Невидимая рука протестов

Станислав Кувалдин

Уличные протесты продолжаются, но политического движения из них так и не вышло. Главное преимущество протестующим сейчас дает отсутствие единого управления. Но когда людям надоест выходить на улицы, все выдохнется само собой

Люди выходят на улицы не потому, что их туда зовут

Фото: AP

В ночь с 25 на 26 января московская мэрия и представители заявителей шествия 4 февраля согласовали маршрут массовой акции. Шествие должно пройти от Калужской площади до Болотной, где состоится митинг. Таким образом, через два месяца после выборов в Государственную думу, результаты которых привели к взрыву протестного движения, митингующие вновь возвращаются к той географической точке, на которой состоялось наиболее яркое проявление этого протеста, — на Болотную площадь. Как и накануне 10 декабря, решение о согласовании места акции принималось нервно, в ходе ночного заседания. Впрочем, это заставляет задаться вопросом: с каким новым результатом люди придут на Болотную два месяца спустя? И здесь вдохновляющего протестантов ответа, пожалуй, нет.

Сутки на размышление

Идея каким-то образом изменить формат следующей после 24 декабря протестной акции возникла у организаторов уже вскоре после митинга на проспекте Сахарова. Как об окончательно решенном (активистами) деле об этом было объявлено 10 января. В качестве возможного варианта называлось шествие от Калужской площади до Манежной (с проходом по Садовому кольцу и Тверской). По мысли организаторов, это должно было повторить маршрут «исторической демонстрации» 4 февраля 1990 года, которая, как считается, привела к отмене статьи советской конституции о руководящей роли КПСС в государстве.

Заместитель мэра Александр Горбенко, занимающийся рассмотрением заявок и переговорами с организаторами, практически сразу заявил о неприемлемости такого маршрута. Едва ли, впрочем, кто-то ожидал немедленного согласия мэрии на акцию, требующую перекрытия Садового кольца в субботу. Дальше начинались политика и искусство переговоров. Одним из первых предложений мэрии было перенести акцию с 4 февраля на 5-е и потом продолжить согласование маршрута, в частности перенести его из центра города. Предложение принято не было. Вечером 24 января в ходе переговоров представителей оргкомитета с чиновниками и представителями правоохранительных органов городские власти предложили единственный устраивающий их маршрут, предполагавший шествие по Фрунзенской набережной и митинг либо в Лужниках, либо в районе Крымского моста. Организаторы расценили предложение как неприемлемое. Сергей Пархоменко, активный член оргкомитета по подготовке шествия 4 февраля, на своей странице в фейсбуке написал об этом так: «Соглашаться нам было не на что. Да никто соглашаться и не собирался. На том и разошлись».

Далее последовала суточная пауза в переговорах, наполненная в основном комментариями участников протестного движения и дискуссиями в социальных сетях, большинство постулатов которых сводилось к тому, что на улицу все равно надо выходить. Эту мысль высказывали не только члены оргкомитета, но и рядовые активисты. Подвешенное состояние длилось недолго. Ночью мэрия приняла решение. Маршрут от Калужской до Болотной был одним из серии альтернативных маршрутов, которые организаторы акции предлагали в качестве замены маршу по Садовому кольцу практически с самого начала переговоров. В этом списке фигурировали также маршруты от площади Тверской заставы до Манежной площади, от проспекта Сахарова до Лубянской площади и некоторые другие.

Сергей Пархоменко, участвовавший в переговорах как 24-го, так и 25 января, утверждает, что их атмосфера существенно различалась: «24-го нам просто сказали, что все наши предложения неприемлемы с точки зрения безопасности — это их дежурный аргумент. А потом, вечером 25-го, предложили буквально написать в столбик все предлагаемые маршруты и стали детально смотреть, какой из них создает меньше всего проблемных ситуаций». Иными словами, лишь на последнем заседании в мэрии предложения оргкомитета решено было не отметать с порога, а рассмотреть в деталях.

