Человек, спасший город

Общество
«Эксперт» №24 (758) 20 июня 2011
Кому Переславль-Залесский обязан промышленным бумом
Человек, спасший город

Был трудный бой. Все нынче, как спросонку,
И
только не могу себе простить:
Из
тысяч лиц узнал бы я мальчонку,
А
как зовут, забыл его спросить.

А. Т. Твардовский

В начале 2000-х я работал в крупной (по тем временам) компании в должности заместителя гендиректора по инвестициям. Целыми днями я мотался по верхневолжским губерниям, разыскивая подходящие для покупки заводы. Чем в большей разрухе пребывала промышленность в том или ином городе, тем охотнее ее пытались продать. Вскоре я почувствовал себя инопланетянином, оказавшимся на Земле после катастрофы, погубившей динозавров: повсюду агонизирующие индустриальные гиганты, почти ощутимый физически запах разрухи, скелеты пустых цехов и мелкие бизнесмены-стервятники, подъедающие трупы юридических лиц. Почти все предприятия лежали на боку, директора в панике сбывали остатки ликвидного имущества за наличку.

Помещения по несколько лет не отапливались, зимой снег с крыш никто не счищал, поэтому везде была одна и та же картина: потолок упал на пол, сквозь щели перекрытий видно небо, подвалы растрескались от многократно замерзавшей и оттаивавшей воды. Двери и окна раскурочены, все стеклянное и пластиковое разбито, разорванные замерзшей водой радиаторы, как и все металлическое, срезаны и проданы. Цеха уже невозможно было восстановить, их легче было построить заново. Оставшийся персонал, слонявшийся по коридорам в ожидании безнадежно задержанной зарплаты, походил на зомби.

Помню, приехав на одно рыбинское предприятие, я вдруг почувствовал давно забытую атмосферу деятельной радости. По территории деловито и весело шли рабочие, сновали погрузчик и пара грузовиков. При ближайшем рассмотрении оказалось, что я случайно попал на «праздник урожая» — на заводе сдирали на цветмет алюминиевую облицовку со стен и потолков.

В этом плане город Переславль-Залесский (45 тысяч жителей) в Ярославской области ничем не отличался от остальных промышленных райцентров. Работы нет, денег нет, градообразующее предприятие — завод по производству кино- и фотопленки — стоял без работы и приближался к неминуемому банкротству. Увидев его, я удивился, что здания удалось сохранить. 340 тысяч квадратных метров сияли чистотой; окна и двери всех помещений были заварены металлическими решетками, чтобы вандалы не проникали внутрь. Я спросил сопровождавшего меня заводского инженера, почему предприятие не развалилось в физическом смысле (характерная примета времени, когда удивление вызывает не разруха, а ее отсутствие). Он ответил, что перед окончательным запустением успели слить воду из системы отопления, а затем все последующие долгие безденежные годы счищали снег с крыш и никого не пускали внутрь пустых цехов и кабинетов.

«Кто все это делал?» — спросил я. В ответ: «Мы». Местоимение множественного числа, к тому же произнесенное на пустом заводе, ничего не объяснило. «Кто именно?» — «Я». Тут инженер посмотрел в мои круглые от изумления глаза и, видимо, понял, что ему придется изложить некоторые подробности. На эту часть разговора он выделил пару мину