Стена. Плачу

Книги
Приключения
«Эксперт» №21 (804) 28 мая 2012
Стена. Плачу

Назначение задорного публициста и твердого государственника Владимира Мединского министром культуры подогрело интерес к его литературному творчеству, в частности к историческому роману «Стена», который любопытен в первую очередь вопиющим разрывом между намерениями автора и их реализацией.

Обращаясь к героической эпопее осады Смоленска в 1609–1612 годах Сигизмундом III, автор, очевидно, хотел создать русский «Код Розы» — авантюрно-конспирологический роман с мистическими нотками. При этом откровенно пользуясь проверенными ходами предшественников. У Умберто Эко главного злодея зовут Хорхе из Бургосы, и он слеп (привет Хорхе Луису Борхесу), а у Мединского есть начальник тайного сыска Лавр Павлиныч, и он поблескивает очочками.

Само по себе соблюдение законов жанра скорее хорошо, чем плохо, и досаду автора на то, что о случившейся двадцатью годами позже осаде Ла-Рошели и о мушкетерах мы знаем прекрасно, а об осаде Смоленска и его защитниках не знаем ничего, вполне можно разделить.

Беда, однако, в том, что автор пишет не как Эко и даже не как Дэн Браун, а словно со времен Дюма исторический роман  остался на уровне романа-фельетона с условными персонажами-функциями. Если главная героиня — так умница-красавица, если вражеский король — так глуп и мелочен, если тайный злодей-предатель — так коварен и двуличен.

А главное, автор просто обрывает сюжетную линию, если она ему мешает. Представьте, что в «Азазеле» герой, увидев в день свадьбы перед своим носом оторванную взрывом руку невесты, тут же бежит ловить злодеев. Книга просто рассыпалась бы… Но именно такое и происходит в «Стене».

Что ничуть не мешает издательству раскручивать Владимира Мединского как настоящего автора бестселлеров. Министр культуры не театровед, а невозмутимый бестселлермейкер — это что-то новое.

Владимир Мединский. Стена. — М.: Олма-Пресс, 2012. — 624 с. Тираж 25 000 экз.