Народ за Виктора Ремшу

• Константин Илющенко

Владелец инвестиционного холдинга «Финам», лидера среди российских инвесткомпаний по объему торгов на ММВБ (257 млрд рублей в июле 2011 года) и количеству активных клиентов, Виктор Ремша редко дает интервью, не любит фотографироваться и рассказывает о себе довольно сдержанно. На вопрос, как удалось за полтора десятка лет создать холдинг, в активах которого финансовые, медийные и интернет-компании, Виктор отвечает, что ему повезло. Везение, возможно, заключается в удачном инвестировании в IT-компании — прибыль от их деятельности или перепродажи существенно превзошла стартовые вложения. Но суть этого везения — талант инвестора, менеджера и специалиста по маркетингу, способного на нетривиальные шаги, уникальные предложения для клиентов и ценящего человеческий капитал. Поэтому небольшая компания «Финанс-аналитик» стала инвестиционным холдингом «Финам» с собственными средствами в 3 млрд рублей.

Предтеча Web 2.0

Инвестиционная компания «Финанс-аналитик» возникла в 1994 году. Первый бизнес был информационно-аналитическим: издавался бюллетень «Портфель инвестора» с данными о стоимости ценных бумаг, сведениями об эмитентах и финансовыми новостями. В 1996 году компания начинает заниматься брокерской деятельностью и получает аккредитацию на Российской бирже. В 1998 году Виктор Ремша сделал ставку на предоставление брокерских услуг широкому кругу физических лиц (это направление работы основное и в настоящее время). Тогда же появился сайт Finam.ru (finam — сокращенно от finance analytic Moscow, код компании «Финанс-аналитик» на торгах в «классическом» РТС). Спустя десять лет сайт стал главным информационным ресурсом по биржевой торговле с посещаемостью порядка 120 тыс. человек в день — на зависть конкурентам.

Поначалу с информацией для сайта было не густо, зато клиентам компании выдавался логин и пароль, и они могли скачать ценовую историю стоимости акций для построения графиков. Такого сервиса не было ни у кого. Следующим важным шагом для наполнения ресурса информацией стало решение компании размещать на сайте аналитические материалы других брокеров, то есть конкурентов (практика действует и сегодня). Впрочем, некоторые правообладатели запрещают «Финаму» публиковать свои материалы на сайте, считая, что он на них паразитирует.

Затем пользователи получили возможность размещать на информационном сайте свои и комментировать чужие статьи. Так родилось виртуальное сообщество биржевых игроков. Концепция Web 2.0 (наполнение сайта контентом посетителей) была сформулирована интернетчиками намного позже.

Сайтовое общение, которое процветало и процветает сейчас, — понятие специфическое. Комментарии биржевых игроков напоминают записки лудоманов, готовых круглосуточно спекулировать на бирже, презирая основы рынка ценных бумаг. Возможно, многих это отвратило от фондового рынка (если ты заинтересовался биржевой торговлей, то на сайт Finam.ru попадешь неизбежно), но и российская система раскрытия информации эмитентами в интернете была создана только в 2004 году.

Народу (в кавычках и без) нравится этот ресурс, в том числе и уникальными фишками. Например, на нем можно посмотреть, как идет торговля фьючерсным контрактом на индекс S&P-500, на нефть, а такая информация мало где есть, тем более собранная в одном месте.

Кроме виртуального общения «Финам» когда-то дал возможность биржевым игрокам общаться вживую. «Финанс-аналитик» еще до появления интернет-трейдинга размещался в здании Главпочтамта, где арендовал зал. Там находилось информационное табло с котировками нескольких акций и стояли компьютеры — за ними желающие могли наблюдать за ходом торгов, строить графики цен акций, просматривать ленту новостей информационных агентств. Довольно быстро возник своеобразный инвестиционный клуб, который способствовал формированию образа «Финанс-аналитика» как «народной» компании. На видном месте висели плакат «Фондовый рынок — не школа гуманизма» и шкура медведя.

Сотрудники пребывали в непосредственной близости от клиентов компании, к Виктору Ремше можно было легко обратиться с каким-то вопросом, и он его быстро решал. Такое личное общение с директором компании сохранялось довольно долго.

