Герань вместо Левенгука1

• Дан Медовников

Гении перестали умирать в Париже, родившись в провинции. По крайней мере, инновационный гений вполне может провести всю свою жизнь в небольшом симпатичном городке «с геранями на окнах» и полностью реализоваться. Правда, городок этот должен быть особенным — с отличным университетом, исследовательским центром мирового уровня, расположенной в автомобильной доступности технологической промышленностью, комфортной средой обитания и «всемирной отзывчивостью» — умением чутко улавливать, а еще лучше формировать глобальные тренды. Тогда городок будет уже не просто городком, а ключевым элементом инновационного кластера, или, как предпочитают говорить во Франции, полюса глобальной конкурентоспособности.

Мода на инновационные кластеры захватила в последнее десятилетие и Запад, и Восток, а теперь добралась и до России. Тем не менее феномен этот далеко не нов. Один из первых хорошо описанных (в частности, Эриком Райнертом) инновационных кластеров в истории — голландский Делфт XVII века, город Левенгука и Вермеера. Здесь сложилась удивительная синергия между производителями оптических линз, текстильщиками, учеными, моряками и художниками. Оптические линзы нужны были текстильщикам для контроля тканей, морякам — для подзорных труб, а ученым — для создания микроскопов и телескопов. Художники рисовали карты для моряков и заказывали линзы для камеры-обскуры — предвестницы современного фотоаппарата. Текстильщики шили паруса для флота, а моряки привозили для ученых эмпирический материал из путешествий. Ученые преподавали в университете и, совершенствуя оптические приборы, продвигались в изучении как микромира, так и небесных светил, внося попутно рацпредложения в процесс текстильного производства и навигацию. Подобных идиллических образцов успешного объединения усилий науки, образования, промышленности и искусства в ограниченном пространстве немного. Но примеры Делфта эпохи Вермеера или более близкой нам по времени Силиконовой долины не дают покоя теоретикам национальных инновационных систем. Главный их тезис заключается в том, что инновационный кластер можно попытаться вырастить искусственно, например усилием политической воли. Выходим мы в чистое поле или, положим, заезжаем в небольшой симпатичный городок и организуем там все необходимые составляющие для кластерного коктейля — университет, исследовательские лаборатории, ориентированные на инновации промышленные центры, можно еще позвать актуальных художников с архитекторами. И вот чудо готово, остается только его тиражировать.

Франция в такой политике преуспела едва ли не больше других. С 2005 года организован уже 71 кластер, или полюс конкурентоспособности, в них вложены гигантские суммы. Как раз в кризис французское правительство решило выделить 35 млрд евро на поддержку университетов, научных центров и инновационной промышленности. Кластерная сетка уже настолько густо покрывает французскую карту, что вспомнить какой-нибудь известный из литературы населенный пункт, не включившийся в национальную инновационную гонку, становится затруднительно. Но вот что интересно: полюсов именно глобальной конкурентоспособности из этих семи с лишним десятков, как признают сами французы, от силы пять-шесть. Париж, Лион, Гренобль, Тулуза, Бордо (ну, может быть, еще один-единственный из них, действительно созданный с нуля София-Антиполис, эдакое французское Сколково, пока так и не набравшее крейсерской скорости). Но эти достойные города конкурентоспособность демонстрировали и до старта политики массовой галльской кластеризации. Новые же члены элитного клуба пока выглядят в инновационном смысле достаточно скромно (тот же Монпелье, по данным Французского агентства по привлечению инвестиций, едва входит в первые два десятка полюсов). Шесть кластеров уже пришлось закрыть, специалисты ожидают и новых жертв. Воистину кластерная эпидемия, охватившая мир, сыграла с политиками дурную шутку: бросившись создавать по «делфтскому рецепту» многочисленные очаги прекрасного будущего, они забыли, похоже, о том, что Левенгуки и Вермееры растут в иных городках гораздо хуже, чем герани на окнах. 

• Томские ученые не только сумели разработать уникальное химическое вещество, но и довели свое ноу-хау до стадии промышленного производства
• Член Римского клуба и автор книги «Фактор 5» Эрнст фон Вайцзеккер уверен, что новые технологии помогут отдалить дефицит ресурсов и экологические катастрофы. Чтобы стимулировать применение этих технологий, он предлагает повышать цены на ресурсы и вводить эконалоги
• Экоробот спасет океаны