Сказ и про нас

Русский бизнес
«Эксперт» №24 (758) 20 июня 2011
Несмотря на высокую стоимость биотоплива, его производство в мире быстро растет. И хотя выпускать его в России смысла нет, новое направление в бизнесе на стыке химпрома, нефтепереработки и сельского хозяйства создает для россиян множество новых возможностей
Сказ и про нас

О производстве жидкого биотоплива, которое в развитых странах считается заменой нефтепродуктов, способной частично удовлетворить потребности транспорта, мы писали четыре года назад. Результат исследования (см. «Спирт бензину не товарищ», «Эксперт» № 41 за 2007 год) надолго предопределил наше скептическое отношения к этой теме. Себестоимость конверсии сельхозсырья, выращенного за пределами тропиков, как выяснилось, слишком высока, а производство может развиваться лишь благодаря господдержке. Поскольку ресурсы биомассы весьма ограниченны, она не может претендовать более чем на 10–15% мирового энергобаланса. Наконец, изначально появились опасения, что выход на большие масштабы производства приведет к ряду негативных социальных и даже экологических последствий. В их числе и так называемый обратный эффект — рост стоимости биоресурсов. Так и вышло: биотопливную индустрию теперь называют одной из причин резкого скачка цен на продукцию растениеводства и сокращения продовольственной помощи, больно ударившего по беднейшим странам. И хотя нефтяные цены уже беспрецедентно долго находятся на пиковых значениях, биотопливо по-прежнему существенно дороже.

Тем не менее провала на этом рынке не случилось, а радужные прогнозы взрывного роста биотопливной индустрии полностью оправдались. Причем развитие одного из ее основных сегментов имеет прямое отношение к России.

Законов порождение

Основными видами биотоплива, если не принимать в расчет примитивные формы вроде дров и прессованной древесной стружки, являются биоэтанол (это хорошо знакомый нам этиловый спирт из растительных крахмалов или сахаров) и биодизель (производится из растительных и животных жиров с добавлением метила). Оба продукта используются в основном на нужды транспорта, они широко коммерциализированы. Если в 1970-е производимый из биологического сырья этанол использовался в основном для промышленных целей и изготовления алкоголя, то теперь почти 90% его количества используется как энергоноситель. Мировое производство «зеленых» энергетиков за десятилетие выросло почти на порядок и теперь составляет около 90 млн тонн (см. график 1).

Новый рынок первой открыла Бразилия: этанол, изготавливаемый из сахарного тростника, стал замещать дефицитное нефтяное топливо еще в 1970-е. Причем произошло это на вполне конкурентной основе, благо в теплом климате растения хорошо аккумулируют энергию. В последние годы пальму лидерства перехватили США, где благодаря огромным субсидиям рвануло вверх производство биоэтанола из кукурузы. Оба этих крупных рынка для России, очевидно, интереса не представляют.

Импорт биоэтанола в Европу закрыт пошлинами, да и вообще, экономику этого бизнеса у нас напрочь убивает наше законодательство, согласно которому выпуск спирта любого назначения облагается огромным «водочным» акцизом. Отечественные чиновники убеждены, что в России пьют все, даже самый вредный технический продукт, и никаких перемен в их позиции не предвидится.

Иное дело третий по значению и самый интересный для нас кусок рын