В 2000 году появился интернет-трейдинг на ММВБ. Пока крупные брокеры раздумывали, внедрять им или нет технологическую новинку, небольшие компании, в том числе и «Финанс-аналитик», предлагали самостоятельно оперативно совершать сделки. В 2003 году «Финанс-аналитик» был переименован в «Финам» в соответствии с названием сайта, который сыграл и продолжает играть огромную роль в бизнесе компании.

Финансовый источник

Сайт Finam.ru, который работал на привлечение клиентов в компанию, дал опыт, понимание интернета, а в 2003 году стало известно о приобретении «Финамом» доли в первой российской системе размещения контекстной рекламы Begun. Около 80% Begun были куплены за 900 тыс. долларов (впоследствии доля была доведена до 100%), и, по некоторым данным, система довольно быстро начала приносить доход учредителям. Однако в 2005 году Ремша продал долю в 25% Rambler Media за 750 тыс. долларов, а в 2007 году еще 25% ему же за 18 млн долларов. В 2008 году Google был готов приобрести Begun полностью за 140 млн долларов, но сделку заблокировала антимонопольная служба.

О доходах Begun можно судить только косвенно: Rambler (публичная компания) в отчете о прибыли за 2007 год указал, что за вторую половину года получил от Begun свою часть прибыли в размере примерно 15 млн долларов. Сегодня «Финам» продолжает владеть пакетом акций Begun, и понятно, что это хорошая инвестиция, которая непрерывно приносит доход.

В те же годы «Финам» несколько раз прибыльно инвестировал в IT-проекты. Например, в 2005 году купил 25-процентную долю издателя компьютерных игр «Бука» за 3 млн долларов. Перепродана она была в несколько раз дороже цены покупки. Примерно тогда же куплена и в 2010 году продана доля в разработчике игр Alawar Entertainment.

В 2006 году «Финам» совершил свою самую известную сделку — за 20 млн долларов приобрел сеть знакомств «Мамба», которой владеет до сих пор. В 2007 году прибыль сети составила 3,4 млн долларов, в 2010-м — около 30 млн долларов (900 млн рублей). Число зарегистрированных посетителей «Мамбы» превышает 10 млн человек, часть тратит деньги, оплачивая некоторые услуги с помощью СМС. Можно сказать, народ полюбил и эту инвестицию Виктора Ремши, а в итоге «Финам» имеет текущие доходы, чтобы не быть слишком зависимым от конъюнктуры на фондовом рынке.

Не как все

Одним из преимуществ «Финама» перед брокерами стало его распространение в регионах. Сегодня, по данным компании, она присутствует в 102 городах. Партнеры, независимые от «Финама» бизнесмены, работают под брендом московской компании на региональном рынке, получая от 50% брокерской комиссии и платы за кредитные «плечи» и «шорты». В этой схеме нет никакого know how, но аналогичного размаха достигнуть никому из конкурентов не удалось. И дело, по всей видимости, в людях. И интернет-проектами, и региональным проникновением занимаются уникальные специалисты. В отношении таких людей Виктор Ремша тоже принимает нестандартные решения: так, руководитель пресс-службы Владислав Кочетков стал председателем правления компании. Частные лица, которые удачно торгуют на бирже и имеют хорошую репутацию, принимаются на работу управляющими. В «Финаме» создан департамент по управлению активами, который напоминает фабрику по производству денег. Большая часть торговых стратегий алгоритмизирована, решения принимают компьютерные программы, а торговые роботы совершают сделки на бирже.

Сегодня Ремша воспринимается человеком не как все, ни от кого не зависит и рассматривает правила ведения бизнеса шире остальных. После того как ММВБ стала запрещать брокерским компаниям транслировать ход торгов в режиме реального времени у себя на сайтах, «Финам» поступил следующим образом: вместо акций, которые имеют тикеры LKOH («ЛУКойл») или EESR (РАО «ЕЭС России»), на сайте показывались тикеры iLKOH и iEESR, названные индексами «Финама». Для их расчета брались настоящие биржевые цены, слегка корректировались на уровне третьего или четвертого знака после запятой и сразу отображались на сайте.

Еще одно свойство компании — тяга к экспериментам. Несколько лет назад был создан ПИФ «Финам Народный», где решение о покупке или продаже акций принимали сами пайщики. Объем средств в нем сегодня невелик — около 250 тыс. рублей, фонд в основном используют начинающие инвесторы, которые в общении с такими же пайщиками учатся реальному инвестированию и обсуждают идеи вложения денег. В свою очередь, часть IT-инвестиций «Финам» собрал в закрытый фонд, паи которого торгуются на ММВБ с 2007 года (было проведено IPO фонда). С того времени паи фонда подорожали в пять раз, а пайщикам даже выплачивались дивиденды.

