- «Эксперт» №50 (783) /
- 19 дек 2011, 00:00
Десять тучных лет1
"От вступления Китая в ВТО выиграли 1,3 миллиарда китайцев, а также люди в других странах мира", — заявил на прошлой неделе председатель КНР Ху Цзиньтао, выступая на форуме в Пекине. Десять лет назад КНР официально приняли в ВТО, и сейчас в Пекине отмечают круглую дату с чувством глубокого удовлетворения. За десять лет Китай превратился в крупнейшую торговую экономику мира (6-е место в 2001 году), приток иностранных инвестиций значительно увеличился и превысил 100 млрд долларов в 2010 году (менее 50 млрд в 2001-м). Наконец, стремительный рост китайского экспорта в середине 2000-х был во многом связан именно со снижением странами-импортерами пошлин на продукцию с лейблом Made in China. Вряд ли могут жаловаться на жизнь и те иностранные инвесторы, которые поставили на бурный рост Китая. По данным исследования американского университета Santa Cruz, доходность американских инвестиционных проектов в КНР с начала 2000-х составляла в среднем 13,5% годовых по сравнению с 9% в других странах мира.
Десять лет назад будущее казалось далеко не столь радужным, критики говорили, что страна платит слишком высокую цену за членство в престижном клубе. Китай обещал снизить пошлины и отменить квоты более чем на 7 тыс. наименований товаров и открыть для иностранных компаний целый ряд секторов национальной экономики. Эксперты предупреждали, что в сельском хозяйстве и автомобильной промышленности потеряют работу десятки миллионов человек, а местные бренды исчезнут под натиском международных гигантов. Особую тревогу вызывали китайские банки, которые должны были проиграть конкуренцию с западными финансовыми институтами, получавшими право на операции с юанями с физическими и юридическими лицами.
Сегодня очевидно, что все эти прогнозы не оправдались. В 2011 году китайские национальные компании чувствуют себя намного увереннее, чем в 2001-м, причем и на китайском, и на международном рынках. Секрет китайского успеха в ВТО — сочетание удачной макроэкономической конъюнктуры с активной государственной поддержкой местного бизнеса способами, на первый взгляд не противоречащими принципам этой организации. Китаю удалось вступить в ВТО, сохранив основы государственного капитализма, но теперь это перестало устраивать его основных торговых партнеров.
Задержка в либерализации
Китай не зря торговался со странами ВТО целых пятнадцать лет, Пекину удалось выторговать себе переходный период в целом ряде секторов экономики — либерализация финансовой сферы, сельского хозяйства и автопрома была отложена до второй половины 2000-х. Уже потом выяснилась, что эти пять-шесть лет оказались ключевыми для местной промышленности.
Так, пошлины на импортные автомобили были снижены с 80–100% до 25% в 2006 году, а в 2005-м Китай отменил квоты на импорт автомобилей. Однако иностранные производители не могли себе позволить ждать несколько лет, китайский автомобильный рынок рос на 20–40% в год, и было крайне важно первым застолбить на нем себе место. К тому времени, когда пошлины были снижены, у основных иностранных автоконцернов уже были совместные предприятия внутри КНР, где производить автомобили было явно проще и дешевле, чем импортировать их из-за границы. Снижение пошлин помогло снизить цены лишь на модели класса люкс, производство которых оставалось за пределами Китая, однако в этом сегменте у иностранных производителей в любом случае не было (да и до сих пор нет) китайских конкурентов.
Замедленная либерализация наложилась на крайне удачную для китайских производителей макроэкономическую конъюнктуру. В стране ежегодно появлялись миллионы новых покупателей автомобилей, которые могли себе позволить лишь более дешевые машины отечественных марок, качество которых с каждым годом становилось все лучше. Китайцы не стеснялись учиться у своих иностранных конкурентов-партнеров. Крупнейший китайский автосалон в Шанхае посещают сотни «туристов» с видеокамерами, которые тщательно фиксируют мельчайшие детали интерьеров и экстерьеров наиболее удачных моделей иностранных автомобилей.
Примерно в то же время в Китай пустили работать и иностранные банки, первые отделения стали открываться в 2007 году. Здесь на руку сыграл глобальный финансовый кризис 2008 года. С одной стороны, он немного притормозил экспансию иностранных банков, с другой — подорвал доверие китайцев к финансовым институтам Запада. «Они увидели, что в случае проблем центральные офисы будут пытаться выживать за счет региональных подразделений, а значит, их вклады далеко не в такой безопасности, как они думали», — рассказывает «Эксперту» источник в китайских финансовых кругах. Потому закономерно, что сегодня на иностранные банки приходится менее 2% рынка, а реальную работу с розницей ведут лишь HSBC, Standard Chartered и Сitibank. Неофициально представители банков жалуются на сложности при открытии новых отделений. «Нам говорят, что, если мы хотим открыться в провинции, нам нужно начать активно кредитовать малый и средний бизнес — делать то, что не очень любят и умеют делать крупные китайские госбанки», — жалуется информированный сотрудник представительства крупного иностранного банка в Китае.
