Феллини и духи

Культура
Москва, 21.02.2011
«Эксперт» №7 (741)
В Московском доме фотографии открывается выставка «Феллини. Гранд-парад». Она расширяет пространство образов, населяющих фильмы великого режиссера

Фото: © Droits Reserves

Как бы неразрывно имя Феллини ни было связано с кино, надо признать, что сам он прежде всего феномен изобразительной культуры. Не потому, что много рисовал и даже в молодости зарабатывал шаржами, а потому, что его фильмы всходили как на дрожжах, прежде всего на зрительных образах, а не на сюжетной интриге. Этой мыслью, по-видимому, и руководствовались авторы выставки (куратор — Сэм Стурдзе), сделавшие участниками «гранд-парада» не только снимки, связанные с работой над фильмами, не только портреты Феллини и Джульетты Мазины, не только рисунки режиссера, но и газеты, журналы, рекламу, афиши. Это — фрагменты состоящего из лиц, фигур и всякой всячины пространства, в котором рождались и Кабирия, и распоясавшиеся духи — опекуны Джульетты.

Образы и мистификации

Принято считать, что образы Феллини, особенно гротескные вроде проститутки Градиски или придурковатых учителей гимназии из «Амаркорда», выросли из его детских воспоминаний. На самом деле это не так, и Феллини об этом прямо говорит в книге «Делать фильм»: «Со дня своего рождения и до момента, когда я впервые попал в Чинечитта, за меня жил кто-то другой — человек, который лишь изредка, причем тогда, когда я меньше всего этого ожидал, одаривал меня какими-то обрывками своих воспоминаний. И потому я должен признаться, что в моих фильмах-воспоминаниях воспоминания от начала и до конца выдуманы. Впрочем, что от этого меняется?»

Ничего не меняется и от слов, в которых он по просьбе интервьюеров пытался описать смысл какого-нибудь из своих фильмов, его философскую идею и импульс, заставивший его взяться за съемки. Недаром об этом он старался не говорить, потому как, что ни скажи, все получается не совсем правда. Да, фильм может возникнуть из мимолетного впечатления — из зрелища римлянки, идущей по виа Венето в модном платье, делающей ее похожей на какой-то овощ. А может — и из истории. «Ночи Кабирии» родились из сюжета, который режиссера попросил сочинить Роберто Росселлини для Анны Маньяни. Сейчас, конечно, трудно представить, что Маньяни могла бы ходить в убогой пелеринке из куриных перьев и смотреть вокруг глазами испуганного щенка. Впрочем, актриса-то сразу поняла, что история наивной, трогательной проститутки не для нее. Феллини в «Делать фильм» описывает сцену, как он рассказывает про образ Кабирии Маньяни, а та погружена в свои переживания, хмурится своим собственным мыслям, с трудом подавляет зевоту; и пока читаешь, возникает ощущение, что смотришь фильм под рабочим названием «Маньяни скучно». И так постоянно: что бы он ни описывал словами, у слушающего или читающего в голове тут же начинают мелькать картинки. От этого чувствуешь себя кем-то вроде странного мальчика из Гамбеттолы, о котором Феллини рассказывает там же: «Этот ребенок уверял, что однажды он сам видел, как два больших темных серебряных шара отделились от колокольни, когда часы на башне пробили два…» Это, конечно, и про самого Феллини, для него, кажется, не было такой вещи, которую он не мог бы превратить в зрительный образ.

Янки в

У партнеров

    «Эксперт»
    №7 (741) 21 февраля 2011
    Инфляция
    Содержание:
    Не навреди!

    ЦБ стоит смириться с инфляцией в 7–9% годовых и не форсировать меры по ужесточению денежно-кредитной политики. Более жесткие цели по инфляции могут затормозить и без того не слишком резвое восстановление внутреннего спроса

    Экономика и финансы
    На улице Правды
    Реклама