«Финам» создал также собственную систему интернет-трейдинга в дополнение к купленным, а клиенты получили возможность видеть действия управляющих и их повторять. А услуга по программированию торговых роботов и их техническое обслуживание появились в «Финаме» еще до того, как алгоритмическая торговля стала популярной.

Часть новинок приживалась, часть — нет. Часть была уникальным предложением на рынке, часть — нет, но важно, что удачные решения оперативно заимствовались, и это нравилось народу.

С финансовыми властями отношения «Финама» тоже складывались необычно. Например, в 2006 году ЦБ РФ обратился в прокуратуру с просьбой о проведении проверки деятельности ЗАО «Инвестиционная компания “Финам”» на предмет проведения незаконных банковских операций. Речь шла о подразделении «Финама», которое называлось в пресс-релизах дивизионом «инвестиционный банк». В то время это была довольно распространенная практика, когда брокерская компания называла себя инвестбанком, но ЦБ заинтересовался именно «Финамом». Дело, впрочем, к всеобщему удовольствию, закончилось ничем, а через некоторое время банк «Финам» получил официальное название инвестиционный банк «Финам».

Такова история компании «Финам» в коротком изложении. Наш разговор с Виктором Ремшей коснулся трех тем: СМИ, бизнеса в интернете и фондового рынка.

Выборы и иностранный капитал

— Какие настроения сейчас у инвесторов?

— Я бы сравнил текущий момент с серединой девяностых. В 1995 году, после бурного развития и роста, в преддверии выборов президента 1996 года рынок начал стагнировать, курс акций снижался, интерес людей к рынку ослаб. Доминировали политические факторы. Было понятно, что есть Ельцин и Зюганов, но не ясно, что в результате получится.

Я не знаю, в какой мере сегодня объективно такое сравнение, но ощущение преддверия чего-то нового есть. Для фондового рынка и для бизнеса важна определенность, ожидания должны быть позитивными. А в посткризисное время после 2008 года мы видим власть в состоянии выбора пути и высокую амплитуду колебаний от приоритета к приоритету. Люди это чувствуют, видят и поэтому откладывают свои инвестиционные решения на потом, возможно, на 2012 год. И это происходит не только на фондовом рынке: статистика Центрального банка говорит о выводе капитала. Если говорить начистоту, то многие при разговоре об инвестициях в Россию отвечают «давайте подождем» и продолжают выводить деньги за рубеж. Поэтому притока денег на фондовый рынок нет, мы видим преобладание спекуляций, а они не являются определяющими для формирования трендов. Вообще, когда-то мы ожидали более быстрых темпов проникновения рынка ценных бумаг в экономику, чем сейчас имеем по факту. Хотя, если посмотреть в целом на Россию, на все отрасли, то наша — не самая плохая и не самая последняя с точки зрения прогресса. Но могло быть, конечно, лучше. Это что касается внутренних инвестиций.

Если говорить об иностранных деньгах, то они уже давно не очень заметны. Они есть, приходят, уходят, но структура их вложений поменялась. Видно, что теперь западные деньги приходят в Россию через иностранные индексные фонды (ETF) и в силу разнонаправленных потоков не влияют на рынок.

— То есть роль иностранного капитала сейчас меньше, чем была, например, пять лет назад?

— Да, если раньше иностранный капитал приходил в Россию под какие-то инвестиционные идеи, будь то либерализация акций «Газпрома» или реформа электроэнергетики, то сегодня деньги приходят в фонды и размазываются по рынку. В итоге получается, что весь рынок немножко растет или снижается в зависимости от направления денежного потока иностранцев. Фундаментальная проблема российского рынка в отсутствии новых бумаг, в достаточной мере прозрачной отчетности компаний и нормального корпоративного управления. Размещение акций серьезных эмитентов на IPO происходит преимущественно за рубежом, есть недостаток ярких личностей среди менеджеров компаний. Еще проблема — значительная доля государства в экономике, что, вообще-то, искажает рыночную картину, так как государственные компании сильно влияют в тех или иных секторах. Все вместе привело к тому, что фондовый рынок в России на этом этапе менее интересен, чем мог бы быть.

