Заблудшее воинство

Цивилизационный проект
Ценности
«Эксперт» №1 (784) 26 декабря 2011
Советская цивилизация была мертворожденной. Она просуществовала отпущенный ей срок за счет духовной инерции народа, явленной в чувстве массового патриотизма
Заблудшее воинство

Два чувства дивно близки нам,
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.

А. С. Пушкин

Сравнение нас с хамелеонами удобно для успокоения советологов, но все-таки поверхностно. В нас все же есть устойчивая основа — наша историческая мания.

А. Зиновьев. Зияющие высоты

Целились в режим, а попали в историческую Россию.

Патриарх Кирилл

Хорошо помню одно мгновение 20 августа 1991 года. На митинге в поддержку Ельцина в областном центре очередной оратор выступил с пламенной речью за выход РСФСР из состава СССР и попросил всех проголосовать. Среди человек ста присутствующих некоторые подняли руки. Я тоже. Аргумент типа «хватит нам всех кормить» был хорош. И в следующую секунду почувствовала пустоту — в себе и вокруг. Совестно, что ли, стало? Это был первый и последний митинг в моей жизни. Что называется, «кухарка поуправляла государством».

Еще помню, как, учась в Москве в начале 1980-х, я, приехавшая из провинции, с удивлением обнаружила, что в столице считается хорошим тоном «не уезжать из страны». Сама постановка вопроса казалась мне диковатой: а почему вообще надо уезжать? То есть понятно почему — потому что здесь тоска и безнадега. Но было в этом что-то нечестное и безжалостное.

Советский Союз вызывал сложные чувства. С одной стороны, явно не жилец, с другой — это как часть тебя самого, и боль от ее иссечения трудно заболтать рациональными доводами. Много позднее я прочла об этом у философа Александра Зиновьева. Жесткий критик советской системы, оказавшись в эмиграции в 1970-е годы, он — о, ужас! — затосковал по родине: «…Дело тут не в ностальгии, а в чем-то другом. В чем — до сих пор не могу толком разобраться. Только оказавшись здесь, я ощутил, чем была для меня Россия и что я потерял… Разумом я понимаю, что та Россия, тоска по которой изводит меня здесь, на самом деле давно не существует. Но это нисколько не ослабляет тоску»1.

Россия, которой нет и которая все равно есть, — вот что не отпускает от себя даже, казалось бы, вполне самодостаточных людей. Просто град Китеж какой-то. Это может показаться бредом. И некоторым кажется. В результате в последнее время мы совсем заплутали в трех соснах: в прошлом России, ее настоящем и будущем.

Возникновение новой реальности

Многие сегодня уверены, что чем скорее русские расстанутся со своими грезами о прошлом, тем лучше. Иначе невозможно выработать нормальную политику, обеспечивающую национальные интересы России, а без нее трудно предотвратить продолжение распада страны. «Представляется, — пишет философ Григорий Тульчинский, — что предпосылкой решения этой задачи является осознание простой истины: крах советской империи не является национальной трагедией для России»2.

Такая позиция поначалу привлекает своим здоровым прагматизмом: «Выгоды от империи имела только правящая элита, никогда себя с народом не соотносившая. Собственно, и распад советской империи — тоже был выгоден только элите, точнее, местным элитам, завороженным блеском дипломатического паркета и перспективами “су

Русские заповеди

Вот лишь некоторые цитаты из «Влес книги», содержащие прямые заявления и призывы, но далеко не исчерпывающие ее патриотического содержания:

«И даже если будет иная сила, не пойдем с ней, а с Русью, поскольку та есть мать наша, а мы дети ее»;

«…Сражайся, русская земля, обороняй себя, чтобы иные не сели тебе на шею! Не давай врагам охомутать себя и привязать к возу, чтобы тянули его туда, куда хотят чужие хозяева, а не куда хочешь идти сама»;

«…И мы не должны идти к иному — ни к пирам, ни к яствам брашным, ни к тукам смачным, а должны спать на сырой земле и есть зеленую траву, пока не станет Русь вольной и сильной»;

«…Всяких благ Руси — отцовской земле нашей! И будет так, ибо эти слова — от богов»;

«…И мы пьем из Дона и почитаем ту реку нашей, ибо проливали кровь за землю ту, и та земля — русская и пребудет русской»;

«…Ибо волжские земли по обеим сторонам Ра-реки были землей отцов наших, и мы должны ее (сохранять) в целости и оберегать. Там мы приземлились и кровь-руду прольем за нее, и она будет нашей»;

«…Поэтому потрудимся, чтоб победить всех врагов до единого! Как соколы нападем на них и бросимся в суровую битву… чтобы они отведали, как секут русские мечи».

1Зиновьев А. А. Зияющие высоты. — М.: АСТ, Астрель, 2010.
2Тульчинский Г. Л. Свобода и смысл. Новый сдвиг гуманитарной парадигмы. — The
Edwin Mellen Press. Lewiston-Queenston-Lampeter, 2001.
3Там же.
4Борисов Н. C. Сергий Радонежский. — М.: Молодая гвардия, 2009.
5Злоупотребления не отменяют употребления (лат.).
6Карташев А. В. Взаимоотношения церкви и государства. В сб.: Воссоздание Святой
Руси. — Минск, Изд-во Белорусского экзархата — Белорусской православной церкви,
2011.
7Тульчинский. Указ. соч.
8Никонов В. А. Крушение России. 1917. — М.: АСТ, Астрель, Харвест, 2011.
9Непомнящий В. С. Да ведают потомки православных. В сб.: Да ведают потомки
православных. Пушкин. Россия. Мы. — М.: Cестричество во имя преподобномученицы
Великой княгини Елизаветы, 2001.
10Там же.
11Идеологи абсолютизма при царях Алексее Михайловиче и Петре Великом.
12Вероотступничества.
13Карпец В. И. Прорываясь к правде. В сб.: Русь меровингов и корень Рюрика. — М.:
Алгоритм, Эксмо, 2006.
14Архимандрит Тихон (Шевкунов). Несвятые святые. — М.: Олма Медиа Групп,
Сретенский монастырь, 2011.
15Грациози А. Великая крестьянская война в СССР. Большевики и крестьяне. 1918–1933.
— М.: Российская политическая энциклопедия, Фонд первого президента России Б. Н.
Ельцина, 2008.
16Зиновьев. Указ. соч.
17Там же.
18Там же.