Орденомыслящие

Культура
Искусство
«Эксперт» №45 (778) 14 ноября 2011
В петербургском Новом музее проходит выставка «Беспутные праведники. Орден нищенствующих живописцев (ОНЖ)», где собрано наследие пятерых художников из легендарного «Арефьевского круга»
Орденомыслящие

О художественном андеграунде советского периода за последние годы сказано и написано немало, да и выставок на эту тему хватает. Правда, наблюдательные зрители-читатели наверняка для себя отметили, что в упомянутом визуально-информационном потоке преобладают материалы, посвященные московским авторам и тенденциям. Доля справедливости в такой постановке вопроса присутствует, поскольку в послевоенные десятилетия именно столица была оплотом эстетического инакомыслия. Однако оставлять без внимания Ленинград с его богатой традицией вольнодумства было бы непростительно. Строго говоря, здешние андеграундные процессы исследованиями отнюдь не обделены, но с их популяризацией дело до недавнего времени обстояло похуже, чем в Москве. Ситуация, впрочем, меняется. Свой вклад в «реабилитацию» и пропаганду ленинградского нонконформизма вносит, в частности, Новый музей, основанный предпринимателем и меценатом Асланом Чехоевым. Заведение, открывшееся на Васильевском острове в июне 2010 года, демонстрирует склонность браться за сюжеты просветительского толка. В их число входит и нынешний проект. Надо признать, весьма трудоемкий и хлопотный. Произведения художников «Арефьевского круга» разбросаны по многим музейным и частным коллекциям, так что идея устройства более или менее полноценной ретроспективы неизбежно влекла за собой кучу организационных усилий. Идеальный результат едва ли был достижим, но и в том виде, в котором выставка состоялась, она смело может считаться беспрецедентной. Кроме фондов Третьяковки, Русского музея, питерского «Манежа», «Царскосельской коллекции», музея Зиммерли из Нью-Джерси, здесь задействованы еще и десятки частных собраний.

Таким образом, сделана попытка из разрозненных фрагментов собрать пазл под названием «Орден нищенствующих живописцев». Организация эта, почти мифическая, возникла еще в конце 1940-х. В нее входили несколько молодых людей, трое из которых — Александр Арефьев, Владимир Шагин, Валентин Громов — незадолго до того были изгнаны из СХШ при Академии художеств за «формализм». Едва ли уместно было бы приписывать этому мини-сообществу некую отчетливую программу противостояния официальному искусству, однако факт остается фактом: как и «лианозовцы» в Москве, «арефьевцы» (термин довольно условный, но давно прижившийся) намеренно обосновались «на обочине», вне системы распределения художественных заказов и социальных благ. Как писал позднее Рихард Васми, «я зарабатываю на картошку и хлеб, и на живопись тоже остается — мне этого достаточно». Маргинальность их существования иногда доходила до крайних степеней: к примеру, Арефьев дважды побывал в тюрьме, а Шагин несколько лет провел на принудительном лечении в психиатрической клинике. Юношеская игра в романтику аукнулась длинной цепью жизненных невзгод, но сделанный когда-то выбор никем из былых участников ОНЖ не пересматривался.

На выставке в Новом музее представлено творчество пятерых из них, хотя «Арефьевский круг» обычно понимается шире. Надо полагать, куратор Владимир Назанский о