— А в мировой финансовой системе что происходит?

— Проблемы, породившие общемировой кризис, который начался в 2007 году и не завершен по сей день, никуда не исчезли. Финансовый мир по-прежнему лишен четких ориентиров, на смену тем моделям инвестирования, которые существовали долгие годы, новые еще только начинают приходить. Несмотря на то что Америка все еще сильна, зреет понимание, что роль единственного финансового центра она долго играть не сможет — инвесторы ищут альтернативные объекты вложений. Все это периодически порождает панические всплески, похожие на тот, который мы наблюдали в начале августа. Такого рода ситуаций будет еще немало. Но все устаканится со временем, как у нас в народе говорят: «Никогда так не было, чтобы никак не было, как-то оно все равно будет». Рынок ко всему привыкает и все переваривает. Переварит и текущие проблемы.

Концентрация и экспертиза

— Говорят, что «Финам» со временем хочет стать публичной компанией и выйти на IPO.

— Пока нет. Людей всегда интересует, кто с кем спит и за сколько продал свою машину. На самом деле меня в первую очередь волнуют другие проблемы.

— У «Финама» имидж неформальной компании.

— Это потому, что мы живем в основном в IT-среде, где довольно мягкое отношение ко всякого рода условностям.

— У вас есть филиал на Кипре. Некоторые уезжают туда жить и торговать на российском фондовом рынке. Говорят, что дешевле, чем в Москве.

— Приятней — точно.

— У «Финама» есть антинародная штука — Forex. Почему?

— Ситуация такая: я недавно приехал из Америки и Европы, и меня удивило, что негативное отношение к Forex есть только у нас в России. Везде, где я был, существует государственное регулирование фьючерсов, опционов и Forex. Мы в некоторых странах собираемся получать лицензию, и куда бы ты ни пришел, нет такого враждебного отношения, как у нас.

— Да, мы относимся к этому как к жульничеству. Есть и собственный опыт, когда нам маржин-колл устроили искусственно. Это вызывает гнев.

— Так поступать forex-брокеры, конечно, не должны. И для предотвращения этого в других странах есть государственное регулирование. Но для него нужна большая компетенция чиновников, а если ее нет, то ничего хорошего не получится. Я сам изначально к Forex относился настороженно, но в дальнейшем отношение поменялось. Вот почему считается, что биржевой механизм это благо, а внебиржевые инструменты — зло? Кто это решил? Внебиржевой рынок — удобный механизм, который в той или иной степени аккумулирует спекулятивные ожидания больших групп людей, в дальнейшем тем или иным способом влияющих на конъюнктуру рынка. Небольшие forex-брокеры перекрывают торговые позиции своих клиентов в крупных банках и кастодианах. И волны влияния по этой цепочке так или иначе доходят до общего финансового рынка.

Проехав по миру, посмотрев на устоявшиеся форматы работы Forex, я понял, что при правильном подходе это нормально. Пройдет от трех до пяти лет, и вы увидите совершенно другое отношение к этому сегменту. Поэтому, как ритейл-брокеры, мы не можем себе позволить, просто не имеем права находиться вне этого рынка. Если мы не придем на Forex, то через три-пять лет окажемся сзади. А на Forex, кстати, многие вещи более продвинуты, более технологичны, чем те, что есть на биржевом рынке. На Forex издержки ниже, и на сегодняшний момент меньше ограничений для брокера по сравнению с фондовым рынком. Это дает большую свободу для маневра с точки зрения технологий и предлагаемых сервисов. Оттуда многое идет на фондовый рынок, и так будет и дальше. А вообще, чем биржевой рынок деривативов отличается от Forex?

— Много людей пользуется доступом к биржам Германии, который вы предлагаете?

— Безусловно, это точечный спрос. В той же мере это касается и брокерского обслуживания на американских рынках. Мы работаем с розницей, а для частных инвесторов работает правило domestic people — domestic market. То есть люди инвестируют в те компании, которые рядом с ними, так сказать за углом, которые они знают. Я думаю, нам рано говорить о каких-то серьезных амбициях в этом направлении, так как мы только недавно его запустили и понимаем, что все не так просто. Начиная от лицензий и заканчивая техникой и программным обеспечением. Но мы видим неплохие долгосрочные перспективы в предоставлении услуг на международных рынках международному же инвестору.