Столь же скромны в КНР и успехи иностранных страховых компаний, для которых китайский рынок тоже был открыт. В страховании жизни на совместные предприятия (по соглашению у иностранцев в них не может быть более 50%) приходится лишь 6% рынка. Еще хуже дела обстоят в других видах страховки — тут у иностранцев лишь 1%. Это также, видимо, связано с тем, что рост благосостояния в Китае не концентрировался в нескольких крупных городах, а более или менее равномерно распределялся по нескольким крупным регионам, для работы с которыми у иностранцев не хватало ни навыков, ни сил.
Наконец, несмотря на снижение пошлин по целому ряду сельскохозяйственных позиций, это не привело к падению доходов в деревнях — государство продолжило субсидировать цены на ряд основных продуктов питания, выкупая их у крестьян по установленным ценам. А начиная с 2005 года развитие деревни вообще стало одним из главным приоритетов китайской внутренней политики: за последние восемь лет в нее было вкачано сотни миллиардов долларов.
Госкапитал в действии
Активное участие китайского государства в экономике сегодня не нравится ряду других членов ВТО. «Некоторые элементы экономической системы КНР не соответствуют принципам ВТО, основанным на рыночной экономике. Партнеры Китая прощали это ему в первые годы, но в будущем мы увидим все больше претензий», — говорит профессор Ван Цзянюй из Государственного университета Сингапура.
Действительно, главное, что китайцам удалось отстоять на переговорах с ВТО, — это общая структура экономики КНР, в которой доминирующее положение осталось у государственных и аффилированных с ними предприятий. В финансах, энергетике, телекоммуникациях крупнейшие игроки остаются в государственных руках и располагают в силу этого такими возможностями и связями, о которых и мечтать не могут их иностранные конкуренты.
«Китайский госкапитализм подпитывает сам себя. Государство поручает китайскому банку выдать кредит китайской госкомпании, которая его распределяет по аффилированным структурам. Для других компаний, тем более иностранных, в этой системе места нет», — говорит «Эксперту» профессор гонконгского университета Джон Леунг. Вопрос государственных закупок пока жестко не регулируется в рамках ВТО, однако в конце года в этой организации решили, что государственная поддержка национальным компаниям будет рассматриваться как элемент «недобросовестной конкуренции», а значит, претензий к Китаю будет все больше.
Государство зеленеет
Не стоит забывать и о спорах вокруг «справедливого» курса юаня, который в последнее время на Западе все чаще пытаются увязать с правилами ВТО. «Китай хакнул правила ВТО и стал использовать их в свою пользу. Самым вредным инструментом в арсенале Пекина можно считать манипуляции с курсом валюты», — заявил в середине декабря на специальных слушаниях в Конгрессе США сенатор Шеррод Браун.
Очередная битва между Китаем и Западом, скорее всего, развернется вокруг государственной помощи новым отраслям промышленности. Власти КНР оказывают государственную поддержку компаниям, развивающим «зеленые» технологии, критики же Пекина на Западе считают это «недобросовестной конкуренцией». США уже начали расследование в отношении китайских солнечных панелей после того, как с заявлением об ущемлении прав обратились американские производители. Несмотря на это в начале декабря в Пекине заявили, что в ближайшие годы здесь собираются вложить 1,7 млрд долларов в развитие «новых стратегических отраслей».
В ответ на действия американцев в Пекине в лучших традициях торговых войн инициировали расследование в отношении одного из американских производителей. По словам представителей ВТО, внутри самой организации китайцы тоже довольно уверенно прибегают к имеющимся механизмам защиты и нападения. «Наши пошлины в среднем ниже, чем у Бразилии или Индии, да и условия вступления для нас были жестче, чем для многих других стран», — говорит экономист Ба Шисун из Центра исследования развития при Госсовете КНР. В Китае явно готовы защищать свои интересы и в рамках ВТО, и вне этой организации.
Пекин — Гонконг
Необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, чтобы оставить комментарий.
Китайцы молодцы, не то что наше, прости господи, правительство.
Китайцы молодцы, не то что наше, прости господи, правительство.