Зачем Лепаж танцует

Культура
Москва, 25.07.2011
«Эксперт» №29 (763)
Программа завершившегося в столице Международного театрального фестиваля имени А. П. Чехова в очередной раз доказала, что все самое интересное сегодня в театре рождается на стыке жанров. Однако московская публика все еще к этому не привыкла

Фото: Архив пресс-службы

Любой крупный европейский фестиваль отличает наличие собственных премьер и копродукций. В этом смысле Чеховфест год из года держит планку. Программа открылась спектаклем «Буря», созданным англичанином Декланом Доннелланом с российскими артистами и уже гастролировавшим в Париже и Лондоне, а завершилась двумя премьерами. Владимир Панков представил свой американо-русский проект «Город.Ок»: соединив «Историю Нью-Йорка» Вашингтона Ирвинга с «Историей одного города» Салтыкова-Щедрина, он свел вместе актеров своей «СаунДрамы» и американских выпускников Школы-студии МХАТ, образовавших свою «Шестую студию».

Слева — ярко-зеленый газон, по которому расхаживают господа в сюртуках и цилиндрах. Справа — смачно чавкающая грязь, в которой вязнет племя щедринских куроедов и головотяпов. Между ними — ров с водой, по которому плывет груженный американскими переселенцами плот, после ловко превращающийся в пианино. Словом, декорации Максима Обрезкова сделаны точно в соответствии с песней: «Что Сибирь, что Аляска — два берега…». Только вот когда приходит время трапезы, на левом берегу семеро ньюйоркцев чинно садятся за стол и поднимают бокалы, а на правом — плюхаются на землю и выхватывают руками куски из жестяных мисок.

Косматый щедринский летописец (Андрей Самойлов) начинает рассказ, как бы давая истории обратный ход, начиная с финальной апокалиптической строчки: «Оно пришло. История прекратила течение свое». После этого копошащиеся в грязи мужики и бабы кажутся давно умершими призраками, под аккомпанемент гармошки и контрабаса изображающими ту пору, когда они еще были людьми. Американцы, играющие первых поселенцев Нью-Йорка, потусторонних примет не имеют, беседуют на британском английском и весело машут правому берегу. Глуповцы сперва вполне дружелюбно учат их произносить слово «головотяпы», потом предупреждают: случись чего, всех головами перетяпаем. И точно: стоит только доверчивым «янки» ступить на правый берег, дело кончается общим «мочиловом».

Как всегда в спектаклях «СаунДрамы», драйв и музыка все же преобладают над содержанием. К тому же роман Ирвинга в каком-то смысле антипод повести Щедрина. Высмеивая выверты американской истории, Ирвинг все же отдает ей дань уважения, чего никак не скажешь про беспощадную и беспросветную историю города Глупова. И эта беспросветность, конечно, берет верх.

К середине спектакля, почти забросив сюжет Ирвинга, Панков углубляется в Щедрина. И тут, надо сказать, у него получается несколько незабываемых сцен, когда жутковатое глуповское месиво, извиваясь, порождает все новых болотных упырей: то градоначальника Фердыщенко (остроумный Павел Акимкин), охмуряющего и почти пожирающего чужую жену (Алиса Эстрина); то звонкоголосых баб, тягающих на погост очередного покойника. Американцам же достается эффектная женская драка, в которой раздевшиеся до трико Карен Тарараче, Николь Контолефа и Лия Лофтин изображают зарвавшихся глуповских градоначальниц. И еще смешной эпизод, когда строгая дама в цилиндре (снова Лия Лофтин) устраивает перекл

У партнеров

    «Эксперт»
    №29 (763) 25 июля 2011
    Медиаскандал
    Содержание:
    Империя под ударом

    Медийный скандал в Британии ставит вопросы об отношениях СМИ, политики и общества, причем не только на Британских островах, но и за их пределами

    Международный бизнес
    Экономика и финансы
    На улице Правды
    Реклама