— У «Финама» есть черта — быть не как все. Все дают доступ на торги в Лондон, а «Финам» в Германию…

— Все компании не похожи друг на друга, у каждой есть свое лицо, сильные и слабые стороны, видение того, что будет дальше. Что касается доступа к торгам в Лондон, то это опять-таки ориентировано в основном на русскоязычных инвесторов и тех, кто интересуется Россией. Для этой категории ADR — удобный способ работать на российском фондовом рынке. Наша специализация — в первую очередь розница в России. Есть категория отечественных инвесторов, у которых капитал находится за пределами России, есть иностранные инвесторы, которые интересуются Россией, но в силу разных причин не могут торговать у нас, а могут совершать операции на LSE. У нас, безусловно, есть такие клиенты, но это не основной наш клиент.

— Говорят, у вас телеканал в Германии свой есть.

— Да, есть. Такой пробный выход на рынок, инвестиция в партнерстве. По сути, мы смотрим на тот рынок, изучаем его возможности. Это направление кажется далеким от основной деятельности «Финама», но, возможно, оно сможет быть полезным нашим интернет-проектам. Существенная часть бизнеса телеканала лежит в области интернета и онлайн-радио.

— Это телеканал для взрослых?

— Нет, музыкальные HD-каналы.

— У вас есть доля в телеканале О2ТВ?

— Нет, это далеко от наших интересов, не совсем наше. В течение года мы выступали маркетмейкерами по акциям О2ТВ на ММВБ, и только.

— У «Финама» есть амбиции стать инвестиционным банком?

— Как мне кажется, на сегодняшний момент эта отрасль терпит серьезные изменения из-за того, что госбанки начали активно участвовать. А количество интересных эмитентов, количество размещений и доступ к лицам, которые принимают решения в эмитентах, ограничены.

С учетом всего этого мы пытаемся сконцентрироваться на интернет-компаниях. Участвовали и будем дальше участвовать в размещении акций и российских, и иностранных IT-компаний как в России, так и за рубежом. Предлагая свое видение, аналитику и прогнозы, «Финам» участвует как консультант, андреррайтер, но вряд ли для больших эмитентов мы можем стать полноценным организатором IPO с обязательствами по размещению акций. Это не наше, и для этого нужны средства.

— А если привлечь средства, например, через выпуск облигаций?

— У инвестиционных банков есть собственная позиция на рынке, они знают, куда привлеченные деньги пристроить под большую доходность. Например, выпустить облигации, а на полученные деньги купить другие облигации с большей доходностью. Многие инвестбанки и кредитные деривативы выпускали, только почему-то это потом плохо заканчивается. Если говорить про компании, подобные Goldman Sachs, то они не утонут в кризис. А брокерская компания утонет. Как только она выпустит свои облигации и купит чужие, эмитенты объявят дефолт. В наших условиях это довольно просто, им за это ничего не будет. Но следующим дефолт объявит брокер.

— «Кит Финанс» вроде откачали.

— Это понятно. Но я вижу много других направлений развития, связанных в первую очередь с комиссионным бизнесом, а не с такого рода инвестиционным. Понятно, что есть большой классический инвестбанковский бизнес. Ему нужно выпустить много облигаций, привлечь много денег, потом прийти, например, в «Газпром» или еще куда-нибудь и сказать: «Давайте я вам IPO проведу, размещу столько-то акций». А если придет «Финам» и предложит размещение, эмитент скажет: «Да ну…» Им это не интересно. Поэтому такого инвестбанковского бизнеса у нас не будет. Большие инвестбанки должны раздувать свой бизнес. У кого он больше, у того больше шансов прийти к кому-то большому и получить некий мандат. Мы в этом направлении не идем да и не можем пойти. Это ведь сколько нам облигаций надо выпустить!

— А приходят инвесторы с мешком денег для того, чтобы вы их вложили?

— Это направление нашей работы нужно разделить на две части. Есть вещи достаточно стандартизированные, которые можно продавать в розницу. Это предполагает меньшие затраты и взвешенные риски. Мы стараемся удлинять линейку таких продуктов.

