Последняя печать Чаянова

Земля
«Эксперт» №30-31 (764) 1 августа 2011
Изучая российское крестьянское хозяйство, Александр Чаянов поднял пласты не только экономических, но и этических основ организации аграрного сектора. И поплатился за это жизнью
Последняя печать Чаянова

Александр Васильевич Чаянов (1888–1937) в своих исследованиях организационных форм сельского хозяйства России не опирался ни на какие теории. Он просто скрупулезно изучал статистику, сам создавал аналитическую базу, проводя опросы хозяйств. А самое главное — смотрел на происходящее в стране не с высот макроэкономики, а с точки зрения запросов и устоев крестьян, составлявших в то время большинство населения России.

Это позволило ему прийти к выводам одновременно и очевидным (если дать себе труд непредвзято прочитать его работы, следуя логике их доказательной базы), и неожиданным. Так, мы привыкли думать, что крестьянское хозяйство уже в начале XX века, когда Чаянов проводил свои исследования, представляло собой архаичную форму организации сельского хозяйства. А значит, в любом случае его существование препятствовало бы модернизации России и его надо было бы реформировать — конечно, не столь кровавыми способами, как большевики. Чаянов же показал, что крестьянское хозяйство устроено по-своему разумно и устойчиво, отвечая нуждам и интересам его организаторов — самих крестьян. И опираясь на эту устойчивость, а не ломая ее, поддерживая самоорганизацию крестьянства в кооперативы, можно прийти к устойчивому и эффективному социально-экономическому укладу на уровне народного хозяйства в целом.

Впрочем, со времени открытий Чаянова прошел почти век. О том, может ли что-то из сделанного им стать уроком для нашего времени, «Эксперту» рассказал Теодор Шанин, президент Московской высшей школы социальных и экономических наук. В годы перестройки, приехав из Англии, где занимался социологией крестьянства, именно он открыл Чаянова тогда еще советской публике. Опираясь на научное наследие Чаянова, Теодор Шанин проводил исследования постсоветского крестьянства в России.

Что, по вашему мнению, самое важное в наследии Александра Чаянова? Что он внес в осмысление развития сельского хозяйства России?

— В самом начале советского периода он дал альтернативную большевистской картину аграрного сектора страны. И богатую картину — не какие-то случайные заметки. Что было, во-первых, необыкновенно интересно, а во-вторых, очень опасно для него. В то время это были не игрушки. Принципиальным было его приятие логики кооперативного развития, то есть негосударственной организации сельского хозяйства. Кооперативное движение было не ново для западного мира, где оно на определенном этапе приобрело значительные масштабы. А в России, когда Чаянов начал писать на эту тему, то есть в начале двадцатого века, кооперативное движение было уже, между прочим, самым мощным в Европе. Конечно, Чаянов был необыкновенно одаренным и преданным своим идеалам человеком. Но надо понимать: к результатам, которые сейчас воспринимаются как его специфический вклад в изучение аграрного сектора, он пришел благодаря тому, что очень многие люди тогда были частью кооперативного движения, воспринимали его как само собой разумеющееся. Чаянов стремился доказать, что это движение надо поддерживать, сделать его основой