«Мы формируем новый рынок»

• Павел Самиев

— Сергей Алексеевич, в рамках подготовки к «Эксперту-400» мы пришли к выводу, что через десять лет первое место в ренкинге крупнейших компаний России займет банк, обогнав предприятия добывающей промышленности. А каковы перспективы у российского страхового рынка?

— Я не думаю, что страховой бизнес будет значительно отставать от банковского сектора. У нас появляются новые обязательные виды страхования: с 1 января 2012 года вводится страхование владельцев опасных производственных объектов и обновляется система сельскохозяйственного страхования с государственной поддержкой, есть подвижки в плане принятия закона о страховании ответственности перевозчиков. В ближайшие годы список видов страхования будет существенно расширен. Поэтому я думаю, что страховой рынок станет развиваться опережающими темпами по сравнению с другими финансовыми институтами. Сложность при этом может быть только одна — недостаток капитала.

— Каковы ваши главные ожидания от нового регулятора?

— Я бы хотел увидеть преемственность той политики, которая была. Очищение страхового рынка от компаний, не имеющих активов для покрытия резервов и собственных средств. Если у нашей компании не хватает капитала, мы начинаем его искать и объявляем, что в следующем году наш уставный капитал будет увеличен до трех миллиардов рублей. Мы открыто говорим: «Нам не хватает капитала».

В поисках капитала

— Вопрос по итогам сделки между ВСК и «РЕСО-Гарантией». Как вы считаете, может ли она стать катализатором для других крупных слияний?

— Я думаю, что это наведет многих на мысли. Наша сделка будет определенным критерием для оценки того, что делать и как делать. Если еще будут происходить слияния, то от этого выиграют и страхователи, и страховщики. Если на рынке появляются новые крупные игроки, это всегда является раздражителем в хорошем смысле слова.

— Вы ожидаете в ближайший год каких-нибудь еще крупных сделок в десятке ведущих компаний?

— Полагаю, такое желание есть практически у всех лидеров рынка. Но здесь вопрос в конфигурации — очень сложно о чем-то договориться.

— Поддерживаете ли вы идею разрешить страховым компаниям учитывать субординированные кредиты в качестве капитала второго уровня?

— Я говорю об этом уже лет семь-восемь. Невозможность использовать субординированные кредиты стала одной из причин, подтолкнувших меня к этой сделке. Были обращения, были письма. Ничего в ответ мы не получили.

Я еще раз хочу сказать, что это нужно. Есть цивилизованные инструменты, которые действуют на финансовом рынке. Если банкам это дозволено, то зачем искусственно ущемлять в этом страховые компании? Я считаю, что происходит глумление над страховым рынком. Этого мы допускать не должны.

— В последнее время отмечается рост интереса к страховой отрасли со стороны госбанков. Как вы относитесь к идее создания финансового супермаркета?

— Дополнительные сервисы и услуги дают преимущества той или иной компании. Поэтому мы тоже разрабатываем свои инновационные продукты в рамках идеи финансового супермаркета — предлагаем банкам продавать их услуги через наши каналы. Мы технологически готовы к таким продуктам, мы действительно можем дополнять друг друга. Мы формируем новый рынок, создаем совместный продукт, продвигаем его — проводим совместные мероприятия с банками-партнерами в разных городах России.

Новые сегменты

— Есть ли у российского страхового рынка перспектива в плане развития входящего международного перестрахования?

— Наши банки покупают маленькие страховые компании. Если бы они понимали, сколько они могут заработать на перестраховании, они бы создали крупного перестраховщика и заработали бы на перестраховании. Но поскольку они не советуются с профессионалами в сфере страхования, они так не делают. Для меня это странно.

Кто первый из крупных банков это сделает, тот завоюет данный рынок. В России это сотни миллионов долларов, это миллиарды долларов, которые банк-инвестор может получать. Но к этому просто нужно прийти.

— Будет ли в России развиваться страхование жизни?

— Я оптимист. Я считаю, что в ближайшие два-три года в страховании жизни у нас должен быть прорыв. Без значительных резервов по страхованию жизни и пенсионному страхованию российская экономика будет тяжелее переживать кризис, медленнее развиваться. Это десятки миллиардов долларов, которые через банковскую систему должны работать на российскую экономику.

Государство не должно быть основным инвестором в развитие экономики. Так долго продолжаться не может, поэтому нужно искать другие источники. Заимствовать можно на Западе либо у населения. Второй вариант гораздо лучше. Во всем мире используют этот источник средств. Почему об этом не задумываются наши чиновники, непонятно.

— С помощью каких мер государство может стимулировать развитие рынка страхования жизни?

— Только через налоговые льготы. Если не будет экономических стимулов, то ничего не будет.

— Могут ли, допустим, через пять-десять лет основные обязательные виды, такие как ОСАГО или страхование ОПО, стать добровольными?

— Все зависит от цивилизованности общества. За рубежом застраховано практически все: они уже по-другому не могут мыслить. Они понимают, что им государство предоставляет механизм защиты их интересов в виде возможности застраховаться. Если кто-то этим не воспользуется, это его беда.

— Подводя итоги беседы, выделите, пожалуйста, три ключевых фактора, определяющих развитие российского страхового рынка на ближайшую перспективу.

— Для страховых компаний это капитал, главный фактор финансовой устойчивости и дальнейшего развития. Для регулятора — политическая воля для наведения порядка на страховом рынке. Для государства в целом — введение обязательных и вмененных видов, а также поддержка духа предпринимательства.