Фокусы вместо магии

Культура
«Эксперт» №36 (769) 12 сентября 2011
Отрезанные головы, полет над ночной Москвой и другие булгаковские чудеса в премьерной постановке венгерского режиссера Яноша Саса на сцене МХТ имени Чехова
Фокусы вместо магии

Первое, что поражает в спектакле, — мхатовская сцена. И без того огромная, в «Мастере и Маргарите» она кажется бесконечным темным тоннелем, будто из исторического здания на Камергерском прорыли подземный ход прямо в московскую подземку. Венгерский режиссер Янош Сас не признается, зачем он поместил действие булгаковского романа в Московский метрополитен. Не из-за одной же буквы М, которая красными огоньками светится над сценой весь спектакль, во время бала у Воланда превращаясь в зеркальную литеру W. Есть много любителей искать в словах, числах и даже буквах «Мастера и Маргариты» особый мистический смысл. Но Януш Сас не из таких. Образ московской подземки у него хоть и выглядит довольно инфернально, с капающей водой и клубящимся туманом, здесь служит не местом обитания нечистой силы, а скорее символом современного бездушного мегаполиса. Наплевав на исторический контекст, режиссер перенес действие в современную Москву, где разговаривают по айфонам, носят пиджаки от Армани и читают журнал Playboy. Чтобы ни у кого на этот счет не осталось сомнений, на экранах нам показывают кадры спешащей в час пик толпы, а когда Воланд интересуется, на что стали похожи испорченные квартирным вопросом москвичи, камера услужливо снимает зал. Зрители радуются как дети и машут руками, видя себя на экране. Публике вообще скучать не дают: сверху падают фальшивые купюры, по залу бегают подсадные актеры, Мастер, как иллюзионист, эффектно сжигает листы рукописи прямо в воздухе, а Степа Лиходеев в буквальном смысле проваливается под землю, чтобы через секунду появиться на экране на ялтинском побережье.

Многие театралы помнят, как безжалостно и анатомически-холодно работала камера в «Мастере и Маргарите» Франка Касторфа, вызвавшего у московской публики настоящий шок. У Яноша Саса видеосъемка — лишь один из аттракционов, помогающий воспроизвести на сцене булгаковские чудеса. Самые сложные сцены — распятие Иешуа или знаменитый полет Маргариты — тоже доверены экрану. И хотя Наташа Швец крупным планом с развевающимися волосами и хищным взглядом и впрямь похожа на ведьму, но в памяти возникает гигантский маятник, на котором раскачивалась Маргарита в спектакле Юрия Любимова.

Теперь трудно поверить, но тот легендарный спектакль Таганки был сделан из подбора. Театру отказали в финансировании «антисоветчины», и Любимову пришлось использовать декорации из других спектаклей. В результате родился шедевр, идущий на аншлагах более 25 лет. Янош Сас и команда не были стеснены в средствах. В дело были брошены все финансовые и технологические ресурсы главного театра страны. Олег Табаков на сборе труппы даже объявил специальную благодарность постановочной группе во главе с художником Николаем Симоновым, которая и вправду поработала на славу. Но проблема в том, что за мощной навороченной формой совершенно потерялось содержание.

В России роман Булгакова на особом счету, и отношение режиссеров к нему всегда было особенным. Многие поломали об него зубы, многие держатся подальше, опасаясь заигрывать