Заверить у Клио

Наука и технологии
«Эксперт» №11 (745) 21 марта 2011
Западной Европе фантастически повезло с историей. Именно это везение позволило ей безнаказанно поддерживать политическое и культурное многообразие на протяжении длительного времени, считает историк член-корреспондент РАН Павел Уваров
Заверить у Клио

Когда человечество начало осмысленно изучать и фиксировать свою историю, она стала интересна рядовым людям как сборник анекдотов о великих событиях и людях прошлого и в то же время оказалась объектом пристального внимания властей предержащих, которые видели в ней инструмент своего самоутверждения в памяти потомков. Известно, что уже Иван Грозный правил рукописи, чтобы не допускать крамолы в описаниях своего правления.

В ХХ веке историческая наука претерпела революционные изменения. Некоторые исторические школы, особенно марксистские и прежде всего в Советском Союзе, предъявили претензии на знание все объясняющих исторических законов. История стала инструментом предсказания будущего. Во Франции же возникла так называемая школа «Анналов» (по названию журнала «Annales d'histoire économique et sociale»), адепты которой, как пишут в энциклопедиях, «стремились заменить классическую “историю-повествование” “тотальной” историей, то есть историей, описывающей все существующие в обществе связи». Школа «Анналов» обращается к иному, нежели прежде, объекту изучения и ставит в центр не деятельность великих людей, не описание событий, в первую очередь политических, а исследование всего общества в его целостности в течение больших временных отрезков. Поскольку «писаная» история охватывает лишь небольшую часть общества, историки этой школы для комплексного, синтезирующего описания стали привлекать данные археологии, истории техники, языка, хозяйственные документы. Самыми известными представителями этой школы стали Фернан Бродель, Люсьен Февр и Марк Блок. Беседу с директором Российско-французского центра исторической антропологии им. Марка Блока РГГУ, членом-корреспондентом РАН, руководителем отдела истории западноевропейского Средневековья и раннего Нового времени Института всеобщей истории РАН Павлом Уваровым мы начали с вопроса о том, что такое школа «Анналов» и какое влияние она оказала на советскую и российскую историческую науку.

— Уместнее говорить о движении «Анналов». Термин «школа» предполагает значительное тематическое и методологическое единство. То, что у нас бытует миф о единой школе «Анналов», приводит к недоразумениям. Кто-то уверен, что «Анналы» — это «история большой длительности» Фернана Броделя, кто-то — что это историческая антропология или история ментальностей в стиле Жака Ле Гоффа. Одни, ссылаясь на «Анналы», говорят, что история человека во всей его целостности должна лежать в основе любого исторического исследования, другие — что человек вообще должен быть окончательно элиминирован из истории. И все будут правы. Прежде всего, регулярная публикация на страницах журнала и даже членство в редколлегии вовсе не означали единства мнений. Существенные разногласия и стилистические различия бросаются в глаза уже в творчестве отцов-основателей журнала «Анналы» — Люсьена Февра и Марка Блока, не говоря уже о более поздних периодах. Кроме того, по меньшей мере четыре поколения школы «Анналов», сменяя друг друга, существенно меняли методологический инс