Минус «Букер»

Культура
Москва, 11.04.2011
«Эксперт» №14 (748)
Бурная жизнь множества российских литературных наград побуждает в начале нового премиального сезона задаться вопросом, кому и зачем нужны литпремии

Фото: ИТАР-ТАСС

Сколько в России литературных премий — двадцать, тридцать? Если верить Справочнику Российской государственной библиотеки — больше трех сотен. Среди них такие занятные, как премия памяти Анны Ахматовой, учрежденная совместно Федеральным центром службы исполнения наказаний и лютеранской церковью, вручаемая за лучшее выражение «идеи христианской духовности» в произведениях осужденных и служащих исправительно-трудовых заведений. Или питерская «Правда — в море», присуждаемая за рассказы и стихи, «ярко отражающие духовный мир моряка» и «прививающие любовь к морю и военно-морской службе».

Большинство премий, однако, подобного экзотического привкуса лишены. В основном они функционируют как элементарные механизмы по перекачке государственных, муниципальных или частно-спонсорских денег в карманы дружественных либо идейно близких писателей. Кстати, взгляд на премию как на филантропическую институцию, своего рода литературный собес, оказался популярен и за пределами литературного сообщества: известно, например, что Алла Демидова, оказавшись однажды в премиальном жюри, активно расспрашивала литературных знакомых, кто из претендентов нуждается больше прочих, дабы голосовать за самого бедного.

По-человечески подобный подход понятен — писательский труд тяжел и оплачивается скудно. Плохо лишь то, что все это называется премиальным процессом, не имея к нему, в сущности, никакого отношения. И дело здесь не в количестве премий как таковом — во Франции их три с лишним тысячи, в англоязычном мире еще больше — и даже не в самом по себе взгляде на премию как на банальную раздаточную. В конце концов, большинство западных литературных премий, по словам критика Николая Александрова, «тоже носят грантовый характер, их цель — поддержка молодых дарований и тех авторов, чьи произведения, проигрывая борьбу за читателя, обладают тем не менее, на взгляд экспертов, немалыми эстетическими достоинствами».

Беда отечественного премиального процесса в его бессистемности: премии внезапно учреждаются и так же внезапно исчезают; у них, как правило, нет ни внятной цели, ни осмысленной процедуры. Случайные люди организуют премии и приглашают других случайных людей в жюри, чтобы те наградили третьих — еще более случайных. Разумеется, ни о каких критериях отбора победителей в таких случаях речь не идет — если не считать таковыми округлые фразы про «следование классическим традициям», «глубокое проникновение в жизнь человека труда» или попросту про «благо отечества». И уж в последнюю очередь участников цепочки заботят эстетические соображения.

Это, понятно, касается явлений заведомо маргинальных, происходящих на дальней периферии литературной жизни. Информация о таких премиях редко просачивается в прессу, а если просачивается, то попадает в раздел «курьезы». Если же сосредоточиться на процессах более значимых и заметных, на тех премиях, к которым принято относиться всерьез, то станет ясно, что основным препятствием для развития премиальной системы в России является слабость экспертного сообще

У партнеров

    «Эксперт»
    №14 (748) 11 апреля 2011
    Уровень жизни
    Содержание:
    Жить стало лучше. Но не веселее

    Как изменился уровень жизни россиян по сравнению с предреформенным? Если он вырос, то у всех, или часть населения живет беднее, чем в позднесоветской России?

    Международный бизнес
    На улице Правды
    Реклама