У бессильного всегда сильный виноват

На улице Правды

Поход В. В. Путина на бои без правил между бойцами Емельяненко и Монсоном произвел на прогрессивную общественность, натурально, электрическое действие. Никогда не бывши на подобных мероприятиях (да, впрочем, и мало кто бывал, круг знатоков и ценителей такого дела достаточно узок), автор затрудняется сказать, сколь на самом деле негативным было отношение зрителей борьбы к явлению В. В. Путина. Все, что можно с уверенностью сказать, — это то, что его явление не вызвало всеобщего экстатического благоговения.

Все, что можно с уверенностью вывести из этого факта, — это то, что В. В. Путин явился не в самое лучшее место и не в самое лучшее время. Покойный папа Иоанн Павел II служил мессы на огромных стадионах — но для специально настроившейся на это публики. Явись понтифик без предупреждения в место, где на потеху публике здоровые мужчины без правил избивают друг другу лица в кровь, и обратись он к собранию с проникновенным «Откройте двери Христу! Не бойтесь!», нет уверенности, что нежданный миссионерский визит не обошелся бы без грубых соблазнов. А В. В. Путин к тому же и не pontifex maximus — так его даже и Г. О. Павловский не именовал.

Тем не менее реакция на отсутствие в зале для боев всеобщего экстатического преклонения перед первым министром оказалась подлинно экстатической. Бюллетень о дыхании Чейн-Стокса не вызвал бы большего ликования; в конце ноября пропели пасху: «Яко тает воск от лица огня, тако да рассеются ненавидящие демократию». Природа экстаза понятна. Сильнейшее неприятие В. В. Путина в большой степени связано с его тефлоновостью. Беспрестанно, начиная с 1999 г., провидеть его скорый и неминуемый провал и беспрестанно и уже более двенадцати лет разочаровываться — тут всякий осатанится на глупость мироздания и, соответственно, на тефлонового лидера. Не на себя же, глубокомысленного, в самом деле сатаниться.

Гнев вообще плохой советчик, и когда при виде того, сколь невыразимо прекрасна (а она действительно прекрасна) нынешняя избирательная кампания, начальников народа начинают — иногда даже искренне — именовать в выражениях, чрезмерно сильных даже для характеристики царствования Иоанна IV, это служит обличающему плохую службу. В своем запале он считает В. В. Путина таким запредельным архизлодеем, хуже которого быть не может и устранение которого вместе с его режимом будет делом не только благим и справедливым, но еще и гарантированно полезным. Находясь на Северном полюсе, куда бы ни двинулся, пойдешь на юг.

То есть черт, дьявол, лишь бы не Путин (режим). Тем более что черт будет по определению приятнее — не говоря уже о прочих. Люди с таким мироощущением существуют, постоянные сравнения премьера с Гитлером и Сталиным нельзя объяснить одним лишь пропагандным цинизмом. Напротив, расчетливый циник скорее воздержался бы от речей «Хуже не будет», опасаясь непонимания аудитории, которая помнит, как бывало и хуже. Тот же, кто искренне проецирует свое душевное состояние на всех сограждан, полагает, что они находятся во власти злых чар, морока,