Надо ли было умирать за домну

Книги
«Эксперт» №50 (783) 19 декабря 2011
Книга немецкого историка о трагической судьбе советских инженеров, осуществивших сверхиндустриализацию в обстановке угроз и террора и законно гордившихся своими достижениями
Надо ли было умирать за домну

В советской истории было два одновременных и взаимосвязанных процесса — коллективизация и индустриализация. О коллективизации и сопровождавших ее издержках и преступлениях написаны многочисленные труды. Об индустриализации известно мало, разве что мы имеем общее представление о том, что из страны аграрной Советский Союз превратился в страну индустриальную, благодаря чему, в том числе, смог победить нацистскую Германию. Еще меньше известно нам о тех, кто эту индустриализацию ковал, чьими усилиями созидались бесчисленные стройки первых пятилеток, — о советских инженерах.

Книга немецкого историка Сюзанны Шаттенберг помогает эту историческую лакуну закрыть и узнать мотивы поведения этих людей, их отношение к делу и к власти, которая столь многое определяла в жизни советского человека. И когда в начале книги автор дает обзор научной западной литературы, посвященной советским инженерам, то чувствуешь некоторую неловкость за Россию, забывающую свою историю.

Шаттенберг обращается не только к исследованиям, документам и мемуарам, но и к нескольким десяткам художественных произведений и кинофильмов той эпохи. Учитывая, что художественный процесс в Советском Союзе полностью контролировался властью, эти произведения позволяют понять, как менялось ее отношение к инженерам и какими хотела она их видеть.

Известно, что еще во время гражданской войны руководство Советской власти взяло курс на привлечение к работе «буржуазных специалистов». Многие из них стали во главе армий, сделались ответственными советскими работниками, сотрудниками наркоматов, возглавили заводы, фабрики, стройки. Под них создавали новые научные учреждения. Именно буржуазные специалисты разработали план ГОЭРЛО и финансово-экономическую концепцию НЭПа. Но в конце двадцатых годов Сталин взял курс на свертывание НЭПа, и инженерный корпус раскололся в своем отношении к новой политике. Значительная часть старых инженеров восприняла новый курс на сверхиндустриализацию и так называемые ударные темпы скептически, усмотрев в этом дилетантизм, неоправданный риск и волюнтаризм. Новые инженеры, в основном выходцы из пролетарской среды, члены партии и комсомольцы, прошедшие гражданскую войну, которым власть дала возможность получить образование, восприняли рывок с энтузиазмом. Иллюстрируя этот раскол, автор приводит статьи из советской прессы, мемуары инженеров, примеры из кинофильмов и художественных произведений. В частности, роман Катаева «Время, вперед!», где схлестнулся энтузиазм ударников по числу замесов бетона, поддержанных молодым инженером, и скептицизм старых специалистов.

Но Советская власть не ограничилась статьями в прессе и художественными разоблачениями. Она инсценировала несколько громких процессов над старыми спецами. Самыми «образцовыми» из них были «Шахтинское дело» и «Процесс над Промпартией»: тогда большую группу выдающихся инженеров, в том числе участников плана ГОЭРЛО, судили за вредительство и приговорили к расстрелу. Но прошла пара лет, и власть, сломив сопротивление скептиков и о