О том, почему мэрия вдруг изменила свое решение, сказать сложно. Один из соучредителей незарегистрированной партии ПАРНАС Борис Немцов, с которым «Эксперт» говорил после получения официального отказа в шествии по Садовому кольцу, заявил, что будет настаивать на проведении шествия вне зависимости от этого, апеллируя к 31-й статье Конституции РФ. При этом, по его словам, в число требований предполагаемого шествия теперь следовало включить пункт об отставке мэра Сергея Собянина. Впрочем, что касается маршрута несанкционированной акции, то здесь он не был склонен настаивать именно на проходе от метро «Октябрьская» до Манежной и сообщил, что маршруты будут рассмотрены на оргкомитете. Но главный вопрос в этом случае заключается в том, насколько заявители акции — все вместе и каждый по отдельности — способны были воздействовать на желающих принять участие в акции протеста. Сергей Пархоменко считает, что именно признание в отсутствии такой возможности было одним из главных аргументов в переговорах с городскими чиновниками и полицией: «Сейчас, как и в ситуации 10 декабря, когда надо было решить проблему с отказом в проведении митинга на площади Революции, я старался убедить чиновников в том, что, хотят они этого или не хотят, несколько десятков тысяч людей выйдут на улицу все равно. Ими никто не управляет, они выходят не по зову вождей, а по своей воле. И мэрия в первую очередь заинтересована в том, чтобы все прошло гладко, а мы просто хотим ей в этом помочь». В частности, этими соображениями, по словам Пархоменко, представители оргкомитета и он сам обосновывали невозможность перенести митинг на 5 февраля, на чем настаивала мэрия: «Я просто говорил, что если вы примете такое решение, то получите не один митинг, а два, потому что кто-то, даже многие, выйдут на улицу 4-го. Они самоорганизовались и сами решают. Нужно ли мэрии все это?»

Идет-бредет сама собой

Пример с Немцовым и Пархоменко — достаточно характерный пример того, что такое «переговоры с властями» и «диалог власти и общества». Борис Немцов предлагал выступить как «настоящий» политик, то есть выдвинуть новое политическое требование — в данном случае об отставке Собянина, указать на конституционную статью, — в общем, показать себя предводителем некоей силы, играющей по классическим политическим правилам. Вопрос лишь в том, что бы это дало с точки зрения разрешения имеющейся проблемы, кроме достаточно лестного ощущения разговора от имени тысячных толп, вроде бы стоящих за твоей спиной. Напротив, приводимые Пархоменко аргументы о том, что никто ни за чьей спиной не стоит, что люди выходят на улицу сами и этим процессом мало кто может управлять, похоже, оказались именно тем доводом, которому сложнее всего что-то противопоставить. Грубо говоря, городские власти (и не только городские) вынуждены взаимодействовать непосредственно с общественной стихией без буфера в виде контролирующего ситуацию оппозиционного руководства.

Таким образом, сейчас у протестного движения есть один актив — выходящие на улицу люди. 4 февраля будут продемонстрированы новые свойства этого пластичного материала — люди могут не только собираться в каком-то одном месте, но и организованно пройти от одного места до другого. Вопрос о том, кто ими управляет, в конечном итоге заставляет вспомнить толстовскую фразу о «результирующей миллионов воль» (в данном случае слово «миллионы», конечно, неуместно; впрочем, и речь идет о событии не столь масштабного значения и последствий). В полемике на страницах фейсбука о том, зачем надо идти на шествие, уже прозвучал аргумент, что «Бог на стороне больших батальонов». Но «командование» у этих батальонов вполне эфемерное. Структуры вроде Лиги избирателей, оргкомитета и некоторые другие, возникшие в последние месяцы, лишь опираются на сам факт существования феномена выходящих на улицу людей и даже не претендуют на возможность ими руководить. И если такая ситуация продлится дальше, нельзя исключать, что власти придется «помогать» оппозиционерам в создании руководящих структур: в конце концов, есть же такая теория, что власти у нас отвечают за все. А другой вариант заключается в том, что люди перестанут выходить на улицы так же внезапно, как начали. Или подождут нового повода. Иными словами, проще учредить биржу по торговле фьючерсами массовых акций, чем ставить на дирижистские методы.

Статьи на тему: «Долгосрочные прогнозы»