятливости. Конечно, кое-где мы, поблагодарив вас за критику, перепишем отдельные фразы, но принципиально менять нам нечего. На одном круглом столе ведущая так и сформулировала тему: «Дискуссия о неоднозначности трактовок этого документа». Львиная доля апологий сводится к обличению общего ужаса, что в старшей школе обязательными будут только ОБЖ, физкультура и «Россия в мире», как ужаса надуманного. Все — от Фурсенко до уборщиц Минобра — неустанно твердят: «Да прочтите же внимательно! Там не 3–4, а 10–11 обязательных предметов!»

И это ложь. На знаменитой странице 56 проекта написано не очень умело, но вполне разборчиво: школьники будут обязаны изучать 10–11 предметов — да, но разных для каждого ученика. Обязательными же — то есть такими, которые должны изучать все, — будут именно эти три: физ-ра, ОБЖ и новодел про Россию, про который пока и сказать нечего, поскольку его на свете нет. Смысл стандарта заключается в прямом заявлении, что наша школа, не одно столетие худо-бедно справлявшаяся с обучением детей кругу элементарных знаний, более с такой задачей не справляется — и справляться не должна. Пусть-де каждый выберет от этого круга симпатичную ему часть — и никогда не узнает о существовании прочих частей.

Авторы стандарта клеймят своих оппонентов «предметными лоббистами»: мол, боитесь, что ваша литература (физика, химия) никому не понадобится, вас никто не выберет, — вот и поносите вариативность! Позвольте. А разве тот, кто пробил чуть не по всей длине школы — от первого до последнего класса — по два часа в неделю на курс ОБЖ, куда просто не набрать столько разумного материала, тот — не лоббист? Тот, кто готов заставить всех школьников страны изучать предмет «Россия в мире», который изобретатель и сам-то ещё не вполне придумал, — не лоббист? Так почему же учителям биологии нельзя?

Вариативность, провозглашаемая проектом, фиктивна. Зададим простой воп