На языке народа

Политика
Москва, 12.12.2011
«Эксперт» №49 (782)
Правые идеи в Германии все популярнее, но нынешняя политическая система пока не смогла их вобрать в себя. Поэтому вероятность нарастания правого радикализма среди немцев остается высокой

Фото: Wendy Sue Lamm/ Contrasto/ Agency.Photographer.ru

Известие о разоблачении на востоке страны неонацистской «террористической ячейки» в ноябре 2011 года произвело в СМИ эффект разорвавшейся бомбы. «Адское трио» — сын профессора, строитель-подмастерье и безработная женщина, всем за тридцать, все выросли в университетском городе Йене в благополучных семьях. С 1990-х годов они были активными членами местной правонационалистической организации «Тюрингская защита родины», а в 1998-м, когда ими заинтересовалась полиция, ушли в подполье. С тех пор они ездили по стране и убивали иностранных сограждан южного происхождения. Поскольку среди жертв было немало владельцев турецких закусочных, серия убийств получила у полицейских название «Döner-Mоrde» («убийства шаурмы»). Кстати, еще в начале 1990-х годов «Тюрингская защита родины», обеспокоенная наступлением турецкого лакомства на исконно немецкий продукт, провозгласила лозунг «Сосиска вместо шаурмы!».

Мощно вооруженное трио убивало бы «шаурму» и дальше, но попалось на неудачном ограблении банка. Мужчины покончили с собой; женщина, не участвовавшая в грабеже, узнав о гибели соратников, отнесла двух своих кошек соседям, потом подожгла квартиру и скрылась. Несколькими днями позже она добровольно сдалась полиции.

Разоблачение «террористической ячейки» повергло большинство немцев в шок — еще летом этого года в своем ежегодном отчете спецслужбы утверждали, что праворадикального терроризма в Германии нет. Но вдруг обнаружилось, что «Национал-социалистическое подполье», как называло себя трио, не просто жило все эти годы среди людей, но и обросло контактами, имело знакомства среди благополучных бюргеров среднего достатка и даже полицейских.

Политики возмущались и каялись с высоких трибун, СМИ говорили о новом, «коричневом», измерении терроризма и упрекали спецслужбы в их хронической «слепоте на правый глаз», правоведы рассуждали о возможностях запрета праворадикальной НДПГ, общественность организовывала демонстрации. Событие изобразили обидной неожиданностью, исключением из правил, было сказано много красивых слов о демократии, мультикультурализме и толерантности. Тема муссируется в СМИ и по сей день. Полиция расследует преступления «подпольщиков», спецслужбы ищут их контакты, а журналисты выясняют роль спецслужб в функционировании праворадикальных организаций. Однако лишь немногие задаются принципиальным вопросом: почему национал-социализм укрепился именно в новых федеральных землях, в бывшей ГДР, где антифашизм был не просто частью воспитания молодежи, но и официальной государственной доктриной?

Разные немцы

«Мы — народ! Мы — народ!» — этот речитатив, с которым восточные немцы в 1989 году «мирными демонстрациями» двинулись за потребительскими благами и твердой валютой Западной Германии, каждое немецкое государство понимало по-своему. На востоке слово «народ» звучало гордо: гегемон, трудящийся класс. Оно напоминало партийным элитам, чью волю они обязаны исполнять. На западе же, в «постнациональной демократии» старой ФРГ, к слову «народ» относились сдержанно, как и к

У партнеров

    «Эксперт»
    №49 (782) 12 декабря 2011
    Выборы
    Содержание:
    Нам на другую площадь

    Редакционная статья

    Разное
    Экономика и финансы
    Частные инвестиции
    На улице Правды
    Реклама