Что есть правда

Культура
Искусство
«Эксперт» №44 (777) 7 ноября 2011
В Третьяковской галерее открылась выставка Николая Ге — одного из интереснейших русских художников второй половины XIX века, соединявшего богоискательство с авангардной формой
Что есть правда

Юбилейная выставка Николая Ге названа по имени одной из самых известных его картин «Что есть истина?». На ней есть несколько очень специальных, «юбилейных» (180 лет со дня рождения) моментов. Во-первых, в Москву привезли отреставрированное «Распятие», хранящееся в музее Д’Орсэ в Париже, и этюд к нему из Киевского музея русского искусства. Во-вторых, выставлено недавно купленное в Швейцарии большое собрание рисунков художника. Уже ради этого на выставку нужно идти. А там будет ждать еще одно открытие. Ведь Ге известен главным образом как автор новаторских, почти авангардных по духу картин на евангельские сюжеты. Даже во времена, когда религиозные чувства не поощрялись и главной картиной Ге считалась «Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе», неофициально он был художником, который искал Бога. Так вот на выставке неожиданно много пейзажей и сцен из светской истории. Привычный образ художника на ней начинает расплываться. Так происходит почти всегда, когда художника показывают целиком (ну, или почти целиком). Магия привычной экспозиции, где только «все самое важное», плюс мода на выборки типа «сто хитов» или «десять главных шедевров» часто превращают художников либо в авторов одной картины (Иванов — «Явление Христа народу»), либо в одержимых какой-то одной темой (Крамской — портреты «представителей прогрессивной общественности»). В действительности дело, конечно, обстоит иначе, и путь к тем самым главным шедеврам куда извилистее, чем можно себе представить.

«Ссора обыкновенных людей»

По своему образованию Ге должен был стать представителем салонного академизма. Когда он учился в Академии художеств, там господствовали вкусы, когда-то привитые Карлом Брюлловым: блестящий поздний романтизм, красивый, виртуозный, с явным тяготением к итальянскому жанру и вообще Италии — самому надежному источнику всего прекрасного. Малую золотую медаль Ге получил за картину «Ахиллес оплакивает Патрокла» и через положенное время как пенсионер академии отправился в Италию, куда затем возвращался еще. Там, подобно многим своим соотечественникам, он писал прекрасную природу и картины на сюжеты из древней истории: «Любовь весталки» и т. п. Но одна из лучших его «итальянских» работ — портрет Герцена, с которым он познакомился во Флоренции. В Риме он застал Александра Иванова, который завершил свою работу над «Явлением Мессии» и собирался на родину. Ге же из Италии привез в Петербург «Тайную вечерю» — картину, которая произвела на публику и критику огромное впечатление. «Тайная вечеря» — один из самых изображаемых сюжетов в европейском искусстве, и каждый заранее представляет себе длинный стол с Христом посредине и апостолами по сторонам. А тут — стола почти не видно, Христос возлежит. И Иуда — никакого мешочка с монетами, никакого злодейского взгляда, по которым он обычно опознается в компании апостолов. Самой композицией он вытолкнут из зоны света и противопоставлен Христу как непримиримый, убежденный противник. И главное — ощущение, будто все, что происход