Что касается индивидуальных форматов, то здесь, еще раз повторю, все-таки мы стараемся специализироваться на IT и интернете. У нас есть закрытый ПИФ «Финам — Информационные технологии». Мы запустили фонд «Финам — Капитальные вложения», он владеет 42 тысячами гектаров земли сельскохозяйственного назначения. Я считаю, что управление активами должно подразумевать компетентность. Мы в этих отраслях имеем опыт, являемся экспертами.

Я хотел бы развеять некоторые заблуждения: все-таки у меня нет людей, которые разбираются во всем. Если кто-то придет и скажет: «Давай купим водокачку», я откажусь. Мы не в состоянии сделать экспертизу водокачки.

Сейчас у нас есть непрофильные активы. Безусловно, из некоторых мы будем выходить при более интересной, чем сейчас, конъюнктуре рынка. Хотя некоторые инвестиции такого рода, например магазин «Чай-кофе» на Мясницкой, нам плечо не тянут.

Концентрация — очень важная штука. Был у меня период, когда мы понемногу инвестировали в стартапы, которые могли бы лежать в одной плоскости с нашими основными бизнес-направлениями. Предполагалось, что новые проекты смогут удачно дополнить или принести нечто новое в существующие направления компании.

— Например?

— В области интернета.

Интернет и СМИ

— Это в том числе покупка платежной системы?

— Платежная система согласно последнему законодательству лежит рядом с банковской деятельностью, и на этом можно строить, развивать комиссионный бизнес банка «Финам».

Многие проекты в интернете, связанные с трафиком, переплетаются и дают синергетический эффект. Например, Novoteka.ru, Marketgid.com. К ним близок информационный проект Smi2.ru. Инвестиции должны укладываться в основные наши направления — ритейл-брокеридж, IT и маркетинг в интернете. В эти области мы и стараемся вкладывать средства. Например, купили 50 процентов компании «Скрин маркет системз», разработчика системы интернет-трейдинга Transaq.

Некоторые инвестиции кажутся иногда далекими, но через некоторое время приходит понимание, укладывается это в наше видение вектора развития или нет.

— А зачем купили долю в banki.ru?

— Потому что это лидер в своем сегменте. Я вижу, что бизнес-модель у них близка к той, по которой идет Запад: СМИ, которые продают лиды. Лид — это когда на сайте собираются в данном случае заявки на выдачу кредита, открытие банковского счета и так далее. Собираемая база потенциальных клиентов затем продается банку. За каждый лид сайт получает оплату. А сотрудник банка по контактам в лиде звонит по телефону и говорит: мол, вы интересовались кредитом, давайте выберем подходящий. Это очень развито на Западе, там огромный бизнес. Интернет сегодня рулит, это самый дешевый способ рекламировать что-либо. Многие наши банки покупают лиды, и, кстати, не только банки. А следующим этапом получения дохода от продажи лидов станет конкуренция за них среди покупателей.

— Вы инвестируете только в российские интернет-проекты?

— Инвестировать нужно в то, что ты знаешь, важно оценивать людей. В этой отрасли, как в никакой другой, все зависит от лидеров компаний, которые и создают основную стоимость. Наши зарубежные инвестиции связаны с русскими людьми, которых мы знаем, у которых есть положительный бэкграунд, реализованные удачные проекты. Например, Badoo, которую разработал Андрей Андреев.

Я считаю, что российский интернет находится в уникальном положении. Мир и, в частности, Европа были накрыты глобальными американскими компаниями, что фактически подавило у них внутреннее интерпренерство, предпринимательство в интернете. Так как Россия уникальная страна, то у нас есть свое интерпренерство, компании, которые развивались параллельно с американцами.

Некий иной взгляд интерпренеров России может быть перспективным. Я считаю, что во многом Россия может быть кузницей таких проектов, заниматься их реализацией и у нас, и за рубежом. Понятно, есть локомотив Google со своим представлением, но есть и альтернативное видение, которое формируется на просторах России и Украины, а затем может быть предложено на Западе.

Яркий пример — Badoo, когда Андрей пришел в Европу со своим взглядом на сеть знакомств. И сегодня с продажей своей доли в Badoo у меня проблемы нет, покупатели стоят в очереди. Социальные сети сегодня популярны.

Есть и Касперский, есть Белоусов с Parallels — это компании мирового уровня. А многих, которые добились успеха на Западе, мы и не знаем.

— Не надувается ли в интернет-бизнесе пузырь?

