С толком, но без амбиций

Русский бизнес / Энергомашиностроение В отличие от «Силовых машин», сделавших ставку на новый завод и решения «под ключ», Уральский турбинный завод в условиях роста спроса избирает эволюционно-оборонительную стратегию: снижает издержки за счет модернизации станочного парка
Фото: Иван Рубанов

К отечественному машиностроению мы относимся с особой нежностью. Нефть и газ — «наше всё», но хочется чего-то большего с точки зрения добавленной стоимости. «Эксперт» недавно писал о структурных проблемах отечественной экономики, когда непроизводственная деятельность подменяет реальный бизнес. Главный пример — торговля, разросшаяся до размера обрабатывающей промышленности (см. «Мы ничего не производим», № 47 за 2012 год). Машиностроение что-то вроде вершины экономики. Именно эта отрасль производит средства производства, необходимые для экономического роста, а кроме того, делает самый инновационный продукт с самой высокой добавленной стоимостью. В России ценить машиностроение приходится и по другой причине. С советских времен до наших дней дожило не так много заводов, которые могут похвастаться какими-то достижениями.

Пару недель назад нам выпал шанс посмотреть, в каком состоянии находится и чем живет Уральский турбинный завод (УТЗ). Он производит основное оборудование для электростанций и по этой продукции является игроком номер два — после «Силовых машин». Долгие годы ничего позитивного о нем слышно не было, ровно до тех пор, пока в стране резко не набрали силу новое строительство и модернизация генерирующих энергомощностей. Теперь же предприятие может наслаждаться ростом заказов, обеспеченных проводимой энергореформой.

Конечный владелец Уральского турбинного — известный магнат Виктор Вексельберг, завод входит в его холдинг «Ренова». Вексельберг — личность в российском бизнесе неоднозначная. Он известен как искусный торговец и перетасовщик активов, который не прочь поучаствовать в создании монополек — то в химии, то в металлургии. Не самый полезный для национальной экономики бизнес, о чем, бывало, мы и писали. При этом, однако, это один из немногих бизнесменов волны 1990-х, который не ограничился минералами и торговлей и не побоялся взяться за машиностроительный бизнес. Акции УТЗ структуры Вексельберга скупили в 2003–2005 годах, очевидно, с прицелом на ближайшее будущее. В самом конце 1990-х в РАО ЕЭС была создана рабочая группа по демонтажу энергомонополии, а в 2001-м премьер-министр Михаил Касьянов подписал постановление «О реформировании электроэнергетики РФ». Тогда еще процесс шел очень медленно, но чутье магнату наверняка подсказывало: инвестиционная постперестроечная пауза в энергетике не может быть вечной, уральский производитель турбин должен оказаться на гребне волны нового спроса. Так оно и произошло. Но для этого стратегу пришлось изрядно поработать над выстраиванием очередного переплетения активов.

В 2006–2007 годах «Ренова» вошла в состав мажоритарных акционеров и фактически перехватила контроль над двумя крупными швейцарскими машиностроительными холдингами — Oerlicon (44,7%) и Sulzer (31%). Первый среди прочего специализируется на производстве электротехнического оборудования, второй — на сервисном обслуживании турбин, оба известны своими инновационными и маркетинговыми компетенциями. Кроме того, Вексельберг стал владельцем крупных

В ближайшие годы энергетики будут обязаны резко нарастить ввод новых мощностей
Заказы энергетиков обеспечат УТЗ стабильный рост продаж на ближайшие годы
Уральский турбинный завод рассчитывает на обслуживание огромного парка своих давно работающих, но нуждающихся в модернизации турбин