— Ощущения такие: в 2000 году был крах всех доткомов разом. А сегодня пузырь надувается в отдельных сегментах. Рынок за прошедшее время структурировался: есть электронная коммерция, есть СМИ, еще что-то. В проектах, которые получают доход от рекламы, наверное, пузыри надуваются, но они будут надуваться еще долго. Не могу сказать про сроки и ориентиры, там горячий потенциал не исчерпан.

Я знаю многие проекты, в том числе и такие, которые уже сегодня обладают большими аудиториями, и размеры аудитории будут расти. Но там еще непаханое поле с точки зрения монетизации дохода, так как многие не начали заниматься этим серьезно. Сегодня основная задача — захватить мир, а монетизация — следующий этап.

— Вы пользуетесь интернетом для личных целей?

— На элементарном уровне.

— А есть какое-то электронное СМИ, которое кажется вам правильным и хорошим?

— Их много, посмотрите сайты, у которых большой размер ядра аудитории.

— Хорошее не с точки зрения бизнеса, а чтобы нравилось.

— Сложно сказать. Если хочешь быть в курсе какого-то события, то проходишь по нескольким источникам. Новости ведь всегда отражение позиции группы людей, которые их производят. Любое СМИ — это взгляд под неким углом, это решение редакции — что вынести наверх на главную страницу, а что убрать. Каждое СМИ решает, что интересно, а что нет. Мы сейчас думаем над новым информационным проектом, чтобы он был в значительной мере адекватен существующей картине дня.

— Сейчас на ваших сайтах много вторичного контента.

— Да, и с этим все понятно. Но для потребителя не важно, первичный или вторичный контент ему предлагают. Важно, чтобы он был в полном объеме и чтобы пользоваться им было удобно. А классические СМИ решают иные задачи и поэтому нерентабельны. Мы живем в век копипаста, и кто умеет это делать хорошо, быстро и желательно автоматически, тот имеет низкие издержки и получает аудиторию. Что делать, так и есть, хотя я, безусловно, с уважением отношусь к хорошим журналистам, которые пишут для уважаемых изданий. Единственное, таких мало, а много других журналистов. И если у СМИ нет журналистов, которые могут хорошо писать, то лучше сделать качественный автоматизированный копипаст.

— Finam.ru в день посещает порядка 100 тысяч человек. Есть желание влиять на фондовый рынок?

— Вот таких поползновений у меня нет. Это бизнес, потенциал роста которого видится огромным. Но это именно предоставление разных точек зрения, а не попытка создавать выгодную интерпретацию событий. «Финам» практически не имеет собственных позиций на фондовом рынке, а комиссионный доход формируется как при росте, так и при падении котировок. В итоге выгоднее быть площадкой, где расцветают все цветы, чем отбирать те из них, аромат которых больше нравится.

Интернет никуда не денется, и его роль в жизни людей будет возрастать. У нас в России потенциал довольно большой с точки зрения предоставления доступа к интернету, скорости передачи данных, продаж разных устройств. Я думаю, те же планшетные компьютеры, которые становятся популярными, дадут существенный рост аудитории в интернете. Я сам знаю многих людей, которые, в общем-то, с помощью компьютера сейчас читают только почту. А новые устройства расширят их возможности. Интернет ведь неоднороден и по аудитории, и по интересам этой аудитории. Социальные сети — одно, сайты — другое. Нельзя сказать, что будет так и только так. Раньше говорили, что останется только телевизор, а в кино ходить не будут. Затем стали говорить, что все будут сидеть в «Фейсбуке» и «ВКонтакте», но я так не думаю. Будет существовать и то и другое.

Я считаю, что рынок бумажных СМИ сузится, но останется. Те, кто пройдет этот этап, будут жить долго и хорошо. Сейчас просто появляются новые ориентиры по размеру тиражей и способам доставки контента, но это все равно будет. Я тут со многими приверженцами новых технологий спорю, так как сам с утра пью кофе и читаю на бумаге.

— Пока электронные варианты печатных СМИ не окупаются.

— Значит, найдутся способы коммерциализации позже.            

• Южный рынок ресторанов даёт ежегодный прирост в среднем на 10%. Выращивается он, в основном, региональными игроками: московские компании преуспевают только в сегменте фаст-фуда, а местные рестораторы твёрдо держат свои позиции
• Модернизируют и убивают
• Белорусский десант